— Они пытаются выпустить ядовитый туман! — крикнул я, заметив, как один из ползунов раздувается. — Не дайте им это сделать!

Град пуль обрушился на раздувающегося монстра. Несколько попали в цель, и тварь взорвалась, не успев выпустить свой яд. Но других это не остановило, они продолжали лезть из-под земли.

Паучки в тылу врага тем временем добрались до главной цели — одной из палаток с командованием. Через их глаза я видел внутренность шатра, где турецкие офицеры склонились над картой, отчаянно пытаясь понять, что происходит на поле боя.

— Пора, — шепнул я и отдал приказ.

Паучки атаковали офицеров, жаля их в шеи и запястья. Использовали лёд. Командование турок пало в считаные секунды, даже не поняв, что произошло.

К сожалению, кристалла контроля монстров тут не оказалось. А было бы очень хорошо. Видимо, он где-то в другом месте.

— Воронов! — крикнул я. — Закрывай выходы ползунам!

Толстячок снова ударил ладонями о землю. На этот раз его магия сработала иначе. Почва под степными ползунами превратилась в жидкую грязь, в которой твари начали тонуть. Сверху Воронов накрыл их каменными плитами, запечатывая под землёй. Пацан выкладывался на полную. Бывший барон явно решил доказать свою ценность.

— Центральная группа, продолжать наступление! — скомандовал я. — Пришло время зайти на их территорию!

Мы двинулись вперёд, перескакивая через окопы и обходя завалы. Враг был дезорганизован и не мог оказать серьёзного сопротивления. Некоторые турки даже бросали оружие и сдавались. Мы проникли глубже на вражескую территорию, чем планировалось изначально. Впереди виднелись их артиллерийские позиции и лагерь снабжения. Пора было выпускать Ама.

Сместился влево, пока мои стреляли. Нашёл овраг. Пространственное кольцо засветилось, и водяной медведь материализовался рядом со мной. Его огромная туша блестела в свете вспышек, а глаза горели предвкушением охоты.

— Ам, — указал я на артиллерию, — разнеси их в клочья.

Водяной медведь издал тихий рык и рванул к цели. Его массивное тело двигалось с невероятной для таких размеров скоростью. Турецкие артиллеристы даже не успели понять, что на них напало, прежде чем когти и зубы монстра разорвали первых жертв.

Паника среди врагов достигла апогея. Они бежали в разные стороны, бросая оружие и снаряжение. Некоторые пытались организовать оборону, но было уже поздно.

— Вот теперь мы можем приступить к настоящей игре, — улыбнулся я Костёву. — Пора использовать артефакты.

Коля кивнул, извлекая из-за пазухи переданный мной атакующий артефакт. Его глаза заблестели азартом и предвкушением. Впервые в жизни он держал в руках такую мощную вещь.

— Господин капитан, — пацан нервно сглотнул, разглядывая металлическую коробочку, украшенную рунами. — Куда целиться?

— Видишь их минное поле? — указал я на пространство перед турецкими окопами, где трава выглядела немного иначе. — Туда.

По жесту Костёва другие командиры достали артефакты. Воронов побледнел, сжимая свой. Его руки заметно дрожали — то ли от волнения, то ли от страха перед силой, которую предстояло выпустить.

— На счёт три, — скомандовал я. — Один… два…

Не договорил. На секунду замешкался, вспомнив о паучках, которых нужно было успеть отвести подальше от эпицентра предстоящего взрыва. Мысленно отдал приказ, и многоглазые твари быстро отползли в сторону, прячась за камнями и в небольших ямках.

— Три!

Командиры одновременно активировали артефакты и швырнули их в сторону минного поля. Металлические коробочки полетели по дуге, оставляя за собой едва заметные светящиеся следы. Секунда тишины, и небо разорвалось.

Оглушительный грохот сотряс землю. Вспышка была такой яркой, что на мгновение ночь превратилась в день. Воздух наполнился свистом осколков и комьев земли, летящих во все стороны. Но главное — сработала цепная реакция. Наши артефакты подорвали не только то место, куда упали, но и заставили детонировать турецкие мины. Одна за другой они взрывались, создавая настоящий огненный шторм на вражеских позициях.

— Защита! — крикнул я, активируя артефакт.

Вокруг нас мгновенно образовался купол из полупрозрачной энергии. Осколки и комья земли ударялись о него, но не могли пробиться внутрь. Другие командиры последовали моему примеру, и вскоре весь взвод был защищён множеством энергетических полусфер.

Турки, не ожидавшие такого мощного удара, метались по своим позициям. Их крики смешивались с грохотом взрывов. То там, то здесь виднелись фигуры бегущих солдат, пытающихся найти укрытие от огненного шторма, бушующего на минном поле.

Но самое интересное происходило под землёй. Вибрация от взрывов достигла туннелей, где прятались хулуды — песчаные змеи, которых турки использовали для охоты. Твари, дезориентированные резким изменением в их среде обитания, в панике выползали наружу, прямо под наши пули.

— Огонь по змеям! — скомандовал я, указывая на извивающиеся силуэты, появляющиеся из-под земли.

Мои солдаты, не теряя времени, открыли огонь. Магические пули с чавкающим звуком вонзались в тела песчаных тварей, заставляя их корчиться от боли.

А вот и степные ползуны подтянулись. Их бугристые туши возвышались над поверхностью земли, как движущиеся холмы. Обычно эти монстры работали в связке с хулудами, но сейчас, деморализованные взрывами и потерей своих «партнёров», действовали хаотично.

— Воронов! — крикнул я, указывая на ближайшего ползуна. — Покажи, на что способен!

Бывший барон вздрогнул, но тут же собрался. Его глаза сузились от концентрации, руки вытянулись вперёд. Магия земли заструилась по пальцам, зажигая их внутренним светом.

— Есть! — выкрикнул он и ударил ладонями о землю.

Почва под ползуном вздыбилась, превращаясь в жидкую грязь. Тварь начала тонуть. Она отчаянно пыталась выбраться. Лапы беспомощно царапали воздух, а из пасти вырывался пронзительный визг.

Воронов не остановился на этом. Его руки двигались в сложном танце, направляя потоки магии. Земля вокруг ползуна поднялась стеной, формируя подобие каменного склепа. Ещё мгновение, и конструкция сомкнулась над тварями, похоронив их заживо.

— Отлично! — похлопал его по плечу. — Ещё!

Глаза Воронова загорелись от похвалы. Ободрённый успехом, он повторил трюк, заключив тварей в земляные саркофаги.

Я разделил часть своих монстров. Первая займётся сбором червячков. А другая тем временем проникнет глубже на вражеские позиции. Через их глаза я видел, как турецкие офицеры отчаянно пытаются организовать оборону. Крики и жесты врагов выдавали панику. Они не понимали, что происходит.

Один из офицеров, судя по его богатой форме, был главным. Мужик стоял в центре палатки, раздавая указания и тыча пальцем в карту.

«Вот тебя-то мне и надо», — подумал я, направляя монстра прямо к нему.

Офицер даже не заметил, как смертоносное существо подобралось к его ноге. Первый укус, и турок дёрнулся, хватаясь за шею. Глаза расширились от ужаса, когда он понял, что не может двигаться. Ещё несколько мгновений, и мужик рухнул на карту, парализованный ледяным ядом паучка.

Другие офицеры в палатке отреагировали с запозданием. Они только начали понимать, что происходит, когда ещё несколько паучков атаковали из углов. Один за другим турецкие командиры падали, поражённые невидимыми убийцами.

— Вперёд! — скомандовал я своему взводу. — Они потеряли управление!

Мы двинулись сквозь разорванное минное поле. Перепрыгивали через воронки и обходили ещё горящие участки. Оставшиеся без командования турецкие солдаты выглядели растерянными. Некоторые пытались организовать оборону, но большинство просто метались по позициям, не понимая, что делать.

Ам тем временем добрался до артиллерийских расчётов. Его огромная туша появилась словно из ниоткуда, заставив турок закричать от ужаса. Когти и зубы разрывали всё на своём пути.

Я видел, как Ам схватил одного бойца за плечи и резким движением разорвал пополам. Второй получил удар когтистой лапой, от которого его голова отделилась от тела и покатилась по земле. Третий пытался убежать, но медведь догнал одним прыжком и впился зубами в спину, ломая позвоночник.