И в этот самый момент из её живота раздалось громкое и отчетливое урчание, свидетельствовавшее об активном процессе пищеварения.

— Я… я пойду еще немного посплю!

Хлоп! Она схватила «куклу», похожую на черепаху, пулей метнулась во внутреннюю комнату и захлопнула за собой дверь.

«Видимо, вчерашний ужин оказался слишком вкусным, переела, вот желудок и не справился…» — с улыбкой покачав головой, Клейн неторопливо подошел к письменному столу. Он бесшумно опустился на стул и, глядя на багровую луну, выглянувшую из-за темных туч, погрузился в размышления над предложением Данна Смита.

Минусы работы гражданским сотрудником в отряде Ночных Ястребов были очевидны:

Во-первых, будучи попаданцем и Шутом — инициатором мистических собраний, — он хранил слишком много тайн. Постоянно крутиться под носом у отряда Церкви Богини Вечной Ночи, специально созданного для расследования сверхъестественных происшествий, было крайне рискованно.

Во-вторых, присоединившись к Данну Смиту и остальным, он неизбежно поставит себе цель стать Потусторонним, чтобы хоть как-то замаскировать те преимущества, которые будет получать от своих «собраний». Но как только он станет полноправным членом отряда, его свобода будет сильно ограничена. Если даже гражданские сотрудники обязаны докладывать о выезде из Тингена, то о том, чтобы свободно путешествовать и делать что вздумается, придется забыть. Это чревато потерей многих возможностей.

В-третьих, Ночные Ястребы — это организация со строгой дисциплиной. Поступил приказ — выполняй. Жди распоряжений и не смей отказываться.

В-четвертых, Потусторонние подвержены риску потери контроля.

Перечислив в уме все минусы, Клейн перешел к рассмотрению плюсов и самой необходимости такого шага:

Судя по его приключениям с «ритуалом на удачу», он явно не входит в те самые восемьдесят процентов счастливчиков, о которых говорил Данн. В будущем его непременно ждут новые мистические и пугающие события. И чтобы противостоять им, нужно либо самому стать Потусторонним, либо заручиться поддержкой Ночных Ястребов.

К тому же, стать Потусторонним, опираясь исключительно на свои «собрания», невозможно. Достать рецепт зелья — это полбеды. Но где искать нужные ингредиенты? Как их добывать? Как смешивать зелья? А что насчет базовых знаний о повседневной жизни и практике Потусторонних? Во всем этом Клейн был абсолютным нулем. Не может же он постоянно выспрашивать такие мелочи у «Справедливости» и «Повешенного» или пытаться выменять у них каждую травинку. Это не только разрушит образ всемогущего Шута и вызовет подозрения, но и отнимет драгоценное время, которого и так в обрез. Да и предложить взамен ему пока нечего.

Кроме того, частые материальные обмены неизбежно оставят следы, ведущие к его истинной личности. И если какой-нибудь «виртуальный конфликт» перерастет в «реальное столкновение», проблем не оберешься.

Присоединившись же к Ночных Ястребам, он получит легальный доступ к базовым знаниям о мистическом мире и нужным каналам связи, а также обзаведется полезными знакомствами. Опираясь на этот фундамент, он сможет эффективно управлять «Клубом Таро», извлекая максимальную выгоду из сотрудничества со «Справедливостью» и «Повешенным». А это, в свою очередь, поможет ему быстрее развиваться в реальном мире, получая доступ к новым ресурсам. Сформируется отличный замкнутый цикл!

Можно было бы, конечно, попытаться примкнуть к тайным организациям вроде тех же «Алхимиков Психологии», о которых упоминал Данн, и которых нещадно преследуют крупные Церкви. Но, став одним из них, он точно так же лишится свободы, да еще и будет жить в вечном страхе разоблачения. А главная проблема заключалась в том, что он понятия не имел, где их искать! Даже если выудить нужную информацию у «Повешенного», слепой поиск контактов может стоить ему жизни.

А вот должность гражданского сотрудника оставляла пространство для маневра и возможность в любой момент уволиться.

Мелкий отшельник прячется в лесу, средний отшельник прячется в толпе на рынке, а великий отшельник — при императорском дворе.[31] Статус Ночного Ястреба может стать для него идеальным прикрытием!

Кто вообще заподозрит в ереси и руководстве тайной организацией уважаемого гражданского сотрудника Церкви?

Забрезжил рассвет, багрянец на небе поблек. Глядя на золотистую полоску света над горизонтом, Клейн принял окончательное решение.

Сегодня же он отправится к Данну Смиту и станет гражданским сотрудником Ночных Ястребов!

— Ты так и не ложился? — Мелисса, снова вставшая с постели, открыла дверь и с удивлением посмотрела на брата, который, позабыв о всяких манерах, сладко потягивался.

— Размышлял кое о чем, — Клейн улыбнулся; на душе у него было необычайно легко.

Немного помолчав, Мелисса сказала:

— Когда я не знаю, как поступить, я выписываю по пунктам все плюсы и минусы. А потом просто сравниваю их. Это всегда дает хорошую подсказку.

— Отличная привычка, я поступаю точно так же, — Клейн ответил ей мягкой улыбкой.

Лицо Мелиссы просветлело. Не сказав больше ни слова, она взяла стопку пожелтевшей бумаги для набросков, умывальные принадлежности и направилась в общую ванную комнату.

Позавтракав и проводив сестру в школу, Клейн не стал спешить. В отличном настроении он решил немного вздремнуть, рассудив, что большинство баров по утрам все равно закрыты.

Ровно в два часа пополудни он, вооружившись щеточкой и носовым платком, тщательно вычистил свой полуцилиндр от пыли и разгладил складки. Облачившись в строгий костюм, словно отправляясь на собеседование, Клейн вышел из дома.

Улица Бесик находилась довольно далеко. Опасаясь пропустить «рабочие часы» Ночных Ястребов, Клейн решил не идти пешком, а подождать общественный экипаж на перекрестке с улицей Железного Креста.

В Королевстве Лоэн существовало два вида общественных конных экипажей: обычные и рельсовые. Первые, запряженные парой лошадей, могли вместить около двух десятков пассажиров, включая места на крыше. Они курсировали по примерному маршруту без фиксированных остановок, подбирая и высаживая людей по требованию, пока не заполнялись до отказа.

Вторые же принадлежали компаниям рельсовых экипажей. По главным улицам прокладывались пути, похожие на железнодорожные: лошади шли между рельсами, а колеса катились по ним. Благодаря этому лошадям было гораздо легче тащить тяжелые двухэтажные вагоны, вмещавшие почти полсотни пассажиров. Единственным их минусом были строго фиксированные маршруты и остановки; до многих районов на таком транспорте было не добраться.

Спустя минут десять издалека послышался стук колес по металлу, и вскоре к остановке на улице Железного Креста подкатил двухэтажный конный экипаж.

— До улицы Бесик, — сказал Клейн кучеру.

— Вам придется сделать пересадку на Шампань-стрит. Впрочем, оттуда до Бесик-стрит пешком всего минут десять, — пояснил тот маршрут.

— Тогда до Шампань-стрит, — кивнул Клейн.

— Расстояние больше четырех километров, с вас четыре пенса, — протянул руку бледный юноша, стоявший рядом с кучером. В его обязанности входил сбор платы за проезд.

— Хорошо, — Клейн достал из кармана четыре медные монеты и отдал их юноше.

Поднявшись в вагон, он обнаружил, что пассажиров не так уж и много; даже на первом этаже оставалось несколько свободных мест.

«В кармане осталось всего три пенса… Обратно придется идти пешком», — Клейн поправил шляпу и поудобнее устроился на сиденье.

Большинство мужчин и женщин на первом этаже были одеты в строгие костюмы и сидели с ровными спинами. Встречались и те, кто ехал в рабочей форме или лениво просматривал газету. Внутри царила тишина, пассажиры почти не разговаривали друг с другом.

Клейн закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть, не обращая внимания на сменяющихся попутчиков.

Остановка сменялась остановкой, пока он наконец не услышал слова «Шампань-стрит».