— Ох, ваше сиятельство! — женщина всплеснула руками. — Будто я подвиг какой совершила. Вы сами, не меньше моего выхаживали юную госпожу. Вот и хватит об этом.

Граф Арельс не вмешивался в их разговор. Он, за спасение дочери, был готов заплатить любые деньги, но Альма оценила свою помощь в стоимость одной лошади и двух коров. И наотрез отказалась брать что-то сверху.

Мол, большие деньги уместны для больших людей. Так что незачем вызывать зависть у односельчан. Вот подспорье к хозяйству — это хорошо. И люди поймут.

Когда сборы подошли к концу, Нортман вызвался лично проводить Альму до кареты. И даже подал руку, помогая забраться внутрь.

— Я перед тобой в неоплатном долгу. — произнес он серьезно. — И если тебе, или твоей семье понадобится моя помощь…

Женщина покачала головой.

— Простите, ваше сиятельство, но не нужно. Это я в долгу перед графиней и была рада помочь. — наткнувшись на вопросительный взгляд, она вздохнула. — Мы ведь как в прежние годы жили? Нищета, беспросветность, из людей и из земли последнее выжималось. Сколько раз мой муж под плетьми ходил за то, что не мог полностью собрать налог. Нет, я не жалуюсь, но ничего хорошего не было. Особенно боязно было за детей. Но когда левобережье отошло графине, все разом переменилось. Госпожа, не жалея себя, делала все, чтобы улучшить жизнь простых людей. Сама питалась горькой пшеницей, но отменила на первый год налоги. Мужикам честно платила за работу, помогла закупить хороший скот, забрала сирот под свою опеку. Всего и не перечислишь. Мы только при ней и начали жить по-человечески. Так что это я у нее в долгу.

Альма расправила на коленях меховой коврик и улыбнулась.

— Ее сиятельство — замечательный человек, второй такой госпожи во всем королевстве не сыщешь. И сердце у нее большое.

Когда карета, наконец, тронулась, Нортман еще некоторое время стоял во дворе, глядя ей вслед. Мужчину одолевали смешанные чувства. Странно было осознавать, что это все о его жене.

И дело не в том, что женщина не может управлять. Как исключение, такое иногда случается. Но добрая, великодушная, внимательная к окружающим? На ум пришло и другое. Служанки графиню тоже любят. Лия обожает. Граф Бартон готов ставить ее интересы выше своих.

Заслужить такую преданность непросто, но Алесии это удалось. Нортман провел рукой по волосам. Похоже, графиня способна обаять любого. Впрочем, он и сам ловил себя на мысли, что думает о жене все чаще.

Однако именно его Алесия избегала всеми силами. И ему вдруг очень захотелось это изменить.

Спустя пару дней после отъезда Альмы, в Арельсхолм вдруг нагрянула эйса Галия с кучей сундуков. Услышав о ее приезде, Алесия захотела стукнуть себя по лбу. Последние месяцы выдались настолько насыщенными, что она напрочь забыла, что когда-то заказывала платья. Как-то было совсем не до них.

Зато Лианна заметно оживилась и тут же потребовала, чтобы примерка проводилась в ее покоях.

— Ты еще слишком слаба. — попыталась возразить женщина. Но падчерица смотрела на нее такими щенячьими глазами, что Алес мысленно чертыхнулась и махнула рукой.

Ладно. В конце концов, девочку можно понять. Не слишком-то весело лежать днями напролет в постели. А тут, какое-никакое развлечение.

— Ну хорошо. — сдалась она и кивнула слугам. — Несите сундуки сюда.

Лия, восторженно запищав, закуталась по самые уши в одеяло и принялась наблюдать, как ее комната медленно и неотвратимо превращается в филиал модного салона.

Через каких-то полчаса платья, которых в этот раз оказалось вдвое больше, лежали везде. Домашние и повседневные — на сундуках. Выходные — на кровати и стульях. На маленьком круглом столике расположились швейные принадлежности. А центральную часть спальни занял низенький табурет.

У Лианны блестели глаза.

— Ох, какие они все красивые! Алес, примерь сначала это. — девочка кивнула на болотно-зеленое с золотой вышивкой на рукавах.

Алесия пожала плечами. Ей было все равно с чего начинать. Женщина чувствовала, что примерка в любом случае затянется надолго. И относилась к ней, как к неизбежному злу, которое она сама же себе устроила.

За зеленым платьем последовало синее, два желтых, красное. И на каждом эйса Галия сокрушенно качала головой.

— Да как же так-то, — бормотала она, обнаружив, что даже при самой плотной шнуровке, наряды все равно сидят на графине довольно свободно.

Впрочем сама графиня отнеслась к этому спокойно. Она чувствовала, что за время болезни падчерицы потеряла несколько килограммов. И теперь ее вес находился на самых нижних границах имт. Хотя до индекса массы тела в этом мире додумаются еще нескоро.

Но вес рано или поздно вернется, так что платья было решено не перешивать.

Лианна и вовсе не стала ничего мерить. Она пока еще не слишком твердо держалась на ногах. Но это не помешало ей комментировать каждый наряд мачехи.

Эйса Галия, тем временем, открыла последний сундук. И извлекла на свет…

— Ваше сиятельство, как вы и просили, я сшила несколько халатов.

Первой отреагировала Лианна.

— О-о-о…

Среди служанок тоже пронесся восхищенный вдох. Халаты выглядели как произведения искусства. Из плотной нежно-розовой ткани, с золотой и серебряной вышивкой, с широким поясом, большими рукавами… Алесия же, почему-то сразу вспомнила кимоно.

Для полноты образа не хватает только деревянных сандалий на высокой платформе. Она встряхнула головой, отгоняя посторонние мысли. Да, для бани можно было бы что-нибудь поскромнее, но сама же предложила модистке сделать дизайн на свой вкус.

— А мужской вариант?

Галия достала еще одно «кимоно». Черное. С серебряными узорами на рукавах и отворотах. Это предназначалось для графа. Правда Алесия не была уверена, что супруг согласится его надеть.

С другой стороны, это уже его дело. Вызвав Фелиса, женщина вручила ему последний халат.

— Передай его сиятельству. Это одежда для бани и личных покоев. — предупредила она.

Фелис коротко кивнул и, покосившись на обилие разноцветных тряпок, быстро выскользнул за дверь. Как любой мужчина, он предпочитал обходить модисток и их салоны стороной.

Собственно, не он один. Даже граф Арельс, стоило модистке появиться на пороге, удалился в библиотеку. И пока длилась примерка, не собирался спускаться на второй этаж.

Наконец, примерка подошла к концу. Как и в прошлый раз, эйса Галия не стала задерживаться в замке. Забрав свои сундуки и все то, что требовалось доработать, она отбыла в столицу. Алесия перевела дух.

Ненадолго.

Потому что Лианне захотелось продолжить «модный показ».

— Алес… — завернувшись в новый халат, девочка смотрела поблескивающими глазами. — Примерь, пожалуйста, то алое платье…

— Зачем?

— Ну оно тебе очень к лицу. И мне хочется еще раз на него посмотреть.

Женщина возвела глаза к потолку. После пяти часов примерки, ей и в своем платье было очень даже неплохо. С другой стороны, Лия только-только начала выздоравливать. И если такая малость ее порадует, то можно и уступить.

В конце концов, всего несколько дней назад она бы сделала что угодно, лишь бы виконтессе стало лучше.

Естественно, одной примеркой не обошлось. Полюбовавшись на платье, девочка захотела уложить мачехе волосы.

— Я о чем-то не знаю? — проворчала Алесия. — Ты собираешься отправить меня на бал?

Лианна хихикнула.

— На балу, ты была бы красивее всех. Но эта прическа… она совсем не подходит к платью. Тут нужно что-то более воздушное и не такое строгое.

Алес еще раз закатила глаза. Кажется, кто-то в свое время не наигрался в кукол. Впрочем, куклы в этом мире не особо интересные. Тряпичные, плоские с чепцами вместо волос. И без лица.

Лия, тем временем, сняла с ее головы шпильки и принялась творить. Закрепив несколько прядей на затылке небольшим гребнем, она распределила часть волос по плечам и прищурилась.

— Опять что-то не так? — не удержалась Алесия.