— Да… Да, конечно, — прошептала она. — Олег Семёнович…

Девушка неуверенно подошла к врачу, простыня волочилась по залитому кровью полу. Присела рядом, начала ощупывать пульс на шее.

Я направился дальше. Грабителей оставалось совсем немного. Последние три вагона почистил быстро.

В предпоследнем обнаружил женщину с ребёнком. Девочка лет пяти прижималась к матери, плакала от страха. Мать пыталась успокоить дочь, но сама была на грани истерики.

— Мамочка, я боюсь, — всхлипывала малышка.

— Не бойся, солнышко, — гладила её по голове женщина. Потом перевела взгляд на меня. Я кивнул, и она облегчённо выдохнула.

Добрался до головного вагона, постучал в дверь кабины машиниста. Тяжёлая металлическая дверь была заперта изнутри. За ней слышались приглушённые голоса — кто-то говорил спокойно, размеренно.

Подождал, но никто не ответил. Ещё постучал, на этот раз сильнее — костяшки больно ударились о железо.

— Минуточку! — отозвался изнутри вежливый голос с лёгким акцентом. — Сейчас открою!

Дверь отворилась. Меня не втолкнули внутрь силой — просто пригласили войти жестом, словно в гостиную аристократа.

— Прошу, прошу! — произнёс учтиво мужчина в безупречном костюме.

Я зашёл в кабину. Машинисты лежали связанные на полу, вроде бы живые. Рядом валялся помощник машиниста, тоже спящий. А возле пульта управления стоял ещё один мужик — совершенно не похожий на остальных грабителей.

Мужчина лет сорока с тоненькими усиками, смазанными какой-то блестящей субстанцией, чтобы они завивались на концах. Волосы зачёсаны назад и тщательно уложены. Цепочка часов тянулась через карманы элегантного пиджака из дорогой ткани. На носу поблёскивало пенсне в золотой оправе.

Костюм был сшит по фигуре у хорошего портного — никаких складок или неровностей. Туфли начищены до зеркального блеска. Даже запонки на манжетах выглядели дорого — золото с небольшими изумрудами.

— Прошу прощения за беспокойство, — кивнул он учтиво, словно извинялся за опоздание на светский приём. — Я уже заканчиваю свои дела и скоро покину состав. Вы не против, если мы не будем с вами сражаться?

Мужчина говорил тоном, которым обычно обсуждают погоду или театральные премьеры. Никакой агрессии, никакой грубости — сплошная вежливость.

— Судя по тому, что наблюдал через… — он изящно поправил пенсне. — Я вам не соперник.

Обратил внимание, что его очки слабо светились изнутри. Артефакт, значит. Магический предмет для оценки силы противника или что-то в этом роде.

— Боль не переношу от природы, да и не хочу пачкать одежду, — продолжил мужчина, отряхивая невидимую пылинку с рукава. — Что скажете на это?

Я поставил чемоданы на пол кабины.

— Цель нападения? — задал вопрос, изучая странного собеседника. — Почему именно сейчас?

На руке сформировались маленькие шипы льда. Метнул их в головы машинистов, чтобы они окончательно вырубились и не слушали разговор.

— Хм… — чуть склонил голову мужик, наблюдая за моими действиями с любопытством учёного. — Интересно… Для начала разрешите представиться.

Он сделал подобие реверанса — изящно, по всем правилам светского этикета: одна нога назад, лёгкий наклон корпуса, рука к сердцу.

— Меня зовут Клаус Себастьян Бах, — произнёс торжественно. — К вашим услугам, господин…

— Магинский, — ответил я. — Граф Магинский.

— О! Какая честь встретить вас лично, — кивнул мужик. — Наслышан о вас, Павел Александрович.

— Цель? Почему сейчас? — повторил я.

— Люди, которых вы встретили в вагонах, — это… — Клаус поморщился, словно вспомнил что-то неприятное. — Наёмники. Не мои, скажем так, собратья по духу. Грубоваты, нагловаты и туповаты донельзя. Но с профессионалами в наше время напряжёнка.

Он достал из внутреннего кармана шёлковый платок и протер стёкла пенсне.

— Найти хороших специалистов моего профиля становится всё сложнее, — пожаловался Клаус. — Молодёжь не та пошла. Думают, что воровство — просто отнять силой. А ведь это искусство! Наука! Ещё и руки распускают… Мой артефакт показал, что они делали. Я бы поступил так же с ними.

Манера держаться, говорить поражала. Если бы не знал, что он вор и грабитель, подумал бы: «Какой-то аристократ или учёный. Образованный, воспитанный, с тонкими манерами».

— Что касается цели нашего предприятия… — пригладил усики кончиками пальцев. — Всё, как обычно, в нашем деле, — пожал он изящно плечами. — Деньги, драгоценности, прочие ценности… Ну, и ещё кое-что особенное.

В его голосе появились осторожные нотки. Клаус явно подбирал слова, решая, сколько можно рассказать.

— Могу ли я спросить, что именно? — решил поддержать вежливую манеру общения.

— Конечно, можете, — кивнул он одобрительно. — Ценю хорошие манеры в собеседнике. Видно, что имею дело с настоящим аристократом.

Он подошёл к окну кабины, посмотрел на проплывающий за стеклом лес. Руки сложил за спиной, приняв позу мыслителя.

— Понимаете, среди людей моей профессии… — начал Клаус. — А воровство я считаю настоящей профессией! — гордо заявил он, повернувшись ко мне. — Среди нас прошёл весьма специфический заказ.

Пенсне сверкнуло в свете ламп, когда мужик наклонил голову.

— Нападение на поезд, следующий из Енисейска в Петербург, — продолжил размеренно. — И если мы найдём определённых людей среди пассажиров, то заказчик обещал заплатить полмиллиона рублей за каждого. Живого, разумеется.

— Кто цель? — уточнил, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

— Маги крови, — хитро улыбнулся Клаус, поправляя цепочку часов. — Схватить их живыми и доставить в определённое место.

Значит, заметили всё-таки мои группы с кровяшами. Кто-то проследил маршрут, вычислил план.

Клаус снова подошёл к пульту управления, провёл пальцем по блестящим рычагам.

— Заказ поступил через надёжных посредников, — продолжал он рассказывать. — Деньги солидные, предоплата честная. Я не мог отказаться от такого предложения.

— Вон оно что… — кивнул, переваривая информацию. — Вы нашли нужных людей? — спросил, наблюдая за реакцией.

— К великому сожалению, нет, — покачал головой собеседник с искренним расстройством. — Очень рассчитывал, что судьба улыбнётся. Нанял людей, подготовил операцию. У меня было пять различных способов проникнуть на этот поезд незамеченным.

Он вздохнул, словно художник, которому не удался важный портрет.

— А тут вдруг раз, и у состава часть вагона растворилась в воздухе, — Клаус развёл руками. — Остановка, суматоха… Просто подарок судьбы для такого дела! Но везение обошло меня стороной.

Мужчина снял пенсне, начал протирать стёкла платком. Без очков его лицо казалось усталым, разочарованным.

— Да и денег теперь не получу, — грустно констатировал он. — Вы убили всех моих наёмников, операция провалена полностью. Так что, — выдохнул тяжело, — мне попросту не повезло. Издержки профессии, ничего не поделаешь.

— Вы, как я вижу, маг, — уточнил, кивая на светящееся пенсне.

— О! — Клаус тут же выпрямился, его лицо озарилось довольной улыбкой. — Рад, что не приняли меня за какого-то уличного отброса! Действительно, имею честь обладать магическим даром.

Он снова надел очки, поправил оправу.

— Артефакт показывает примерную силу противника, — пояснил с гордостью. — Весьма полезная вещица в моём деле. Позволяет избежать ненужных конфликтов с заведомо более сильными личностями.

Клаус чуть поклонился.

— У меня всего лишь четвёртый ранг магии, — признался он. — Не ахти какая сила, но для воровского дела вполне достаточно. Иллюзии, маскировка, лёгкая телепортация на короткие расстояния…

Я хмыкнул. Честный вор — редкость в наше время. Обычно каждый пытается выдать себя за более могущественного, чем есть на самом деле.

— В ближайшие дни нападения повторятся, ими займутся уже другие люди, — шмыгнул носом Клаус.

Мужчина подошёл к двери кабины, положил ладонь на ручку.

— Если вы не против, я бы покинул состав, — произнёс он вежливо. — Скоро станция, там будут жандармы, сотрудники СБИ, а я не планирую попадаться в их руки. Тюрьма плохо влияет на цвет лица.