— Какая чудовищная ирония… Осознать, чего именно я лишился, лишь на закате своих дней.

«Судя по всему, у старого Нила и раньше были смутные догадки насчет метода отыгрыша. Стоило мне лишь поделиться своим опытом, как пазл в его голове мгновенно сложился…» — Клейн попытался утешить его:

— По правде говоря, это вряд ли бы что-то кардинально изменило. Ведь у Церкви всё равно нет формулы 8-й Последовательности, соответствующей «Тайнозрителю».

— Быть может, она есть у Священного Собора… Хотя нет, если бы она у них была, они бы как минимум сообщили название филиалам… Впрочем, всегда оставался шанс найти ее на подпольном рынке… — пробормотал старый Нил. Опершись о стол, он медленно поднялся, покачал головой и выдавил из себя улыбку: — Зато я так и не потерял контроль. Прожил несколько десятков лет в здравом уме и твердой памяти… Хвала Богине.

Начертав на груди знак багровой луны, он покинул караульное помещение. Его лицо было мрачным, а от былой старческой хитринки не осталось и следа.

Проводив взглядом ссутулившуюся спину старика, пока тот не скрылся за поворотом, Клейн внезапно издал долгий, тяжелый вздох.

Теперь он еще больше не понимал мотивов высшего руководства Церкви. Зачем, во имя всех святых, им понадобилось скрывать от своих же людей «метод отыгрыша»?

Спустя долгое время Клейн наконец вырвался из плена размышлений и перевел внимание на лежащие перед ним внутренние архивы Ночных Ястребов.

С тех самых пор, как он втянул в Клуб Таро юношу из Города Серебра и выяснил, что там в ходу древние названия многих вещей, он целенаправленно налег на изучение этого вопроса. Ему просто необходимо было выучить соответствия между древними терминами и их современными аналогами.

Неизвестно, сколько прошло времени, когда его слуха вновь коснулись шаги. На этот раз — размеренные и непоколебимо уверенные.

Практически в ту же секунду в сознании Клейна отчетливо всплыл образ Данна Смита, облаченного в его неизменный черный плащ ниже колен.

«После полного переваривания зелья Провидца моя интуиция и Духовное восприятие тоже заметно обострились…» — глубокомысленно кивнув, юноша спустя пару секунд действительно увидел вошедшего капитана.

— Твое письмо, — Данн вскинул правую руку и легким движением запястья швырнул конверт прямо в Клейна.

Клейн изящно вскинул руку, намереваясь эффектно поймать послание. Увы, его глазомер и реакция оказались далеки от идеала.

Шлеп!

Письмо сиротливо шлепнулось на пол, а правая рука юноши так и осталась неловко висеть в воздухе.

В повисшей гробовой тишине его рука сначала застыла, а затем, словно так и было задумано, плавно поднялась выше, приглаживая волосы.

— Освещение от этих газовых ламп всё-таки оставляет желать лучшего, — небрежно бросил Клейн первую попавшуюся отговорку. Наклонившись и подобрав конверт, он скользнул взглядом по адресу.

«Мистеру Хорнакису… Письмо от Даста Гудериана…» — мгновенно сообразив, от кого послание, он выдвинул ящик стола и достал нож для вскрытия писем.

Согласно правилам отряда Ночных Ястребов, если на конверте значился конкретный, реальный адресат, Розанна или другие клерки передавали почту напрямую. Но если письмо было анонимным или получатель числился неизвестным, корреспонденция ложилась на стол Данну Смиту. И уже капитан решал ее дальнейшую судьбу.

Осторожно взрезав бумагу, Клейн вытащил сложенный лист, быстро развернул его и пробежался глазами по строчкам.

Врач психиатрической лечебницы отчаянно молил о скорейшей встрече. Причем настаивал на свидании уже сегодня, в два часа пополудни.

«Ему удалось раздобыть рецепт Телепата? Или стряслось нечто непредвиденное?» — Клейн взмахнул листком и поднял взгляд на Данна:

— Капитан, мой осведомитель… тот самый, из Алхимиков Психологии… просит о встрече сегодня в два часа дня.

— Намекнул, в чем дело? — спросил Данн, словно предвидя такой поворот.

— Ни слова, — покачал головой Клейн.

Немного поразмыслив, капитан ответил своим густым, бархатистым голосом:

— Пусть Леонард пока подменит тебя у врат Чаниса. Я пойду с тобой и залягу неподалеку. Подобные экстренные вызовы зачастую оказываются банальной ловушкой. На моем веку таких историй было пруд пруди. К тому же, если у него действительно важные новости, мое присутствие позволит нам среагировать молниеносно.

«Капитан, а вы и впрямь стреляный воробей… Да, как только дело касается реальной работы, вы превращаетесь в скалу — надежного, опытного командира, у которого напрочь пропадает всякая забывчивость…» — Клейн без колебаний согласился:

— Отличный план!

Два часа пополудни. Зотланд-стрит, Стрелковый клуб, малый тир номер 9.

Клейн бросил мимолетный взгляд на изрешеченную пулями мишень, после чего посмотрел на заметно нервничающего врача психиатрической лечебницы Даста Гудериана:

— Что такого стряслось, что вы в такой спешке побежали в бар «Гончая» искать наемников?

Только при условии этого пароля хозяин бара, Райт, немедля переправил бы письмо прямиком в охранное предприятие «Черный Терн», а не стал дожидаться, пока Клейн сам соизволит за ним явиться.

Даст, внимательно отслеживающий малейшие изменения в мимике и жестах собеседника, ответил низким голосом:

— Мне кажется, в последнее время Худ Юджин ведет себя как-то… ненормально.

Это был тот самый пациент сумасшедшего дома, который в свое время и завербовал Даста в ряды Алхимиков Психологии.

— В чем именно проявляется эта ненормальность? — с должным профессионализмом уточнил Клейн.

Даст незаметно выдохнул с облегчением, словно наконец-то нащупав твердую почву под ногами. Тщательно подбирая слова, он выдавил:

— Он… он, похоже… похоже, действительно сошел с ума…

— Действительно сошел с ума? — опешив, переспросил Клейн.

Разве Худ Юджин не притворялся психом и не прятался в лечебнице лишь для того, чтобы тренировать свои способности в ментальной сфере, ставя эксперименты над настоящими больными?

И теперь этот симулянт реально заболел? Окончательно спятил?

— Боюсь, что так… — Даст, не в силах скрыть растущую тревогу, принялся мерить шагами тир. — Раньше мы общались абсолютно нормально. Он учил меня, как правильно распоряжаться потусторонними силами. Но в последние дни его рассудок… его состояние… всё стало каким-то диким. С ним почти невозможно вести связный диалог. Теперь он ничем не отличается от любого другого пациента лечебницы! И хотя… хотя именно в этом бреду мне и удалось выудить у него рецепт «Телепата», я понятия не имею, подлинный он или фальшивый! Я до смерти боюсь, что всё это выльется во что-то неконтролируемое!

«Пустяки. Как истинный Провидец, да еще и владеющий таинственным пространством над серым туманом, я раскушу любую фальшивку на раз-два…» — Клейн мысленно выдохнул, но вслух с нахмуренными бровями спросил:

— С кем он контактировал незадолго до того, как у него начались эти приступы?

— Только с пациентами. Но… но я не могу ручаться. Я ведь не торчу в лечебнице круглосуточно без выходных. У меня тоже бывает свободное время, — с мрачным лицом признался Даст.

Клейн едва заметно кивнул. Напустив на себя вид человека, для которого это сущие пустяки, он успокоил собеседника:

— Не стоит паниковать. Я приставлю к вам людей для негласной охраны. Ваша задача — как можно скорее выяснить весь круг контактов Худа Юджина. Но будьте предельно осторожны: не исключено, что он лишь притворяется безумным, чтобы прощупать почву и проверить лично вас. Эм… и еще: я бы настоятельно рекомендовал вам доложить о его состоянии другим членам Алхимиков Психологии. Посмотрим, как отреагирует верхушка вашей организации.

— Хорошо, — Даст поправил очки в золотой оправе, возвращая себе хладнокровие, присущее истинному «Зрителю». Выудив из кармана сложенный листок, он протянул его юноше: — Вот рецепт зелья «Телепата». Но, повторюсь, я не ручаюсь за его подлинность.

— Мы это проверим, — с легкой улыбкой отозвался Клейн. Развернув бумагу прямо на месте, он пробежался глазами по тексту.