— Спокойно, — тихо сказал я. — Не провоцируем.

— Они первые начали, — процедил Лок сквозь зубы.

— Они всегда так, — ответил я, не сводя глаз с толпы. — Кирмиры ненавидят людей, тебе ли не знать. Мы для них — мутанты, что украли их землю.

— Охренеть мировоззрение, — пробормотал Ульрих с носилок.

Фарг поднял руку, требуя внимания. Жест резкий, властный:

— Нас зовёт король! Пропустите!

Толпа зашумела, но неохотно расступилась. Кирмиры бурчали, бросали злобные взгляды, но не нападали. Дисциплина? Или уважение к королевскому слову? Скорее второе.

— Марк это когда-то закончится? — дёрнул меня за рукав Лок.

— По-любому… — кивнул. — Но там прям будет конец.

— Идём! — пробасил Торс.

Мы двинулись за Фаргом. Он вёл нас по широкой улице. Дома возвышались с обеих сторон — трёх, четырёхэтажные строения, вырубленные прямо в скале. Я присмотрелся к окнам — за стеклом мелькали тени, лица. Кто-то выглядывал, следил за нами. Дети прижимались носами к стёклам, тыкали пальцами.

— Нас изучают, — заметил Торс, оглядываясь.

— Мы для них диковинка, — кивнул я. — Люди редко сюда попадают, как мне кажется. А те, кто спускался… наверное, не выходили обратно.

— Утешил, — буркнул Лок.

Прошли мимо рынка. Торговцы выкрикивали цены, расхваливали товар. Голоса хриплые, громкие, перекрикивают друг друга. На прилавках лежала руда — серебристая, медная, какая-то чёрная с фиолетовым отливом. Кристаллы всех размеров — от горошины до арбуза. Металлические изделия — ножи, топоры, странные механизмы с шестерёнками.

Я остановился у одного прилавка. Схватил нож, повертел в руках. Лезвие не стальное. Что-то другое — легче, но прочнее. Матовое, с синеватым отливом. Я провёл пальцем по кромке — острое до безобразия. Капля крови выступила на подушечке пальца.

— Митрил, — пояснил торговец, кирмир с седой бородой. — Наш металл. Режет всё. Даже магию.

Режет магию? Интересно. Очень интересно.

— Сколько? — спросил я.

— Для мутанта? — ухмыльнулся кирмир, обнажив жёлтые зубы. — Вообще не продам.

Я положил нож обратно. Не время конфликтовать.

Рядом с рудой лежали грибы. Огромные, размером с голову взрослого человека. Светились голубым, пульсировали слабым светом. Запах от них исходил земляной, с лёгким оттенком ореха.

— Что это? — кивнул я на грибы.

— Еда, — коротко ответил Фарг, не оборачиваясь. — Растут глубже, в пещерах. Питаются породой. Вкусные. Сытные. Можем месяц жить на одном таком.

Гриб, питающийся породой. Логично, учитывая местную живность.

Дальше — загоны. Я остановился, уставился. Коровы. Маленькие, по колено мне. Чёрно-белые, как обычные, но с теми же синими глазами, что у кирмиров. Жевали камни. Буквально — грызли породу, хрустели зубами, глотали куски размером с кулак.

Как это вообще возможно? Зубы из чего сделаны? Эмаль алмазная? И как они это переваривают? Желудок из чего?

Одна корова подошла к ограде, посмотрела на меня синими глазами. Мычание низкое, утробное. Я протянул руку, коснулся её лба. Шерсть грубая, жёсткая, как проволока. Корова фыркнула, отошла, вернулась к своим камням.

— Не пялься, — буркнул Фарг, дёргая меня за рукав. — Идём дальше. Король не любит ждать.

Мы прошли мимо загонов со свиньями — такие же мелкие, синеглазые. Куры клевали мелкие камешки, разбрасывали их клювами. Кролики грызли какие-то кристаллы, похожие на соль.

Отдельный мир, своя экосистема — замкнутая, самодостаточная. Они создали цивилизацию, не зависящую от другие.

— Как давно вы тут живёте? — спросил я Фарга.

— Всегда, — ответил он просто. — Мы были здесь до вас, мутантов. До того, как вы выбрались на поверхность и назвали себя людьми.

Улица вывела нас к большому зданию. Массивное, с широкими колоннами — каждая толщиной с древний дуб. Фасад украшен резьбой — примитивной, но выразительной. Сцены добычи руды, битвы с какими-то монстрами, ритуалы у огромных костров.

Вход охраняли двое кирмиров в доспехах. Кожаных, с металлическими пластинами на груди и плечах. В руках копья — длинные, с острыми наконечниками. Остриё не из стали. Тот же митрил — синеватый, матовый.

— Король ждёт, — сказал Фарг охране, останавливаясь перед ними.

Стражники переглянулись. Один из них, с шрамом через всё лицо, кивнул неохотно. Второй плюнул в сторону, но дверь открыл.

— Входите, — буркнул он. — Только оружие при себе держите. Попробуете что — убьём сразу.

— Какое гостеприимство, — пробормотал Лок, но револьвер не убрал.

Мы вошли. Большой зал. Потолок высокий, сводчатый, теряется в полумраке. Стены украшены резьбой — более детальной, чем снаружи. Здесь изображены сцены коронаций, битвы, что-то похожее на жертвоприношения. Факелы горят в нишах, отбрасывают танцующие тени.

В центре зала — трон. Каменный, грубо обтёсанный, но внушительный. Высокая спинка, массивные подлокотники. На троне сидел кирмир. Старый. Борода до пояса, седая, заплетённая в толстую косу с металлическими кольцами. Лицо изборождено морщинами — глубокими, как трещины в скале. Но глаза — яркие, живые, пронзительно синие. Смотрят внимательно, оценивают каждое движение.

Одежда богаче, чем у остальных. Бархатная мантия тёмно-синего цвета, расшитая серебряными нитями. На груди — медальон из того же митрила, что и оружие стражников. Кольца на пальцах — массивные, с кристаллами.

Рядом с троном стоял ещё один кирмир. Помоложе — лет пятьдесят, не больше. Коренастый, с косматой рыжей бородой, в которой застряли кусочки породы. Руки скрещены на груди, мышцы напряжены. Взгляд тяжёлый, оценивающий. На поясе висит топор — двуручный, с зазубренным лезвием.

Фарг опустился на одно колено, склонил голову:

— Мы привели их.

Отец? Значит, король — его родитель. Объясняет, почему Фарг так легко получил аудиенцию.

Король кивнул, изучая нас. Его взгляд задержался на мне. Долго. Слишком долго. Я выдержал, не отвёл глаз. Между нами повисло напряжение — не враждебное, но проверяющее.

— Значит, ты тот самый, — сказал он наконец. Голос хриплый, но сильный. Каждое слово звучит весомо, словно высечено в камне. — Маг без кристалла. С эфиром красным, как кровь предков.

Я напрягся. Как он знает про эфир? Кто ему сказал? Фарг?

— Да, — ответил я коротко, не показывая удивления. — Это я.

— Нас предупредили, — продолжил король, откинувшись на спинку трона. Пальцы барабанили по подлокотнику — медленно, ритмично. — Сказали, что ты придёшь.

— Кто предупредил? — я шагнул вперёд. Эфир внутри откликнулся, потеплел.

Король не ответил сразу. Посмотрел на рыжебородого рядом. Тот шагнул вперёд, разжал руки. Топор остался на поясе, но готовность к бою читалась в каждом движении.

— Мы Рубискар, — представился он. Голос грубый, прямой, без лишних интонаций. — Добытчик. Следопыт. Ходим наверх, когда нужно. Видели войну своими глазами. Видели, как терры режут друг друга. Кровь течёт реками. Магия рвёт землю. И видели кое-что ещё.

— Что именно? — спросил Лок, подходя ближе ко мне. Рука на рукояти револьвера.

Рубискар повернулся к нему, оценил взглядом:

— Магов. Сильных. Из верхних терр. Они спустились вниз. Ходят среди патриархов, как тени. Шепчут на ухо. Направляют. Управляют войной, как кукловоды марионетками.

Верхние терры. Значит, моя догадка подтвердилась. Кто-то стоит за этим хаосом. Кто-то большой.

— Зачем? — спросил Ульрих с носилок. Голос слабый, но внятный. Стратег напрягся, приподнялся на локтях. — Зачем им устраивать резню в нижних террах?

— Зачистка, — сказал король тяжело. Он поднялся с трона, сделал несколько шагов вперёд. Мантия волочилась по каменному полу. — Они хотят очистить нижние терры. Убрать слабых. Забрать все ресурсы. Начать заново. Создать новый порядок. Под их полным контролем.

— Охренеть, — выдохнул Лок. Его лицо побледнело. — Это же…

— Геноцид, — закончил Торс. Громила стоял неподвижно, но кулаки сжались до белизны костяшек. — Массовый. Миллионы погибнут.