Проследив за взглядом девушки, мастер неожиданно смутился.

— Это я так, для души балуюсь, ваше сиятельство. В основном, конечно, ко мне идут за мебелью. Но, случается, что и такие ерундовины берут.

Мужчина явно напрашивался на комплимент, и Алес не стала его разочаровывать.

— Разве можно называть ерундовиной такую красоту? Этот ковш и за королевский стол подать не стыдно!

Мастер потупился, но лицо у него стало таким довольным, что девушка только мысленно улыбнулась. Вот так. Пара ложек похвалы, щепотка лести и человек уже твой. Сработает это далеко не с каждым, но знакомец Рглора явно самолюбив. Хоть и не демонстрирует это открыто.

— У вас просто золотые руки! — продолжила она. — Лайон! Взгляни, какая потрясающая вещь!

Брат, обсуждавший в этот момент с Рглором детскую кроватку, отвлекся от разговора и подошел к ним.

— Хм… и правда, очень интересная чаша… — вежливо произнес он. — Изящная работа.

Однако особого восторга в его взгляде не читалось. Оно и понятно. Откуда Лайону знать про княжеские пиры, где мед и пиво лились рекой. Да и картинок из огромного сборника русских сказок он тоже никогда не видел. Иначе понял бы, чем этот лебедь так восхитил сестру.

— Я его покупаю. — решительно произнесла Алесия. — И заберу в Арельсхолм.

Мастер часто заморгал, но девушка не дала ему опомниться. Как гласит народная мудрость, надо ковать железо, пока то горячо. Вот она и «ковала».

— Кстати, у меня тоже есть несколько идей. Жаль, что никак не могу найти мастера, который мог бы их воплотить…

Правильно поняв намек, мужчина клятвенно заверил «прекрасную и мудрую госпожу», что он из кожи вывернется (если потребуется, то два раза), но все сделает.

Алес, для вида слегка поколебавшись, все же достала подготовленные чертежи…

Томас Шерд оказался не просто мастером. А настоящим фанатиком своего дела. Он был буквально влюблен в дерево и свое ремесло. Лишь взглянув на чертеж платяного шкафа, мужчина припомнил, что как-то делал для знакомого лавочника шкаф для книг. А идея складной мебели привела его в настоящий восторг.

Ведь это настоящее спасение для тех, кто живет в маленьких комнатушках. Еще и материала уйдет меньше, чем на полноценный стул или стол…

В итоге, граф Бартон сумел утащить сестру из мастерской только спустя четыре часа. За это время Рглор успел нанять повозку, найти помощников для погрузки мебели, обсудить с кучером плохие дороги и криворуких кузнецов. А Лайон — вспомнить поездку к кожевникам и осознать, что та была еще не самым большим злом.

Зато Алесия осталась довольна. Если мастер хорошо себя покажет, можно подкинуть ему еще несколько идей. От простых кухонных буфетов, до шахмат. А у ее личного кошелька появится еще один маленький денежный ручеек.

Томас согласился на сотрудничество почти сразу. И даже не стал вникать, зачем высокородной графине нужен дополнительный доход.

Жаль, правда, что патента на идеи в этом мире еще не существует. Если можешь повторить — повторяй. Сумеешь сделать лучше — делай. Но быть первопроходцем — все равно выгоднее всего. Большинство людей весьма консервативны, и если успеешь себя зарекомендовать, то к твоим конкурентам уже просто не пойдут.

А идеи у Алесии были.

Обратно девушка ехала, прижимая к себе тот самый «сказочный» ковш. Почему-то одним своим видом он будто возвращал ее в далекое детство.

Вечер. Потрескивание дров в печи. И большая книга с яркими картинками. Любимая. Пусть маленькая Ирочка еще и не умела читать.

Лайон, видя мечтательное лицо сестры, тоже теперь поглядывал на чашу с любопытством. Что же в этой деревянной птице такого, что Алес не задумываясь отдала за нее целый грон?

Парень хотел уже было спросить, но в этот самый момент, карета вдруг остановилась. Кучер приоткрыл маленькое окно.

— Простите, ваше сиятельство. Там две телеги сцепились колесами. Никак не объехать. Прикажете повернуть назад?

Лайон коротко кивнул.

Маленькое окошко закрылось. Послышался щелчок вожжей.

— Н-но!

Карета медленно начала разворот и… от чувствительного толчка, Алесия резко подалась вперед. Она не упала. Однако край ковша с такой силой ткнулся под ребра, что девушка зашипела от боли.

— Ты как? — тут же вскинулся Лайон.

— Прос-с-сто ш-ш-шикарно. — выдохнула Алес, когда к ней вновь вернулась способность дышать.

За последний месяц — второе ДТП. Пожалуй, самое время озаботиться ремнями безопасности для карет.

— Я разберусь. — произнес Лайон, открывая дверь.

Алес, недолго думая, скользнула за ним. Не оставлять же брата без поддержки. Да и виноватая сторона, вроде как, они. Хотя тут надо еще разобраться, что и как.

Снаружи топтались два кучера, успевшие покинуть свои места. Вид у обоих был сердитый и весьма боевой.

— … кто разворачивает карету в узком переулке⁈

— … а кто мчит так, будто его муха ужалила в глаза?

— … мой господин, между прочим, очень спешил.

— … а мои господа…

Лайон кашлянул, привлекая к себе внимание. Мужчины тут же склонили головы и прикусили язык. Алесия, тем временем, рассматривала вторую карету. Кажется, или она ее уже где-то видела?

Наконец, из нее тоже показался владелец…

— Виконт Сомертон⁈

Да, не приходилось сомневаться, это был именно он. Тот самый молодой человек, от одного взгляда на которого перехватывало дух. Из-за сходства с Данечкой, или из-за его собственного обаяния… Алес пока не разобралась.

Виконт просто ей очень нравился. Правда сейчас, личную симпатию слегка перебивали ушибленные ребра. А еще злило то, что от одного вида этих голубых глаз, ей хотелось растечься маленькой влюбленной лужицей. Надо этот «парад гормонов» как-то прекращать.

Алесия выдохнула. И заговорила, лишь на долю секунды опередив брата.

— Значит, это опять вы, виконт?

— Значит, опять я. — согласился молодой человек, одарив ее долгим взглядом. — Не кажется ли вам, что нас сталкивает сама судьба?

— Ваш тон неуместен, виконт. — вмешался Лайон. — Моя сестра замужем. Что же касается аварии…

— Полагаю, это была досадная случайность. — пожал плечами Сомертон. — Тем более, никто не пострадал. И простите моего кучера, он никак не мог ожидать, что кто-то попытается развернуться в столь узком переулке.

— Мы не могли проехать из-за сцепившихся телег…

— Или вы желали врезаться в них? — Алесия скрестила руки на груди, будто это могло хоть как-то унять гулко бьющееся сердце. — Знаете, виконт, советую возить с собой ночной горшок, это избавит вас от необходимости постоянно подгонять лошадей!

Минутная тишина…

Первым сообразил Лайон.

— Алесия!

Виконт через силу рассмеялся. Хотя уши у него заметно покраснели.

— У вас очень острый язык, графиня.

— А у вас прискорбное пренебрежение правилами дорожного движения.

— Чем⁈ — одновременно удивились присутствующие, включая кучеров, которые наблюдали за развернувшейся сценой со стороны.

Алес прикусила язык. Ну да… ну да…

— Даже комментировать это не хочу. — отрезала она, и первой направилась к карете.

Актай. Вечер того же дня…

Последний день перехода выдался особенно трудным. Рыхлый песок разъезжался под копытами лошадей. Мелкие мошки кружились перед лицом, так и норовя попасть в глаза. Жарко. Влажно.

Попасть в Актай по суше можно было только летом. Вторую половину года, когда начинались дожди, тонкий перешеек, полностью уходил под воду. Именно из-за этой особенности, за Актаем и закрепилась слава острова. Хоть это было и не совсем так.

Граф Арельс, стерев с лица пот, похлопал своего коня по шее.

— Потерпи. Еще немного, и тебя ждет просторная конюшня, хороший корм, и много свежей воды. — затем мужчина оглянулся на всадников, следовавших за ним. — Будем на месте еще до захода солнца.

В ответ раздался радостный гул. Хотя все и так понимали, что изнурительный переход подходит к концу. Но лишнее подтверждение будто прибавило сил.