Клейн мгновенно насторожился, кристально ясно осознав, что находится в сновидении.

Он увидел самого себя, сидящего сбоку от обеденного стола. В руках он держал свежий выпуск «Ежедневного вестника Тингена», а перед ним красовались суп из бычьих хвостов с помидорами, жареные бараньи отбивные, картофельное пюре и овсяный хлеб.

Машинально повернув голову к входной двери, он вдруг заметил, что за эркером гостиной застыл чей-то силуэт. Незнакомец безмолвно и пристально разглядывал фигуру внутри дома!

Клейн едва не подпрыгнул от испуга, но тут же узнал в незваном госте Данна с его глубокими серыми глазами. Капитан прижался половиной лица к стеклу, беззвучно наблюдая за происходящим внутри.

«…Капитан, ну зачем же так пугать людей во сне? Это что, ваш способ отыгрывать „Кошмара“?» — разозлившись и одновременно едва сдерживая смех, подумал Клейн. Он взял ложку, подцепил кусок говядины и отправил его в рот.

«Мм, сразу чувствуется — моя стряпня!» — мысленно похвалил он сам себя. Теперь он точно знал, почему внезапно обрел осознанность во сне, и почему земные декорации так стремительно растворились.

Всякий раз, когда кто-то вторгался в его сновидения, он автоматически приходил в состояние боевой готовности!

Тем временем Данн отошел от окна и, накинув свой черный плащ, бесцеремонно распахнул дверь дома семьи Моретти. В абсолютной тишине он подошел и уселся прямо напротив Клейна.

Сняв шляпу и вежливо кивнув, капитан без тени стеснения вооружился ножом, вилкой и ложкой. С поразительной скоростью он смел со стола и суп из бычьих хвостов, и бараньи отбивные, и картофельное пюре, и овсяный хлеб — всё до последней крошки.

Клейн лишь ошарашенно хлопал глазами, решительно не понимая, чего добивается капитан.

Фух. Данн сыто выдохнул, показал Клейну большой палец, а затем извлек свою трубку и спички, с наслаждением затянувшись.

Выпустив клуб дыма, он поднялся, взял шляпу и отвесил старомодный, но полный достоинства поклон. Развернувшись, он покинул дом Моретти, растворившись за пределами этого сна.

«…» — провожая взглядом удаляющуюся спину капитана, Клейн еще долго не мог прийти в себя.

Опустив глаза на пустые тарелки, он машинально попытался воссоздать съеденную еду силой мысли.

Но на этот раз ни суп из бычьих хвостов с помидорами, ни бараньи отбивные, ни картофельное пюре так и не материализовались в его сновидении.

«Сожрал всё подчистую? Так вот в чем кроется сила „Кошмара“?» — у Клейна нервно дернулся уголок губ, и он обреченно подумал: «Выходит, цель капитана заключалась в том, чтобы лишить меня ночного перекуса даже во сне? Поистине жуткий кошмар… Ну и креативный же у него подход к отыгрышу „Кошмара“…»

Тихонько рассмеявшись, он покинул мир грез и вновь погрузился в нормальный сон.

На следующее утро, в половине шестого, Клейну пришлось вылезти из постели. Выпив кофе и наскоро перекусив тостами с беконом, он в спешке отправился за пределы городка, чтобы сменить Данна.

Ровно в семь они выдвинулись обратно в Тинген.

Около десяти утра они прибыли в дом номер 36 по Зотланд-стрит. Бодрый и полный сил Данн вернул Запечатанный артефакт «3–0782» за врата Чаниса. Тем временем Фрай уселся за пишущую машинку. Поскольку гражданские сотрудники еще не успели приступить к работе, он самолично взялся за составление вчерашнего отчета о миссии и заявки на возмещение расходов.

Клейн немного понаблюдал за процессом и с глубоким удовлетворением отметил: все использованные им материалы были скрупулезно занесены в список. Причем туда попали даже те ингредиенты, что пошли на защиту от лесных комаров и мошкары.

Он не стал сразу же возвращаться домой. С помощью тайного послания он уже успел назначить встречу с врачом из психиатрической лечебницы, Дастом. Встреча должна была состояться в час дня в заранее оговоренном месте.

«А следом, в три часа, у нас собрание Клуба Таро… И почему боссу тайной организации приходится вкалывать как проклятому?» — беззвучно проворчал юноша. Растянувшись на диване в комнате отдыха Ночных Ястребов, он пару часов подремал, чтобы хоть немного восстановить силы.

Что же касалось тех пугающих знаний и откровений, полученных минувшей ночью, он совершенно не боялся их забыть — в случае чего, гадание легко помогло бы всё вспомнить. Больше всего он страшился того, что его разум попросту заблокирует сам факт их существования, лишив его даже мысли прибегнуть к прорицанию. Поэтому перед сном он еще раз мысленно прокрутил в голове все детали, чтобы намертво впечатать их в память.

Именно по этой причине Клейн взял за правило каждую неделю писать подробные отчеты и систематизировать всю накопившуюся информацию.

Пообедав, он выудил из кармана часы и сверился со временем. Нахлобучив шляпу, он покинул охранное предприятие «Черный Терн» и направился в Стрелковый клуб Зотланда, расположенный в доме номер 3.

Толкнув парадные двери и войдя в холл, Клейн не стал спускаться в тир, отведенный специально для Ночных Ястребов. Вместо этого он устроился на одном из кресел в приемной. Обхватив обеими руками свою черную трость, он принялся терпеливо ждать.

Местом встречи, которое он назначил Дасту, был именно этот самый Стрелковый клуб Зотланда!

Их система связи была завязана на тайной переписке. Когда Клейну требовалась встреча, он писал доктору Дасту Гудериану письмо от имени родственника одного из пациентов. В послании он расспрашивал о специфическом заболевании под названием «раздвоение личности». При этом он виртуозно, под разными предлогами вплетал в текст слово «Зритель». Вкупе с крошечным чернильным пятнышком в условленном месте это служило надежным подтверждением его личности. А время, как бы невзначай упомянутое в тексте, и было временем их встречи.

Что касается места, то они оговорили его еще во время своего первого контакта. И если бы Клейн решил, что пора сменить локацию, он бы сообщил об этом при личной встрече.

В случае же, если Даст Гудериан сам желал встретиться, но дело не терпело отлагательств, он мог отправить письмо в бар «Гончая» или в этот самый стрелковый клуб. Адресатом значился некий «мистер Хорнакис». Клейну оставалось лишь регулярно забирать корреспонденцию.

Но если ситуация была экстренной, врач был обязан передать послание лично в руки Райту, хозяину бара «Гончая», непременно добавив пароль: «Ищу наемников». Услышав эту фразу, Райт, будучи внештатным информатором Ночных Ястребов, немедленно доставил бы письмо прямиком в охранное предприятие «Черный Терн».

Прождав некоторое время, без двух минут час, Клейн заметил, как в холл Стрелкового клуба входит Даст, от всей фигуры которого так и веяло интеллигентностью.

Врач был облачен в безупречно сидящий фрак и черный шелковый цилиндр. В руке он сжимал трость с серебряным набалдашником, а на носу поблескивали очки в изящной золотой оправе.

Даст неприметно окинул взглядом половину зала и, заметив едва уловимый кивок Клейна, тут же отвел глаза. Подойдя к стойке регистрации, он уверенным, отработанным тоном забронировал дорожку в тире и взял напрокат револьвер.

Как-никак, он был здесь уже не в первый раз.

— Малая дорожка номер 7. Аренда — три сула в час. Прокат револьвера — один сул и шесть пенсов в час, в стоимость включены шесть патронов… — девушка за стойкой проворно оформила заказ.

Оплатив десять сулов за час аренды, Даст получил на руки револьвер и коробку с дополнительными патронами. В сопровождении служащего он направился к своему стрельбищу.

Клейн выждал еще добрых пять минут. Неспешно поднявшись и подхватив трость, он подошел к дверям малой дорожки номер 7 и ритмично постучал: тук-тук-тук.

Дверь с легким скрипом приоткрылась. Даст подозрительно высунул голову, озираясь по сторонам, и лишь убедившись в отсутствии слежки, позволил гостю войти.

Клейн молниеносно скользнул внутрь и запер замок на задвижку.

— Добрый день, мистер Даст, — с этими словами юноша извлек купюру в десять сулов и протянул ее врачу. — Ночные Ястребы не позволяют своим внештатным сотрудникам оплачивать расходы на встречи из собственного кармана.