«Никогда не слышала о таких основных ингредиентах… Да, моих знаний всё еще катастрофически не хватает…» — с легкой досадой подумала Одри, которая в последнее время старательно зубрила названия и свойства распространенных потусторонних материалов под чутким руководством Форс и Сью.

В такие моменты она напрочь забывала о том, что значит быть бесстрастным «Зрителем».

Внезапно до слуха Одри донесся легкий, ритмичный стук. Она инстинктивно вскинула голову, посмотрев во главу длинного бронзового стола.

С радостным удивлением она увидела, как господин Шут легонько постукивает указательным пальцем правой руки по краю стола. Встретившись с ней взглядом, Он едва заметно кивнул, подавая некий знак.

«Что происходит?» — Одри недоуменно моргнула, чувствуя полнейшую растерянность.

Она уже собиралась задать вопрос, как вдруг краем глаза уловила, что рецепт «Телепата» на пергаменте изменился. Там появилось немало поясняющих сносок:

«Основные материалы: целый гипофиз призрачного полудракона (также известного как семицветный дракон-ящерица), десять миллилитров спинномозговой жидкости полудуховного кролика (также известного как фальсманский кролик)».

«Вспомогательные материалы…»

«А вот эти названия мне знакомы!» — Одри сначала опешила, а затем ее душу затопила волна искренней, неподдельной радости.

— Благодарю вас, господин Шут. Вы поистине всеведущи, — она вновь подняла взгляд во главу стола, рассыпаясь в искренних благодарностях и похвалах.

«Повешенный» Элджер не имел ни малейшего понятия о том, что только что произошло, но к словам «Справедливости» отнесся с нескрываемым презрением:

«Разве можно применять такое жалкое слово, как „всеведущий“, к сущности, равной самим богам?»

«Сущности подобного порядка, в каком-то смысле, сами по себе являются воплощением абсолютного знания!»

Клейн же принял похвалу мисс «Справедливости» с абсолютно невозмутимым видом. Ведь он смог сделать эти сноски вовсе не потому, что ему по счастливой случайности достался рецепт «Телепата» от Алхимиков Психологии.

С того самого момента, как он втянул «Солнце» в Клуб Таро, Клейн, прекрасно понимая всю специфику изоляции Города Серебра, активно готовился к подобным лингвистическим барьерам. Он целенаправленно и неустанно штудировал соответствующие материалы. Поэтому, даже если бы Даст Гудериан не передал ему рецепт так вовремя, он всё равно без труда снабдил бы текст нужными пояснениями. А уж после того, как он собственноручно проверил формулу Даста с помощью гадания и сопоставил ее с вариантом Деррика, у него не осталось ни малейших сомнений: оба рецепта «Телепата» были абсолютно верными.

«Вот что значит быть во всеоружии и не бояться никаких неожиданностей…» — с нескрываемым самодовольством подумал Клейн.

Одри еще несколько раз перечитала рецепт «Телепата» и, скрепя сердце, оторвала от него взгляд. Привычным усилием воли она «выразила» новые страницы дневника императора Росселя.

— Это то, что причитается вам по праву, — отложив перо, она посмотрела на Шута в сером тумане. — И еще… как насчет того, чтобы я перевела вашему Благословенному триста… триста фунтов?

В ее голосе сквозила легкая неуверенность. В конце концов, эти три страницы дневника обошлись ей в жалкие двадцать фунтов, тогда как рецепт 8-й Последовательности «Шериф» стоил на подпольном рынке целых четыреста пятьдесят!

Иными словами, следуя элементарным законам математики, вдобавок к трем страницам дневника она должна была доплатить еще четыреста тридцать фунтов.

С другой стороны, Одри считала, что здесь сыграла свою роль и ее феноменальная удача. Продавец понятия не имел об истинной ценности дневников Росселя, поэтому она и смогла отхватить их за сущие копейки.

«Каждая страница дневника императора Росселя стоит как минимум… как минимум пятьдесят фунтов!» — Одри незаметно сжала кулачки, мысленно подбадривая себя.

«Триста фунтов? Да я за всю свою жизнь такие деньжищи видел только у сэра Девилла…» — Клейн подавил тяжелый вздох и, напустив на себя вид существа, абсолютно равнодушного к презренному металлу, невозмутимо кивнул:

— Справедливый обмен.

— А вот реквизиты Моего Благословенного.

Изо всех сил стараясь не осквернять уста великого «Шута» столь приземленными, лишенными всякого пафоса терминами, как «Банк Баклунда» или «анонимный счет», он просто материализовал их на пергаменте прямо перед девушкой.

Еще в прошлую среду, мотаясь по городу в поисках дома с красным дымоходом, Клейн улучил минутку и, хорошенько замаскировавшись, заскочил в тингенский филиал Банка Баклунда, где и открыл этот самый анонимный счет.

Для управления таким счетом требовалось лишь знать номер и специальный пароль. Этого было достаточно, чтобы снять деньги в любом отделении Банка Баклунда.

Разумеется, если клиент считал подобную защиту слишком хлипкой, он мог привязать к счету образец подписи и отпечатки пальцев, но это уже влекло за собой лишнюю мороку.

Клейн же, движимый параноидальным желанием скрыть свою личность, отказался от дополнительных проверок, ограничившись лишь паролем.

И паролем этим стала фраза на древнем гермесе: «Шут, что не принадлежит этой эпохе; Таинственный Владыка над серым туманом; Король Желтого и Черного, повелевающий удачей».

Древний гермес изначально таил в себе силу, позволяющую без всякой дополнительной защиты использовать его для ритуалов и молитв. А значит, кто бы ни осмелился переписать этот пароль, он, по сути, вознесет мольбу Его имени! Клейн тут же уловит этот зов, сможет подняться над серым туманом и лично убедиться: штатная ли это операция или какой-то наглец решил наложить лапу на его кровные денежки! Юноша был просто в восторге от собственной гениальности.

Единственным крошечным изъяном этого плана был риск легкой утечки информации о самом существовании «Шута», но Клейн счел это вполне приемлемой платой за безопасность.

Одри пододвинула страницы дневника Росселя в сторону господина Шута и взяла пергамент с реквизитами Его Благословенного. Там значились название Банка Баклунда и длинная вереница цифр, составляющих номер анонимного счета.

«Интересно, этот Благословенный господина Шута — мужчина или женщина? И какой у него уровень Последовательности… Хм, он совершенно точно невероятно силен. Уж как минимум не слабее этого вице-адмирала Урагана Цилангоса…» — Одри вновь не удержалась и позволила своим мыслям пуститься вскачь.

Впрочем, она быстро взяла себя в руки и принялась заучивать номер счета.

— Не стоит так утруждать себя, — внезапно до ее ушей донесся низкий, размеренный голос «Шута». — Вернувшись домой, просто беззвучно произнеси Мое имя, и эти реквизиты сами лягут на бумагу.

«Точно так же, как я сам нарисовал пейзаж с красным дымоходом, увиденный в гадании… Номер счета — это святое, тут ошибаться нельзя ни в коем случае…» — мысленно добавил Клейн.

«Так тоже можно? Судя по тону господина Шута, Он ни капли в этом не сомневается… Чего еще ожидать от сущности, почти равной богам… Для Него подобные фокусы — сущие пустяки…» — Одри на секунду опешила, но тут же расслабилась, решив, что это более чем логично.

«Но погодите… А зачем я тогда с таким упорством заучивала рецепт зелья?..» — в душу Одри внезапно закрались смутные сомнения.

Тем временем Клейн прижал ладонью листы с дневником Росселя. Не спеша приступать к чтению, он повернул голову к «Солнцу» и ровным тоном поинтересовался:

— И какую же компенсацию ты желаешь получить?

Деррик хорошенько обдумал вопрос и ответил:

— Прямо сейчас я не нуждаюсь ни в чем конкретном… Я должен довольно скоро полностью усвоить зелье «Барда». Пусть этот долг пока копится. Он пойдет в счет оплаты за рецепт соответствующей 8-й Последовательности или нужные для него материалы.

«8-я Последовательность — это „Проситель Света“, ее рецепт у меня есть… А вот с материалами беда: даже если я их раздобуду, ума не приложу, как переправить их тебе… „Усвоить“… Город Серебра и впрямь владеет „методом отыгрыша“… Хм… Их высший боевой потенциал упирается лишь в 4-ю Последовательность. Неужели это из-за жесткой нехватки материалов?» — задумчиво кивнув, Клейн дал понять, что сделка утверждена.