— Что? — повернулся к нему.

И тут по нашей связи пришли образы: как я тяну мишку за ухо, а следом будто сам паук нежно гладит своих детёнышей.

— Издеваешься? — у меня отвисла челюсть. — Для начала Ам — монстр. И вообще большое чудо, что его ещё не потрошат. Я ему не отец.

Паук фыркнул — звук получился похожим на шипение закипающего чайника. От такой наглости я искренне охренел.

— Когда мы с тобой дрались, — продолжил беседу, чувствуя абсурдность ситуации, — ты раздавил несколько своих детишек. И вообще, отец года, какие у них имена?

Папаша заткнулся, кристаллы потускнели. Внутренне показалось, что я уделал его в споре. Поймал себя на этом ощущении и мысли. Сосредоточился.

Серая зона и её энергия как-то влияют на меня. Я почему-то лучше чувствую тварей, во всяком случае, тех, кого подчинил. Даже могу различать их эмоции, как сейчас с пауком.

Эмоции, которые я очень стараюсь держать под контролем в этом молодом теле, рвутся наружу. Пробуждаются… Интересно, как? Инстинкты! Да, именно они. Где-то в глубине я ощущаю животные порывы: размножаться, убивать, есть и спать. Они становятся сильнее, чем дольше я нахожусь в серой зоне.

Отогнал от себя странные ощущения. Через пару минут вернулся Ам, возбуждённо тыкая лапой куда-то в сторону.

— Т-а-м! — произнёс он. — Боль-шой.

Мишка прижался к земле и пополз, словно гигантская ящерица. Его чешуя шуршала по опавшей листве, а хвост извивался, как у довольного кота. Я двинулся следом, стараясь ступать беззвучно. Морозный паук скользил за нами, ушёл в невидимость. Его кристаллы перестали так ярко светиться.

Впереди клубился странный пар, от которого пахло гарью.

— Большой! — Ам раздвинул лапы, повторяя мой недавний жест, и в его человеческих глазах мелькнуло что-то похожее на гордость.

Я всмотрелся вперёд. На земле лежала массивная голова, напоминающая собачью морду с мощными клыками. Кожа серая, потрескавшаяся, покрытая пеплом. Глаза пустые, с тёмными провалами.

— Собака? — уточнил я у медведя.

— Большой, — снова повторил Ам с таким видом, словно я туго соображаю.

Пожал плечами и шагнул вперёд. В тот же миг «голова» дёрнулась, пустые глаза наполнились багровым светом. Земля вздрогнула, и из-под неё показалось длинное змеиное тело. Серая потрескавшаяся кожа местами светилась изнутри, словно под ней тлели угли.

Тварь поднималась всё выше, извиваясь, как гигантская змея. Её движения сопровождал треск — это выгорали трава и кустарник. Всё вокруг наполнилось запахом гари.

Монстр втянул воздух, и его пасть загорела раскалённым дымом. Я отпрыгнул, выставляя ледяной щит. Тварь выдохнула. Мой барьер испарился мгновенно, но ядовитый пар, похоже, на меня не действовал.

Улыбнулся и взглянул на монстра. Это будет проще, чем я ожидал, если у него есть только яд.

— Давай посмотрим, что ты умеешь, — прошептал, формируя уже свои ядовитые иглы.

Они сорвались с пальцев и впились в серую кожу. Тварь дёрнулась, но раны моментально затянулись.

— Крепкая, значит…

Монстр атаковал. Его тело метнулось вперёд с невероятной для таких размеров скоростью. Меч едва успел блокировать удар. От столкновения посыпались искры, а руки загудели от силы удара.

Тварь снова ушла под землю, оставив после себя клубы пара. Я замер, прислушиваясь. Вибрация справа! Перекат. И челюсти щёлкнули в пустоте. Лёд уже летел в цель, сковывая часть тела. Монстр зашипел, его кожа засветилась ярче, растапливая оковы.

Наконец, существо вылезло полностью на свет. Да эта кишка длиной метров пять-семь!

— Я имел в виду большой в высоту, а не в длину, — проворчал, уходя от очередной атаки.

Заларак появился и тут же отправился в полёт. Красная нить последовала за ним. Он впился твари в шею. Артефакт пробил броню, оставляя дымящуюся дыру в теле этой собачьей кишки.

Тварь взвыла. Рёв прокатился по серой зоне, заставив даже Ама прижаться к земле. А потом… её тело начало распадаться на части, словно кто-то разрезал его невидимым ножом.

Три твари. Одна с головой, две других — просто гигантские сосиски с серой потрескавшейся кожей, от которой поднимался едкий дым. Безголовые части тут же ушли под землю, оставляя дымящиеся следы. Почва под ногами задрожала. Они двигались, как подземные черви, выныривая то тут, то там.

Папаша передал сигнал справа, и одна из «колбас» показалась над землёй. Заларак метнулся к ней, но эта трусливая тварь мгновенно спряталась обратно. И так каждый раз: стоило артефакту приблизиться, как они уходили под землю.

А вот кусок с головой… Челюсти щёлкнули в опасной близости от моего плеча, в который раз спасла только реакция. От него уже дважды чуть не лишился руки. Раскалённый дым вырывался из пасти плотными клубами, заставляя постоянно уворачиваться.

Тварь готовилась к новой атаке, когда безголовые части появились почти одновременно по обе стороны от меня. Их тела извивались, пытаясь просто задавить своей массой. В тот же момент я заметил, как часть с головой припала к земле — готовится к решающему броску.

Улыбнулся, ощущая, как внутри поднимается азарт охоты. Заларак сорвался с места быстрее мысли. Красная нить прошила первую «колбасу», оставляя дымящуюся дыру размером с кулак. Тварь забилась, пытаясь уйти под землю. Разворот, и вторая часть получила такую же метку, из которой повалил чёрный дым. Артефакт уже летел к голове.

Удар! Челюсть твари безвольно повисла — я перебил удерживающие мышцы. В пробитой дыре булькала ядовитая слюна, капая на землю и проплавляя в ней глубокие борозды. Глаза монстра потускнели.

«Вот и всё… — мелькнула довольная мысль. — Алхимики будут рады изучить новую хренпоймичто. Интересно, сколько зелий из неё получится?»

Но части вдруг начали стягиваться друг к другу, словно их сближал невидимый магнит. На моих глазах раны затягивались, дыры исчезали, будто их и не было. Даже челюсть вернулась на место — мышцы срослись за считанные секунды.

— Да вы издеваетесь? — только и смог выдохнуть, глядя, как монстр восстанавливается. В его глазах снова разгорался багровый огонь.

Достал из пространственного кармана осколок, чувствуя, как дрожит рука после предыдущих атак. Пальцы покалывало — явный признак того, что вложил слишком много силы в последний удар заларака.

Вокруг кружила восстановившаяся тварь, выжидая момент для броска. Её серая кожа светилась изнутри всё ярче. Похоже, монстр готовился к новой атаке.

«Так, думай! — мелькнула мысль. — Обычное оружие бесполезно, магия тоже не берёт. Но должен быть способ…»

Сосредоточился, прислушиваясь к своему телу. Магия потекла по каналам — знакомое ощущение, когда энергия наполняет каждую клетку. Кристалл в руке начал светиться, откликаясь на силу. По его граням заплясали синие искры, отбрасывая причудливые тени на землю.

Папаша-паук замер на безопасном расстоянии, его многочисленные глаза внимательно следили за происходящим. Даже Ам притих, прижавшись к земле.

Я попытался подчинить эту собачью кишку так же, как обычных монстров — через прямой контакт с источником. Ничего. Тварь только злобно зашипела, выпуская новую порцию раскалённого дыма. Её сопротивление ощущалось, словно стальная стена.

«Убивать? Нет… Слишком ценный экземпляр. А плевать, попробую по-другому».

Вспомнил, как делал это Ам — не приказывал, а словно втягивал сущность монстра в себя. Что-то новое шевельнулось внутри, и яыпустил почти половину источника в кристалл. От напряжения зазвенело в ушах, перед глазами поплыли чёрные пятна.

Из осколка повалила серая дымка, похожая на утренний туман. Она сгущалась над монстром, постепенно обволакивая его длинное тело подобно кокону. Тварь забилась, пытаясь стряхнуть с себя странную субстанцию. Её кожа засветилась ярче, словно внутри разгорался пожар, но дым становился всё плотнее.

«Сейчас или никогда!»

Резко потянул энергию обратно в кристалл, как втягивают воду через соломинку. Рука тут же онемела, будто по ней ударили молотком. Пальцы перестали слушаться, каждый словно налился свинцом.