— … и это далеко не все мои положительные качества. — закончила она. — Да, ваше сиятельство. Я именно такая. И вам ужасно не повезло, что его величество не остановил выбор на девушке, которая полностью соответствовала бы вашим высоким требованиям.

— Я никогда не оспариваю мнение его величества. — холодно отрезал Нортман, явно не уловив иронии.

Алесия с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Никаких чувств, кроме антипатии, супруг у нее не вызывал. А быть милой, ласковой и любезной с человеком, который смотрит на нее, как на кусок г… кхм, на кусок отходов жизнедеятельности? Противно.

— Я тоже никогда не оспариваю мнение короля. Иначе не оказалась бы сейчас здесь. Не думайте, что только вы не желали этого брака. Однако случившееся не изменить. В наших силах лишь обустроить семейную жизнь так, чтобы не встречаться без лишней необходимости. Я готова вновь вернуться в деревню и вести там крайне уединенный образ жизни. Более того, могу даже не появляться в столице без вас…

— Исключено. — прервал ее мужчина. — Завтра утром вы отправитесь в Арельсхолм. И будете жить там, как положено добропорядочной жене. Замком управляет моя дочь. А единственное, что требуется от вас — не опозорить мое и ваше имя каким-нибудь гнусным скандалом.

— Это каким же? Может еще и пример приведете, чтобы я знала, чего бояться?

На этот раз, иронию граф уловил. В его взгляде зажглись злые огоньки, а через миг Алес обнаружила, что мужчина буквально нависает над ней, вцепившись руками в борта ванны.

— Если позволите себе непристойное поведение, или вольности в общении с другими мужчинами, то горько в этом раскаетесь. — процедил он, не отрывая от нее глаз.

Девушка не дрогнула. Умом она понимала, что супруг вполне может ее сейчас притопить, а потом объявить, что произошел несчастный случай. Мол, графиня решила искупаться и случайно уснула. Слуги все подтвердят. Однако раздражение, которое вызывал этот чурбан с титулом, было сильнее здравого смысла.

— Вот оно что. Вы, как и все прочие, радостно подхватили гадкие слухи, которые распустил обо мне бывший муж? Вам не приходило в голову, что в них нет ни капли правды?

— Я верю лишь своим глазам. — резко бросил мужчина. — И видел, каким взглядом вы облизывали виконта Сомертона. На собственной свадьбе!

Алесия закусила губу. Не объяснишь же, что просто приняла виконта за бывшего парня. Да еще и из другого мира. Однако взглядом она его точно не облизывала. Это же надо было подобрать такое нелепое сравнение.

А супруг… неужели ревнует? Или просто самолюбие взыграло?

— С виконтом Сомертоном я не знакома, граф. Если вы имеете в виду того молодого человека у окна… Я просто обозналась, случайно приняв его за брата. Согласитесь, они отдаленно похожи.

В лице Нортмана мелькнуло сомнение. Алес не отводила от него глаз. Хотелось бы знать, какие мысли шевелятся в этой голове. Есть ли они вообще?

— Я не верю ни одному вашему слову, графиня. — наконец выдохнул мужчина. — И я вас предупредил.

Бросив на жену еще один мрачный взгляд, граф Арельс вышел, напоследок хлопнув дверью. Огоньки свечей слабо затрепетали.

Алесия обреченно закрыла глаза и медленно сползла вниз, позволив воде укрыть себя с головой.

Агнета, тем временем, быстро шла по коридору, прижимая к себе стопку льняных полотенец. Она бы еще раньше отправилась к госпоже, но Марса, местная экономка, взялась разъяснять новенькой обязанности графских слуг.

А потом, девица слегка заплутала в этажах. Слишком уж большим оказался дом. Когда же верный путь отыскался, возникла новая беда. Из нужной двери вышел сам господин граф.

Завидев хозяина замка, Агнета крепче вцепилась пальцами в полотенца, низко склонила голову и прижалась спиной к каменной стене. Этот мрачный человек пугал ее одним только видом. Всей душой она надеялась, что господин граф пройдет мимо. Просто пройдет, не повернув в ее сторону головы…

Но Нортман, равнодушно скользнув по ней взглядом, вдруг остановился.

— Ты личная служанка моей жены? — произнес он таким суровым тоном, от которого у бедной девицы сердце ушло в пятки.

— Д-да, ваше сиятельство господин граф… — выдавила Агнета, не поднимая лица.

Мужчина поморщился.

— Достаточно «ваше сиятельство». — резко осадил он служанку. — Как тебя зовут?

— Аг… Агнета, ваше сиятельство…

Нортман задержал на ней взгляд, словно запоминая. Затем коротко кивнул.

— Это все, что я хотел узнать. Можешь идти.

Не дожидаясь повторного приказа, Агнета проскользнула мимо. И лишь оказавшись за спасительной дверью, смогла перевести дух.

Вернувшись в свой кабинет, граф Арельс некоторое время стоял у окна, разглядывая уходящую в сумерки улицу. Настроение у мужчины было прескверным.

Он и сам не мог себе объяснить, зачем отправился к новоиспеченной графине. Хотел еще раз взглянуть на девчонку, ставшую его женой? Что ж. Второе впечатление оказалось не лучше первого.

Глупая смазливая кукла, начисто лишенная манер. Даже у его дочери, несмотря на юные годы, больше здравого смысла. Пожалуй, он верно рассудил, что оставлять хозяйство на эту особу просто нельзя.

Может действительно стоило бы отправить ее в какое-нибудь дальнее поместье и забыть на несколько лет?

Мужчина нахмурился и нехотя качнул головой. Увы, но нет… Рано или поздно об этом узнают в свете и начнут чесать языками, доискиваясь до причин. А имя Арельсов должно оставаться чистым. Не только ради памяти предков. Те все равно не услышат сплетен и домыслов. Но ради дочери, которой однажды предстоит вступить в брак. На ее репутации не должно быть даже тени от чужой грязи.

Поэтому новоиспеченную супругу придется держать возле себя. И контролировать каждый ее шаг. Но это потом, после возвращения. А пока…

Граф Арельс опустился за рабочий стол и взял в руки кисть для письма. Надо оставить несколько распоряжений, на случай, если задержится в Актае. И еще раз просмотреть отчеты по деревням. Кажется, кто-то из управляющих писал, что опять ожидается неурожай?

Не редкость для крайних земель. Как крестьяне вообще умудряются что-то выращивать? Там же сплошные болота, камни и песок. Значит, опять снижать налоги. Или разрешить охоту на зайцев и кабанов?

Мужчина устало потер виски. Такое вот наследие предков, которым приходится управлять. И контролировать. Нельзя давать низкородным много воли. Но и выжимать из них все соки тоже нельзя.

С кисти скатилась капля чернил, и неровной кляксой растеклась по листу.

А ведь к прежним владениям добавилось несколько деревень — приданное новой графини Арельс. Нортман порывистым движением смял испачканный лист. Даже мимолетная мысль о жене вызывала в душе глухую ярость.

Когда его величество впервые упомянул о бывшей баронессе Кьярти, граф Арельс был убежден, что женщина — вдова. Иначе никогда бы не позволил так себя обмануть. А потом… потом уже нельзя было отказаться от своего слова.

На стол опустился новый лист. Все необходимые распоряжения будут оставлены… Почти все. Не коснутся они только земель супруги. Если крестьяне смогли почти год продержаться под присмотром женщины, значит и до осени как-нибудь протянут.

Нортман отдавал себе отчет, что пренебрегает своими обязанностями, пуская часть дел на самотек, но… Но жена была настолько не по душе, что заботиться о ее землях просто не хотелось. Да и находиться с ней под одной крышей тоже. Со временем придется, но это потом…

— Фелис!

Верный камердинер возник на пороге и замер, словно безмолвная тень.

— Пусть подадут моего коня. И собери со стола бумаги.

— Ваше сиятельство изволят прогуляться по городу?

— Я буду ночевать в казармах у городской стены.

Слуга чуть замялся.

— А как же ее сиятельство? Ведь сегодня…

— Фелис! — оборвал его граф. — Я велел подать коня.

— Слушаюсь, ваше сиятельство. — поклонившись, слуга растворился в коридоре.