Чем дольше он находился вдали от дома, тем острее в такие вот тихие ночные часы ощущал щемящую тоску.

Утратив всякий интерес к разглядыванию прекрасных дам, он отложил журнал и потянулся за книгой.

— «Грозовая усадьба», автор — Форс Уолл, — прочитал Клейн надпись на обложке.

Тихая, безмятежная ночь, тускло-желтый свет газовой лампы и книга в плотной обложке в руках… Всё это пробудило в нем ностальгию по детству, когда он брал книжки в прокат. С теплой улыбкой юноша погрузился в чтение.

Сюжет «Грозовой усадьбы» вращался вокруг леди Сисси — девушки ростом метр шестьдесят пять и весом в девяносто восемь фунтов, которая устроилась гувернанткой в поместье Фриус.

«Один фунт — это примерно один цзинь… Неужели это местный аналог „Джейн Эйр“?» — Клейн задумчиво провел пальцем по приятной на ощупь бумаге, пытаясь предугадать дальнейшее развитие событий.

Но стоило ему увериться, что перед ним любовный роман, как на страницах внезапно объявился «злой дух». А едва он поверил, что это мистический триллер, как леди Сисси сбросила маску, оказавшись самым настоящим сыщиком, и выдала блистательный дедуктивный монолог.

И когда Клейн уже окончательно убедился, что читает детектив, главный герой получил сильный удар по голове, потерял память, и сюжет сделал крутой вираж в сторону слезливой драмы.

«…В конечном итоге это всё равно оказался любовный роман», — Клейн с головной болью захлопнул книгу и сделал глоток кофе.

Бум!

Бум! Бум! Бум!

Внезапный, яростный стук эхом разнесся по тускло освещенному, безмолвному коридору. Он прорезал тишину практически безлюдного подземелья.

Клейн едва не подпрыгнул от неожиданности. Его нервы мгновенно натянулись до предела.

Движимый голым инстинктом, он выхватил из подмышечной кобуры револьвер. Проверив барабан и взведя курок, он медленно, крадучись, подошел к двери, пытаясь определить источник звука.

Бум! Бум! Бум!

Бах! Бах! Бах!

Удары становились всё неистовее и яростнее. Проследив за звуком, Клейн устремил взгляд на массивные двустворчатые врата из черного железа, украшенные семью святыми гербами.

«Этот звук… Он доносится из-за врат Чаниса?» — юноша прищурился. Его сердце колотилось как сумасшедшее.

Бах! Бах! Бах!

Клейн воочию видел, как врата Чаниса содрогаются. Он почти физически ощущал ту чудовищную, первобытную мощь, что обрушивалась на них изнутри.

«Да вы издеваетесь… Я только первый день на дежурстве, и уже такое? Неужели после перемещения в этот мир я обзавелся аурой патологического неудачника?» — правую руку Клейна, судорожно сжимающую рукоять револьвера, прошиб холодный пот.

Но уже в следующее мгновение в памяти всплыло строгое напутствие капитана: какие бы звуки ни доносились, что бы ни происходило — ни при каких обстоятельствах не открывать врата Чаниса, если только они не распахнутся изнутри сами.

«Э-э… Неужели это нормальное явление?» — Клейн мгновенно успокоился, вернув себе толику хладнокровия.

Бах! Бах! Бах! Лязг! Лязг! Лязг!

Грохот за вратами Чаниса нарастал с каждой секундой. Но тяжелые створки из черного железа лишь мелко дрожали, стойко выдерживая натиск.

«Фух, значит, и вправду нормальное явление. А я-то чуть умом не тронулся со страху…» — тихо пробормотал Клейн, собираясь вернуться в караульное помещение.

Но именно в этот момент его уши резанул оглушительный, пронзительный скрежет металла. И он увидел, как тяжелые врата Чаниса медленно подались наружу, приоткрыв чернеющую щель!

Скр-р-р!

Сквозь этот тошнотворный, сводящий скулы скрип, застывший в оцепенении Клейн разглядел во мраке фигуру. Она была ростом с предплечье взрослого мужчины. Фигурка была облачена в элегантное миниатюрное дворцовое платье черного цвета, подол которого покрывали отчетливые грязные пятна.

У нее было совершенно заурядное, лишенное изящества лицо, угольно-черные глаза и плотно сжатые губы.

Это была кукла. Обычная тряпичная кукла!

Клейн инстинктивно вскинул револьвер, беря ее на мушку. И в ту же самую долю секунды кукла в черном дворцовом платье изо всех сил вжалась в приоткрытую створку врат Чаниса, разворачивая зажатый в руках кусок бумаги.

На пергаменте были начертаны десятки мистических символов. Некоторые из них Клейн узнал, другие видел впервые. И все они сплетались воедино, образуя гигантский вертикальный глаз!

Юноша даже не успел сообразить, что происходит, как куклу внезапно с силой рвануло назад. Какая-то неведомая, невидимая сущность безжалостно утащила ее во мрак за вратами Чаниса!

Лязг!

Врата Чаниса с оглушительным грохотом захлопнулись. Удары прекратились. Яростный стук стих без следа.

Подземелье вновь погрузилось в привычную, безмятежную тишину, словно ничего этого только что не было.

«Врата Чаниса распахнулись изнутри… Нужно срочно доложить капитану… Но они ведь снова закрылись…» — Клейн наконец-то пришел в себя. В его душе смешались первобытный страх, потрясение и полнейшее недоумение.

Спустя пару секунд он наконец осознал, что именно за кукла в черном дворцовом платье предстала перед ним. Как полноправный член отряда Ночных Ястребов, он уже имел доступ к досье на Запечатанные артефакты 3-го класса, хранящиеся за вратами Чаниса в Тингене.

«Номер: 0625».

«Название: Кукла Несчастий».

«Уровень угрозы: 3. Представляет определенную опасность, требует предельной осторожности при использовании. Доступ разрешен исключительно для миссий с участием не менее трех оперативников».

«Уровень секретности: Полноправные оперативники Ночных Ястребов и выше».

«Способ запечатывания: Достаточно полной изоляции от людей».

«Описание: Данная кукла облачена в дворцовое платье, фасон которого был популярен около 1300 года. На подоле имеются стойкие загрязнения неясного происхождения. Доподлинно установить, присутствовали ли они изначально, не представляется возможным».

«В ходе расследования серии трагедий в Тингене, спровоцированных внезапным финансовым крахом семей, полиция обратила внимание на эту куклу. Она неизменно находилась в детских спальнях, покоясь на прикроватных тумбочках».

«Группа Ночных Ястребов взялась за расследование и изучила аномалию».

«Предварительные выводы: артефакт приносит своему владельцу несчастья. Находящиеся рядом люди начинают стремительно терять удачу, вязнут в череде кризисов и, в конечном итоге, умирают один за другим. Испытуемый всего за две недели оказался на грани полного банкротства».

«Кукла не обладает признаками живого существа. Склонности к побегу или разрушению печатей не выявлено».

«В ходе длительных экспериментов было установлено: нахождение в радиусе десяти метров от артефакта суммарно менее получаса в день гарантирует иммунитет к проклятию. В случае если проклятие уже вступило в силу, передача куклы новому владельцу приводит к улучшению состояния прежнего хозяина».

«Приложение: Впервые кукла была обнаружена в доме старушки Тесс на Нижней улице Железного Креста в Западном районе. Будучи мастерицей по изготовлению игрушек, она, сломленная преклонным возрастом, тяжелой болезнью мужа и ранней смертью обоих детей, была вынуждена перебраться в трущобы».

«Эта кукла стала ее последним творением. Выручив за нее немного сока болиголова, она оборвала жизни — свою и своего мужа, положив конец их трехдневным мукам от голода».

Прокручивая в памяти досье на Запечатанный артефакт «3–0625», Клейн чувствовал, как в его груди разрастается жгучая смесь паники и недоумения:

«Разве в отчете не черным по белому написано, что она не живая? Разве там не сказано, что у нее нет склонности к побегу⁈»

«Тогда что, черт возьми, я только что видел⁈»

«И что за неведомая тварь утащила ее обратно во мрак?»

«Что означал тот вертикальный глаз, начертанный на развернутом ею пергаменте?»

«Вся эта сцена выглядела так, словно внутри заперт маньяк-убийца, который пытает свою жертву. Жертва изо всех сил бьет по двери, отчаянно молит о помощи, но маньяк безжалостно затаскивает ее обратно…»