«Что происходит?» — в оцепенении подумал Клейн и тут же заметил, как Лоротта толкнула Эла Хассена.

После этого движения мужчины вновь обрели плавность.

«Неужели я только что выглядел так же?» — юноша сначала опешил, а затем его осенило.

Это и есть проявление опасности Запечатанного артефакта «2–049»!

«А если вовремя не разбудить человека толчком, что тогда?»

«Он превратится в живого мертвеца?»

Терзаемый одним вопросом за другим, Клейн поздоровался с весьма привлекательным мужчиной средних лет, Элом Хассеном.

— Борджиа, — Данн указал на последнего Ночного Ястреба.

Это был хладнокровный мужчина со шрамом от ножа на щеке. Его желто-карие глаза, зоркие как у орла, непрерывно ощупывали каждого присутствующего.

— Выдвигаемся, господа. Нужно покончить с этим как можно скорее и вновь запечатать «2–049», — поднявшись с места, произнес Эл Хассен — красивый джентльмен средних лет с уже проступившими морщинками в уголках глаз.

«Кстати, а где сам „2–049“?» — Клейн с любопытством огляделся, но не заметил никаких следов Запечатанного артефакта.

Разумеется, не активировав Духовное зрение, он не мог разглядеть то, что скрывалось за столом.

— Хорошо, — Данн повернул голову к Леонарду Митчеллу. — Ты поведешь экипаж. К подобным делам Сизера лучше не привлекать.

Упомянутый Сизер был гражданским сотрудником отряда Ночных Ястребов Тингена, отвечающим за снабжение и закупки, а также по совместительству подрабатывающим кучером. Именно он отвозил Клейна к дому Уэлча на встречу с «Медиумом» Дейли.

— Без проблем, — Леонард отбросил свою обычную легкомысленность и серьезно кивнул.

В этот момент Клейн увидел, как Эл Хассен наклонился и поднял из-за стола железный черный чемодан.

На его поверхности были выгравированы сверкающие звезды и багровая луна, а вокруг разливалось невидимое ощущение герметичности.

«Внутри и есть Запечатанный артефакт? Интересно, как выглядит этот „2–049“…» — Клейн с любопытством разглядывал чемодан.

Бум!

Бум! Бум!

Из железного черного ящика внезапно раздались яростные удары, отчего на его поверхности раз за разом появлялись выпуклости.

Бум! Бум! Бум!

Казалось, внутри ящика пробудилось нечто кошмарное. Оно неистово колотило в дверь, и каждый удар гулким эхом отдавался в сердцах всех, кто находился в караульном помещении.

«Оно живое?» — только успела промелькнуть мысль в голове Клейна, как он увидел, что движения капитана Данна стали заторможенными, а его суставы одеревенели, словно в них залили клей.

Борджиа, Ночной Ястреб из Баклунда, толкнул Данна в плечо, возвращая его движениям прежнюю плавность.

«Состояние под воздействием „2–049“ сильно смахивает на танец робота… Если бы нас всех накрыло разом, мы бы превратились в настоящую труппу кринжевых танцоров…[83] Слава богу, этот „2–049“, похоже, может влиять только на одного человека за раз…» — Клейн снимал внутреннее напряжение с помощью мысленного сарказма, ни на секунду не прекращая сгибать и разгибать руку.

Взяв пример с Данна, он оставил трость и последовал за пятерыми Ночными Ястребами. Они прошли по туннелю, поднялись по лестнице и оказались на втором этаже охранного предприятия «Черный Терн».

Поскольку Леонард ускорил шаг и предупредил всех заранее, Розанна и остальные временно укрылись на третьем этаже. Для гражданских сотрудников подобные ситуации были не частыми, но и не в новинку. А другой Ночной Ястреб, Кенли, временно заменил Данна на посту у врат Чаниса.

Лишь сев в карету, Клейн с облегчением выдохнул. С сомнением взглянув в окно, он спросил:

— Разве «2–049» не повлияет на обычных людей на улице?

Ведь пока они шли от подземелья до кареты, Запечатанный артефакт вызвал феномен заторможенности целых шесть раз! Причем сам Клейн попадал под его воздействие дважды, и оба раза его будили капитан Данн и Леонард Митчелл. Такая частота была поистине пугающей!

— Не беспокойся, «2–049» отдает приоритет гуманоидным существам в радиусе пяти метров. Чем ближе, тем выше шанс стать его мишенью. До тех пор, пока вокруг него находится как минимум три человека, прохожие на улице вне кареты останутся в безопасности, — ленивым тоном пояснила привлекательная черноволосая Лоротта.

«Какой странный Запечатанный артефакт…» — продолжая сгибать руку, в очередной раз поразился Клейн.

По пути к дому Райела Бибера Данн и остальные хранили молчание, пристально следя за состоянием друг друга. Лишь Лоротта всем своим видом демонстрировала полное безразличие: она то любовалась не слишком чистыми улицами Тингена, то отпускала пару комплиментов в адрес канализационной системы Баклунда.

Вскоре в поле зрения Клейна показалось знакомое здание. Группа из шести человек, следя друг за другом, шаг за шагом поднялась на третий этаж.

На двери квартиры Райела Бибера уже красовалась печать полицейского управления Тингена, запрещающая вход посторонним.

Данн, не прекращая упражнений, достал ключ и отпер новый замок. Затем он отступил в сторону, пропуская Эла Хассена с железным черным чемоданом вперед.

Бум!

Бум! Бум! Бум!

Запечатанный артефакт внутри железного черного ящика вновь принялся неистово колотить, еще яростнее, чем прежде. Руки Эла Хассена начали неконтролируемо дергаться из стороны в сторону, а Клейн всерьез усомнился, выдержит ли чемодан или будет пробит насквозь.

Бум! Бум! Бум!

Клейн зорко подметил, что движения Данна стали заторможенными. Он уже собирался разбудить капитана толчком, как вдруг в его собственной голове раздался гул. Разум внезапно онемел, а картина перед глазами мгновенно превратилась в замедленную съемку.

«Разве… он не влияет… только на одного… человека за раз…» — мысли Клейна стремительно впали в ступор.

В этот момент заранее готовые ко всему Лоротта и Борджиа толкнули их обоих.

К Клейну вернулась способность соображать, а зрение пришло в норму. Содрогнувшись от запоздалого страха, он огляделся по сторонам, едва не выпалив с возмущением:

«Разве вы не говорили, что „2–049“ влияет только на одного человека за раз⁈»

«Слава богу, я не переставал сгибать руку!»

— Запечатанный артефакт «2–049» перешел в состояние ярости. Количество целей воздействия увеличилось до двух. Можно с уверенностью подтвердить, что Райел Бибер является потомком семьи Антигон, — механическим тоном констатировал Эл Хассен.

Лоротта лишь усмехнулась и, посмотрев на Клейна, произнесла:

— Стоит ему лишь почуять потомков семьи Антигон, даже если это всего лишь остаточный запах, как «2–049» приходит в крайнее возбуждение, и его силы заметно возрастают. Думаю, ты сможешь понять его чувства.

«Не понимаю…» — Клейн с любопытством спросил:

— Выходит, это живое существо?

Лоротта улыбнулась, уклонившись от прямого ответа:

— Скоро сам всё увидишь. Если Райел Бибер еще не покинул Тинген, «2–049» приведет нас прямо к нему.

Клейну ничего не оставалось, кроме как придержать остальные вопросы. Вместе с Ночными Ястребами он обошел квартиру.

Под непрерывный грохот ударов они заперли дверь, спустились по лестнице и вернулись в карету.

Эл Хассен бросил пару взглядов в окно, убедившись, что в радиусе пяти метров нет прохожих. Затем он поставил железный черный ящик на пол, повернул механический замок и снял духовные оковы.

Яростный стук мгновенно прекратился. В салоне кареты воцарилась гробовая тишина, казалось, даже дыхание присутствующих замерло.

Клейн затаил дыхание, глядя, как железный черный ящик медленно открывается, издавая скрипучий, режущий слух звук.

Клац!

Чемодан опрокинулся, и оттуда высунулась тонкая коричневатая рука, размером едва ли с палец ребенка.

Опираясь на две руки поочередно, нечто коричневатое, размером с ладонь нормального человека, дюйм за дюймом предстало перед глазами Клейна и остальных.

У него были отчетливо видны локтевые, пальцевые и коленные суставы. Всё его тело было обмотано коричневатыми, пропитанными маслом тряпками, а на лице красовался красно-желтый клоунский грим.