— Проверим центральные районы, — ответила Виля через плечо. — Желудь туда не суётся, если его не было с вами, может он там.

— В центре была площадь патриарха, — добавил Тосик.

Мы двигались по разрушенным улицам. Мостовая потрескалась от жара, камни почернели и местами оплавились. Обходили завалы — кучи кирпичей, обломки балок, разбитые повозки.

Перелезали через препятствия. Торс двигался медленно, но упрямо. Не жаловался, не просил помощи. Виля вела нас кратчайшим путём. Петляла между зданиями, срезала углы, избегала опасных мест.

— Тут обрушение, — указывала она на трёхэтажное здание с провалившейся крышей. — Стены могут рухнуть в любой момент. Туда не ходим.

— Здесь монстры гнездятся, — говорил Тосик, показывая на тёмный проулок между домами. — Гибриды. Опасные. Лучше обойти.

Дети знали город. Досконально. Каждую улицу, каждый поворот, каждую ловушку. Полгода выживания научили их лучше любого проводника.

Прошёл час. Солнце двигалось по небу, медленно приближаясь к зениту. Жара усиливалась. Магический огонь нагревал воздух, делал дыхание тяжёлым. Пот заструился по лбу. Рубашка прилипла к спине. Лок дышал открытым ртом, лицо покраснело. Торс молчал, но видно было — тяжело.

Потом второй час. Солнце в зените, жара невыносимая. Мы обошли центральную площадь. Огромное пространство, когда-то вымощенное белым мрамором. Теперь покрытое трещинами, пеплом, обломками статуй.

Пусто. Никаких следов Ульриха. Ничего. Проверили окрестные улицы. Заглядывали в развалины, осматривали подвалы. Ничего.

— Дальше северный квартал, — сказала Виля. Вытерла пот со лба, оставив грязный след. — Там богатые дома были. Аристократы жили. Может, ваш друг там.

Мы двинулись на север. Здания тут выше, массивнее. Пяти-шестиэтажные особняки из тёмного камня. Когда-то роскошные резиденции знатных родов. Теперь обгорелые скелеты с пустыми глазницами окон.

Возле одного из особняков Тосик остановился. Присел на корточки, изучил землю. Провёл пальцами по мостовой.

— Тут кто-то недавно был, — сказал он. Поднял голову, посмотрел на меня. — Следы. Тяжёлые сапоги. Взрослый мужчина.

Я подошёл, посмотрел на отпечатки. Чёткие, глубокие. Вдавлены в пыль и пепел. Размер большой — мужские сапоги. Шёл быстро, местами спотыкался. След нечёткий в некоторых местах — человек терял равновесие.

Мы пошли по следу. Он вёл вглубь квартала, петлял между особняками. Потом привёл к разрушенному зданию и обрывался.

Пятиэтажный особняк. Половина фасада рухнула, обломки завалили улицу горой кирпичей и балок. Балконы висели на честном слове, готовые обвалиться от малейшего толчка. Магический огонь ползал по стенам, пожирал остатки деревянных конструкций.

— Там, — указал Торс. Вытянул руку вперёд.

Я посмотрел туда, куда он показывал. В груде обломков, у подножия разрушенной стены, лежал Ульрих. Без сознания. Лицо бледное, восковое. Ноги под неестественным углом. Левая голень вывернута наружу, правая согнута там, где не должно быть сгиба.

Открытые переломы. Кость торчит сквозь кожу обеих голеней. Кровь запеклась вокруг ран, но всё ещё сочится.

Я подбежал, присел рядом на корточки. Проверил пульс на шее. Слабый, но есть. Осмотрел ноги внимательнее. Левая голень — двойной перелом. Большая и малая берцовые кости сломаны, торчат из раны белыми осколками. Правая — одинарный перелом, но со смещением. Кость разошлась, края не совпадают.

— Упал, — сказал Торс. Поднял голову, посмотрел наверх на остатки балкона. — С третьего этажа минимум. Может, с четвёртого.

Я проследил за его взглядом. На третьем этаже болтались обломки балкона. Железные перила погнулись, часть оторвалась. Деревянный настил провалился, свисал лохмотьями.

Рядом с Ульрихом валялись доски с того балкона. Обгорелые, но узнаваемые. Портал выкинул старика прямо на балкон. Конструкция не выдержала. Рухнула вместе с ним.

— Живой? — спросил Лок. Подошёл ближе, посмотрел на Ульриха с беспокойством.

— Пока да, — ответил я. — Но ноги в хлам. Нужно срочно лечить.

Я положил руки на переломы. Сначала на левую ногу. Выпустил эфир. Энергия обволокла кости, начала их сращивать.

Медленный, кропотливый процесс. Обломки костей нужно было совместить правильно, иначе срастутся криво. Ульрих останется калекой на всю жизнь. Я направлял эфир аккуратно. Мысленно двигал осколки костей, складывал как пазл. Связывал фрагменты магией, ускорял регенерацию костной ткани.

Большая берцовая срослась первой. Потом малая. Кость стала целой, но ещё хрупкой. Нужно время на укрепление.

Перешёл к правой ноге. Здесь проще — один перелом, но со смещением. Я совместил края кости, зафиксировал эфиром, запустил регенерацию. Ульрих застонал. Веки дрогнули, приоткрылись. Посмотрел на меня мутно, не сразу сфокусировался.

— Какого хрена… — прохрипел он. Голос хриплый, сухой. — Где я?

— Девятая терра, — объяснил я. — Портал выкинул тебя сюда. Упал с балкона.

— Ноги… — Он попытался пошевелить ногами. Лицо исказилось от боли. — Больно, сука.

— Были сломаны, — сказал я. — Исправил. Но ходить пока не сможешь.

Он попытался сесть. Не получилось. Руки задрожали, не удержали вес тела. Рухнул обратно на обломки.

— Больно, — повторил он. Закрыл глаза, сжал зубы. — Не могу идти.

— Знаю, — кивнул я. — Поэтому придётся тебя нести.

— Нет уж, — проворчал старик. Открыл один глаз, посмотрел на меня с возмущением. — Я не мешок с дерьмом, чтобы меня таскали.

— Тогда ползи, — пожал плечами я. — Или оставайся здесь. Выбирай.

Он выругался. Длинно, изобретательно, с матом на трёх языках. Знал, что выбора нет. Я закончил лечение. Кости срослись, но мышцы и связки ещё слабые. Ульрих не сможет ходить несколько дней. Нужно время на полное восстановление.

Я осмотрелся вокруг. Искал что-то подходящее для носилок. Рядом валялись обломки деревянных балок. Длинные, прочные, из хорошего дерева.

— Лок, помоги, — позвал я.

Мы с блондином выбрали две балки покрепче. Положили их параллельно, на расстоянии метра друг от друга. Между ними натянули куски ткани, оторванные от одежды. Края привязали к балкам верёвкой, найденной в развалинах.

Получилась грубая конструкция. Но прочная, надёжная. Выдержит вес старика.

— Торс, ты понесёшь, — сказал я. — У тебя сил больше.

Громила кивнул молча. Подошёл к носилкам. Мы с Локом аккуратно переложили Ульриха на них. Старик зашипел от боли, но не закричал.

Торс перекинул лямки через плечи. Поднял носилки без особых усилий. Даже после всех ран, потери крови, он всё ещё сильнее обычного человека.

— Тяжёлый старик, — проворчал Торс. В голосе лёгкая ирония.

— Иди ты, — огрызнулся Ульрих с носилок. — Сам скоро там окажешься, поглядим как тебе понравится.

Виля и Тосик смотрели на нас с интересом. Потом переглянулись, улыбнулись.

— Вы нашли друга, — сказала Виля. Голос довольный. — Теперь вы уйдёте?

— Да, — кивнул я. — Спасибо за помощь.

— Не за что, — она пожала плечами.

Мы двинулись обратно к особняку Желудя. Торс нёс Ульриха, старался идти ровно, без резких движений. Старик всё равно ругался при каждом толчке, каждом неровном шаге.

Дети шли рядом. Виля болтала с Тосиком о чём-то своём. Радовались находке, строили планы на будущее.

Я думал о том, что произошло. Портал разбросал нас по девятой терре. Меня в одно место, братьев в другое, Ульриха в третье. Случайно? Нестабильная магия?

Или кто-то направил нас сюда специально?

— Какого хрена мы здесь? — проговорил вслух свои мысли.

— Портал был нестабильным, — ответил Лок. Шагал рядом, придерживался за мой локоть. — Энергии не хватало. Мог выбросить куда угодно.

— Или кто-то направил нас специально, — прохрипел Ульрих с носилок. — Слишком уж удачно всё совпало.

— Зачем? — нахмурился Торс. Поправил лямки на плечах.

— Хрен его знает, — ответил я. — Но факт остаётся фактом. Мы в разрушенной терре, посреди последствий войны. И понятия не имеем, кто её устроил.