Витас Лейпниш, Фёдор (Медведь), Клаус Бах, Дядя Стёпа, Казимир и Жора.

Все они стояли, вытянувшись по струнке, глаза их сияли узнаванием и неприкрытым облегчением.

— Магинский! — воскликнул Медведь, первым нарушив молчание. В его голосе звучала неподдельная радость.

— Господин! — почтительно склонил голову Витас, соблюдая формальности даже в такой момент.

— Павел Александрович! — почти одновременно произнесли остальные, каждый вкладывая в это приветствие свой оттенок эмоций.

Спрыгнул с подножки грузовика одним плавным движением. Девушки спустились следом, Амус замыкал нашу группу. Сделал несколько шагов вперёд, окидывая взглядом и своих людей, и строй солдат, и всех собравшихся вокруг жителей.

— Я дома! — громко объявил, чтобы слышали все. Не из тщеславия, а для поднятия морального духа. Люди должны знать, что их лидер вернулся и взял бразды правления в свои руки.

— Ура! — тут же взорвался строй тысячеголосым рёвом.

Крик был таким громким и слаженным, что эхо разнеслось по округе, отражаясь от холмов и наполняя всю долину. Птицы вспорхнули с деревьев, испуганные внезапным шумом.

Позволил себе лёгкую улыбку, давая людям насладиться моментом. Затем жестом прекратил овации.

— Собрание, — тут же объявил я, поднимаясь по ступеням к входу в особняк. — Сюсюкин?

Жора, шагнувший вперёд с поклоном, расплылся в довольной улыбке:

— На месте, господин. Работает не покладая рук. Устроил целую перепись населения и разработал административную структуру.

Кивнул, довольный ответом. Юрист оказался полезнее, чем я ожидал изначально. Из простого составителя документов превратился в настоящего административного гения.

Зашли внутрь особняка, и я сразу отметил изменения. Холл стал просторнее, стены украшены гобеленами и охотничьими трофеями. Освещение ярче, воздух свежее — вентиляция улучшена. Мелочи, из которых складывается общее впечатление богатого и хорошо управляемого дома.

Но главное — количество и качество слуг заметно выросло. Теперь это были не просто обслуживающий персонал, а профессиональные убийцы, замаскированные под дворецких, горничных и лакеев. Видел их взгляды — цепкие, оценивающие, постоянно сканирующие пространство на предмет угроз. Замечал их движения — экономные, точные, всегда оставляющие пространство для манёвра и мгновенного доступа к оружию.

Жора постарался на славу. Набрал не просто слуг, а настоящую внутреннюю гвардию. Люди, которые подадут чай с таким же профессионализмом, с каким перережут горло незваному гостю.

Мы поднимались по широкой мраморной лестнице на второй этаж. Ступени были отполированы до блеска, перила сияли свежей позолотой. Вдоль стен стояли вазы с живыми цветами.

На втором этаже Жора лично проводил девушек и подростка в отведённые им комнаты.

Я же направился в свой кабинет. Упал в кресло и с наслаждением потянулся. Кожаное кресло, сделанное на заказ под мой рост и комплекцию, приятно скрипнуло под весом. Закрыл глаза и улыбнулся, позволяя себе редкую минуту полного расслабления.

— Да… — протянул, наслаждаясь моментом. — Ради такого можно было и умереть.

И в этих словах не было ни капли сарказма. Я действительно прошёл через смерть, через растворение в пустоте, через возрождение в теле монстра. И всё это ради того, чтобы вернуться сюда, в свой дом, в центр своей растущей империи.

Ощущение власти и безопасности окутывало меня, словно тёплое одеяло. Минута отдыха — и всё. Мозг уже автоматически просчитывал ближайшие действия и необходимые приказы.

Хотелось бы остаться тут подольше, насладиться покоем и безопасностью особняка, но… Север и император.

Ладно, сначала нужно узнать обстановку, собрать актуальную информацию, а потом уже принимать решения.

Мой приём начался. Первым вошёл Жора — идеально выглаженный костюм, безупречная осанка, глаза, полные преданности. Слуга, который давно стал больше, чем просто слугой — доверенное лицо, администратор, почти член семьи.

— Господин, — начал он церемонно, но я жестом прервал формальности.

— Жора, садись. Давай всё, без прикрас.

Наше общение заняло почти час. Когда я дошёл до известия о двух новых детях — от Фираты и Лахтины. Жора неожиданно растерял всю свою невозмутимость. Глаза его наполнились слезами, губы задрожали.

— Господин, — прошептал он, — это же… Это же продолжение рода Магинских! Это… Это…

И тут мой невозмутимый дворецкий разрыдался, как ребёнок. Пришлось его даже успокаивать. Налил коньяка из графина, заставил выпить, похлопал по плечу.

— Ну-ну, Жора, возьми себя в руки. Детям родиться нужно и ещё расти, а у нас дел невпроворот.

Справившись с эмоциями, мы занялись делами. Жора предоставил подробный отчёт о состоянии хозяйства, количестве людей, финансах, проблемах и достижениях. Цифры впечатляли — мои владения процветали, несмотря на войну и блокаду.

Василиса… Моя мать у нас в Магинске, участвует в сражениях с армией императора. По словам Жоры, старается не покладая рук — разрабатывает стратегии, лично возглавляет вылазки, поддерживает боевой дух гарнизона. Даже спрашивала, где я и когда вернусь.

Может показаться, что она заботится, но только не мне. Я слишком хорошо знал Василису — холодную, расчётливую женщину. Если она интересовалась моим возвращением, значит, ей что-то было нужно.

Жора отчитался, что в особняке всё под контролем. Провели полную ревизию персонала — поменяли всех слуг, проверили каждого нового человека лично Клаус и Витас. Усилили оборону — добавили внешние укрепления, установили магические ловушки, удвоили количество дозорных.

— А где мои жёны? — спросил я. — Что-то я их не видел.

— Вероника и Елена сейчас у монголов, — доложил Жора, раскрывая папку с отчётами. — Они возглавляют наше представительство там. Весьма успешно, кстати. Там целое поселение, — продолжил Жора, — военизированное, связанное с нашими землями многочисленными дорогами. Ваши планы по ассимиляции проходят успешно. Представители монгольской знати уже отправляют своих детей к нам на обучение, а наши люди перенимают их боевые техники.

Кивнул, довольный услышанным.

— Там живут наши охотники и военные, что тренируют монголов, — продолжал Жора. — Даже открылись что-то похожее на детские сады и школы. Несколько «больниц» тоже присутствуют. Я отправил туда лучших наших алхимиков.

Культурный и технологический обмен — мощный инструмент влияния. Медицина, образование, обучение…Всё это создавало прочные связи между нашими народами, куда более надёжные, чем любые договоры и клятвы.

— Они охотятся на монстров рядом со своей серой зоной, — Жора перевернул ещё одну страницу отчёта, — и теперь проблем с тварями у нас нет. Есть запас материалов на недели вперёд. Наши алхимики и артефакторы работают без простоев.

После Жоры пришёл черёд Витаса и Медведя. Когда они зашли в кабинет, то молчали, словно не зная, с чего начать.

— Ну… — кивнул им, предлагая говорить без церемоний.

— Рады вас видеть! — хором произнесли мои люди.

— Докладывайте.

— Магинск стоит, — хмыкнул Медведь, его бородатое лицо расплылось в гордой улыбке. — Армия императора сильно страдает, но не уходит. Остались жалкие тысячи от первоначального контингента. Мы на них не давим, а так, по чуть-чуть перемалываем. Как на тренировочном полигоне.

— Идёт целый конвейер воспитания военных благодаря конфликту, — добавил Витас, его худое лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнуло удовлетворение. — Мы устраиваем ротации и посылаем опытных бойцов передавать знания новичкам. Каждый, кто прошёл через оборону Магинска, возвращается уже с боевым опытом.

Это была блестящая стратегия. Не просто оборонять город, а использовать осаду как тренировочный полигон для создания закалённой армии. Витас всегда мыслил на несколько шагов вперёд.

— Молодцы, — улыбнулся я, действительно довольный услышанным.

— Монголы нам очень помогают, — продолжил Фёдор, его глаза заблестели от возбуждения. — Их шамагнизм…