Тарас же не давал мне передышки. Кровавые копья вырастали из-под земли частоколом смерти, норовя пробить ноги. Пот заливал глаза, каждое движение давалось всё труднее. А вот Андрей застыл статуей посреди поляны. Его лицо побледнело, словно выточенное из мрамора. Только рана на щеке продолжала сочиться кровью, но уже не красной, а почти чёрной.

Тень снова появилась, на этот раз ближе. Из прорехи в капюшоне показались изящные женские пальцы. Длинные, с острыми ногтями, похожими на иглы. Они потянулись к моему лицу.

Я отклонился и рефлекторно метнул взгляд на Веронику. Девушка забилась в путах с новой силой, её грудь тяжело вздымалась в такт прерывистому дыханию. По бледной коже текли алые дорожки. Кровь сочилась из глаз и носа, капая на обнажённое тело.

«Нужно дождаться момента для сигнала, — пронеслось в голове, пока я уворачивался от новой атаки Тараса. — Мои люди окружили поляну, но пока рано… Слишком рано».

Тарас занёс руки для новой атаки. Кровь вокруг него закручивалась, но вдруг он застыл, посмотрев на друга, словно налетел на невидимую стену.

Андрей рухнул на колени, его тело билось в конвульсиях, выгибаясь под неестественными углами. Кровавая пелена на коже блондина пошла трещинами, как разбитое витражное стекло.

Пора! Ладони встретились с громким хлопком, разрезая ночную тишину. Сигнал для моих людей прозвучал как удар грома.

Выстрелы прогремели одновременно. Слаженно, чётко, как на тренировках. Пули градом обрушились на наёмников, вынуждая Тараса уйти в оборону. Стена крови выросла куполом, закрывая его и бьющегося в конвульсиях Андрея. Снаряды увязали в конструкции, как мухи в янтаре.

Мои ребята появились из темноты. Некоторые из них бросились к наёмникам, сжимая в руках оружие.

И тут Тарас ответил. Из его защиты вырвались алые шары, разлетаясь веером.

Трое воинов не успели среагировать. Снаряды вспороли плоть, оставляя дымящиеся раны. Сам я едва успел пригнуться, чувствуя, как раскалённый воздух опалил волосы.

Новая атака прилетела без паузы. Ещё двое рухнули на землю, зажимая кровоточащие раны. Другие ребята уже доставали флаконы с зельями. Действовали быстро, без лишних слов. Глотали всё разом: выносливость, скорость, лечение.

Мои пальцы сжали десяток игл, я чувствовал их привычную тяжесть. Холодный материал вдруг засветился изумрудным пламенем. И губы сами растянулись в улыбке.

Рука метнулась вперёд. Иглы вспороли воздух, впиваясь в купол. Защита задрожала, словно от подземных толчков. По её поверхности побежали трещины, как по тонкому льду.

Взрыв отбросил всех на землю. Красные брызги разлетелись во все стороны. В последний момент я успел заметить, как несколько моих игл достигли цели, вонзаясь в тело Тараса.

«Отлично! — пронеслось в голове, пока поднимался на ноги. — Времени мало, скоро он повторит судьбу дружка». Рванул к застывшему наёмнику. Слишком уж много вопросов накопилось к нему.

— Не стрелять! — крикнул я, видя, как мои люди берут Тараса на прицел.

Коренастый пацан стал статуей. Только голубые глаза двигались, наполняясь непониманием и страхом. Я подошёл к нему, переводя дыхание. Пот стекал по моим вискам, сердце колотилось как бешеное.

— Следите! — бросил своим, оглядывая поляну. — Тут ещё может появиться одна тварь. Стреляйте в руки и ноги.

Повернулся к Тарасу:

— Ну что, поговорим?

Паренёк дёрнулся, пытаясь освободиться от действия яда. Несколько игл скользнули между моими пальцами, вонзаясь в его плоть. Теперь точно никуда не денется.

— Кто тебя послал? — впился в наёмника взглядом. — То, что стало с девушкой, — ваших рук дело? Как вы это провернули на глазах у всех?

Тень материализовалась рядом внезапно. Чёрная ткань балахона всколыхнулась, словно от порыва ветра.

— Стреляйте! — выкрикнул я, отпрыгивая назад.

Мои люди не успели. Тварь нырнула в Тараса, будто в тёмное озеро, утягивая парня за собой в пустоту.

— Сука! — процедил я сквозь зубы.

Андрей дёрнулся в последний раз и застыл в неестественной позе.

— Мёртв, — Медведь присел рядом с телом бывшего наёмника, проверяя пульс.

«Вот чёрт! Обоих упустил…» — пронеслось в голове.

Мужики же пялились на Веронику, не скрывая интереса. Девушка перевернулась, словно специально выставляя напоказ самые сокровенные места. Лунный свет играл на коже, подчёркивая изгибы тела.

— Прикройте её, — скомандовал я, замечая жадные взгляды бойцов. — И будьте аккуратны.

Опустился рядом с телом Андрея, пока люди занимались Требуховой. Что-то здесь не складывается… Моя магия усиливается в определённые моменты, передавая дополнительную силу иглам. И тогда они начинают светиться, а яд становится мощнее.

«Новое свойство? — мысли путались. — От шариков Елизаветы? Плохо… Значит, прежние способности могут не работать. А ведь как удобно было с параличом и правдой!»

Тело Андрея на глазах превращалось в мумию. Кожа трескалась и осыпалась, словно старая штукатурка на стене. Мышцы таяли, будто снег весной. Результат впечатлял, но взгляды мужиков… В их глазах плескался неприкрытый страх перед моими способностями.

— Отойти! — резкий окрик Медведя прервал размышления.

Я развернулся. Двое пытавшихся освободить девушку рухнули, как подкошенные. Мы подбежали вместе с Фёдором к ним. Оба дышат, но… Вспомнились слова Дрозда об отравлении некромантией.

— Вы пятеро, — указал на ближайших бойцов, — хватайте их, тащите к грузовику. Ждите меня, я поеду с вами.

— Нужно уходить, — Медведь нервно оглядывался по сторонам.

— Ага, — кивнул я, прикидывая варианты. — Сейчас, только девушку освободим.

Внезапный выстрел разорвал ночную тишину. Второй. Один из парней, тащивший отравленного, рухнул лицом в землю, мы тоже попадали вниз. Со стороны Зубаровых открыли огонь.

«Твари! То одни, то другие», — выругался про себя, пока люди отстреливались. Пополз к Веронике. Девушка лежала, бесстыдно раскинувшись.

«Либо сейчас, либо вся вылазка зря», — решил я, доставая меч.

Удар когтя водяного медведя пришёлся по верёвкам. Лезвие, способное резать металл, скользнуло, не причинив вреда путам. Второй удар — тот же результат.

— Придётся рискнуть! — пригнулся от очередного выстрела.

Мои руки окутало зелёное пламя. Я коснулся первой верёвки, замер, ожидая реакции. Вроде… И вдруг пуля взвизгнула над головой, заставляя вжаться в землю.

— Да убейте вы уже этих ублюдков! — крикнул своим.

Пальцы быстро развязывали узел за узлом. Наконец, Вероника рухнула вниз. Еле успел её подхватить. Опустился ниже, освобождая последние путы.

Ладонь сжимала что-то упругое. Я поднял взгляд. Твою ж… Убрал руку, перехватывая девушку удобнее.

Тем временем отряд Зубаровых выскочил из темноты. Десять фигур неслись прямо на нас. Луна выхватила из мрака их лица, перекошенные яростью. Пот блестел на лбах, глаза горели безумием наёмников, которым приказали убивать.

Медведь открыл огонь. Его ружьё рявкнуло, разрывая тишину ночи. Пуля снесла половину черепа ближайшему нападавшему. Тот рухнул, как подкошенный. Остальные рассыпались в стороны, заходя с флангов.

Мои иглы скользнули между пальцев, источник словно сам направлял руку. Три зелёных росчерка рассекли воздух. Три тела осели на землю, корчась от яда.

Наёмник попытался достать меня ножом, зайдя слева, но Медведь среагировал мгновенно. Дуло его ружья дёрнулось, выплёвывая свинец. И голова нападавшего лопнула, как перезрелый арбуз.

— Слева заходят! — крикнул Петруха, разряжая обойму в мелькающие тени.

Захар с двумя бойцами прикрывали правый фланг. Медведь с остальными держали левый. Выстрелы гремели почти в унисон, пули находили цели.

Один из наёмников Зубарова прорвался через заградительный огонь. Его рука с зажатым тесаком метнулась к моему горлу. Я пригнулся, уходя от удара. Лезвие просвистело над головой, пришлось бросить девушку. И вот моя игла вошла точно в глаз нападавшего. Ублюдок захрипел, забился в конвульсиях.