Клейн достал из внутреннего кармана новенькую пятифунтовую банкноту и с легкой грустью посмотрел, как портрет Генриха Огюста I навсегда покидает его.

Тщательно проверив водяные знаки, девушка торжественно убрала купюру и протянула юноше анкету:

— Пожалуйста, заполните ваши данные, а я пока выпишу квитанцию.

«А как насчет чека? На имя охранного предприятия „Черный Терн“…» — позабавившись собственным мыслям, Клейн взял со стола перьевую ручку, макнул ее в сине-черные чернила и вписал имя, возраст, адрес проживания и место работы.

Впрочем, дату рождения он намеренно оставил пустой: для «Провидца» это было духовное число, напрямую связанное с его личными мистическими тайнами.

Выписав квитанцию и закончив с регистрацией, девушка протянула правую руку:

— Добро пожаловать в Клуб гадателей Тингена. Меня зовут Анжелика Баррехарт, и я — ваша покорная слуга. А это ваша клубная запонка. На ней выгравирован наш особый символ, подтверждающий ваше членство.

— Приятно познакомиться, мисс Анжелика, — Клейн слегка пожал ее ладонь и принял темно-золотую запонку.

Присмотревшись, он заметил, что «особый символ» был не чем иным, как корневой морфемой слова «Провидец» на древнем гермесе.

Убрав левую руку, Анжелика на пару секунд задумалась и произнесла:

— Позвольте узнать, в каком виде гадания вы специализируетесь? Или, возможно, вы хотели бы изучить в клубе какие-то конкретные методы? Мы постараемся пригласить соответствующих именитых предсказателей для проведения лекций, а также познакомим вас с членами клуба, имеющими схожие интересы, чтобы вы могли приятно общаться и делиться опытом.

— Я разбираюсь понемногу во всех видах гадания, так что не стоит как-то по-особенному подстраиваться под меня, — ответил Клейн, слегка приукрасив правду, и тут же уточнил: — Могу ли я прямо сейчас начать гадать клиентам? Я отнюдь не зеленый новичок в этом деле.

В конце концов, он пришел сюда, чтобы отыгрывать роль «Провидца», а не изучать гадательные методики, доступные обывателям.

Сохраняя вежливую улыбку, Анжелика пояснила:

— Вы вольны гадать посетителям в любое время. Однако, пока мы не убедимся в вашем мастерстве, мы не станем рекомендовать вас клиентам, когда они будут спрашивать совета. Какую цену за сеанс вы бы хотели установить?

— Пожалуй, два пенса, — юноша решил, что при отсутствии репутации лучше всего брать низкой ценой.

— Согласно нашим правилам, мы будем взимать комиссию в размере одной восьмой от стоимости, то есть четверть пенса… — Анжелика быстро огласила правила, после чего внесла информацию о Клейне в каталог «предсказателей», который предлагался на выбор клиентам.

Закончив с формальностями, она с улыбкой указала на переговорную комнату в конце коридора:

— Мистер Хайнас Винсент как раз читает лекцию по гаданию на астролябии. Можете тихонько присесть где-нибудь сбоку и послушать, или же поднять руку и задать интересующие вопросы.

— Отлично, — Клейн с неподдельным интересом направился к переговорной, желая сравнить лекции Хайнаса Винсента с тем, чему его учил старый Нил.

В этот момент Анжелика догнала его и вполголоса предложила:

— Мистер Моретти, не желаете ли кофе или чаю? Мы бесплатно подаем сиборнский черный чай, кофе «Саутвилл» и кофе «Диси».

Клейн, который в последнее время регулярно читал газеты, знал, что все эти сорта относятся к сегменту ниже среднего, но они определенно были лучше той дешевки, что стояла у него дома. Немного подумав, он ответил:

— Чашечку кофе «Саутвилл», три ложки сахара, без молока.

Графство Саутвилл в Королевстве Лоэн славилось своим пивом и красным вином, которые высоко ценились многими важными персонами, а вот их кофе особой популярностью не пользовался.

— Будет сделано, скоро вам все принесут, — Анжелика жестом указала на переговорную.

Клейн неспешно подошел к полуприкрытой двери и услышал голос с сильным ахоанским акцентом:

— Гадание на астролябии — одно из самых сложных среди всех видов предсказаний…

«Разве что для обычных людей…» — мысленно поправил его юноша.

Заглянув внутрь, он увидел пять или шесть длинных столов, расставленных полукругом вокруг мужчины средних лет в классической черной мантии. Это и был Хайнас Винсент.

Под глазами у него залегли заметные темные круги, а густые, жесткие каштановые волосы упрямо торчали во все стороны, из-за чего он походил на ежа. В остальном же в лекторе не было ничего примечательного.

Заметив вошедшего Клейна, Хайнас едва заметно кивнул и, не прерывая лекцию, лишь слегка замедлил темп речи.

Держа одну руку в кармане брюк, а во второй сжимая трость, Клейн нашел свободное место с краю, с комфортом откинулся на спинку стула и, щурясь от все еще яркого послеобеденного солнца, оглядел присутствующих. В комнате находилось шесть членов клуба: четверо мужчин и две женщины.

Одни усердно строчили конспекты, другие о чем-то перешептывались, а некоторые ответили Клейну легкими, немного натянутыми улыбками.

Пристроив трость, юноша поправил свой шелковый полуцилиндр и, согнув палец, дважды легонько постучал костяшкой по межбровью.

Его взгляд сфокусировался на Хайнасе; он увидел ауру лектора во всем многообразии ее цветов, яркости и плотности.

«Темно-красный цвет… эмоционально немного встревожен… В остальном организм здоров, вот только в том месте небольшая проблема, непонятно, с чем это связано…» — лениво слушая лекцию, мысленно бормотал Клейн.

Вдруг он прикрыл рот сжатым кулаком, чтобы сдержать рвущийся наружу смешок: он внезапно почувствовал себя каким-то деревенским знахарем-шарлатаном.

Впрочем, своей способностью Духовного зрения он был более чем доволен: хоть она и давала лишь общую картину без детальных подробностей, этого с лихвой хватало для получения массы полезной информации.

Окинув взглядом остальных присутствующих, он снова дважды постучал по межбровью, делая вид, будто глубоко обдумывает слова Хайнаса.

Гадание на астролябии было разновидностью астрологии, но даже обычные люди могли попытаться ее трактовать. К примеру, базовая «натальная карта» составлялась на основе положения солнца, луны, синей и красной звезд в момент рождения клиента: их символы наносились на астролябию в нужных секторах с привязкой к соответствующим созвездиям, после чего на основе этой схемы и трактовалась судьба.

Это требовало от предсказателя умения проводить обратные вычисления положения планет и состояния созвездий, что было весьма сложной задачей. Разумеется, существовали специальные справочники для расчетов, а некоторые и вовсе упрощали процесс, ограничиваясь лишь самыми расплывчатыми толкованиями по одним только созвездиям.

Клейн сидел тихо: не перебивал, вопросов не задавал, лишь время от времени поглаживал спрятанный под манжетой кулон из желтого кварца да попивал принесенный Анжеликой кофе.

Спустя довольно продолжительное время Хайнас потер переносицу и подытожил:

— Попробуйте для начала составить свои собственные натальные карты. Если возникнут вопросы — я буду в комнате «Белый кварц».

Проводив его взглядом, молодой человек в белой рубашке и черном жилете с улыбкой поднялся и подошел к Клейну:

— Здравствуйте, меня зовут Эдвард Стив.

— Добрый день. Клейн Моретти, — ответил юноша, приподнявшись в знак вежливости.

— Астролябия — штука невероятно сложная. Каждый раз, когда я это слушаю, меня так и клонит в сон, — самоиронично заметил Эдвард.

Клейн с улыбкой ответил:

— Это все потому, что мистер Винсент каждый раз пытается впихнуть в нас все свои знания целиком. Это все равно что подать за раз целый пир в интисском стиле — такое просто невозможно быстро переварить.

— Ну, будь это настоящий интисский пир, я бы точно все съел. Они вечно подают свои крошечные порции на огромных тарелках, — усмехнулся Эдвард и, присев рядом, с любопытством спросил: — Вы новенький? Я не видел вас здесь последние два года.

— Да, только сегодня вступил в клуб, — честно признался Клейн.