— Колет, — поморщился он. — По всему телу. Как иголками.

— Статическое электричество, — пояснил Ульрих, но тут же сам поёжился. — Блин! И меня зацепило.

Стратег почесал затылок, потом грудь. На его коже тоже выступили красные пятна. Реакция на переизбыток магии в воздухе.

Торс молчал дольше всех. Но потом нахмурился и потёр виски.

— Голова болит, — признался громила. — И в ушах звенит.

— Это нормально, — успокоил я. — Ваши тела не привыкли к такой концентрации энергии.

— А твоё привыкло? — поинтересовался Лок, с подозрением глядя на меня.

Я не ответил. Потому что моё тело реагировало ещё хуже. Эфир внутри бурлил, как кипящий котёл. Серебристые нити под кожей светились ярче, чем обычно. Каждая клетка кричала от перенапряжения. Магия снаружи провоцировала магию внутри, заставляя её рваться наружу.

А я сдерживал. Из последних сил.

Эфира во мне накопилось столько, что он требовал выхода. Постоянно. Каждую секунду.

Но использовать его в полную силу я не мог. Организм не выдержит. Кристалла души нет, каналы не укреплены, связи нестабильны. Одно неосторожное движение — и я превращусь в кровавое месиво.

— Ты бледный, — заметил Ульрих, разглядывая моё лицо. — И потеешь.

— Жарко здесь, — соврал я, вытирая пот со лба.

На самом деле мне было холодно. Ледяной холод разливался по жилам, контрастируя с жаром эфира в груди. Тело билось между двумя крайностями, не находя равновесия.

— Может, отдохнём? — предложил Лок. — Ты выглядишь хреново.

— Потом, — процедил сквозь зубы. — Сначала дело.

Мы двинулись вглубь зала. Каждый шаг отзывался новой волной боли. Магия сгущалась, становилась плотнее. Воздух дрожал от перенасыщения энергией.

Лок остановился, потряс головой:

— У меня в глазах искры. Это нормально?

— Временно, — ответил я. — Зрение адаптируется.

— А почему волосы дыбом встают? — Ульрих провёл рукой по голове. — Я что, от статики лысым стану?

— Не станешь. Но расчёсываться будет труднее.

Торс молча шёл рядом, но я видел, как он морщится. Его чувствительность к магии была ниже, чем у остальных, но даже он ощущал давление.

— Как ты это терпишь? — спросил Лок, заметив, что я иду как ни в чём не бывало.

Терплю? «Я еле на ногах держусь», — думал я. Каждый вдох — пытка. Каждое сердцебиение — боль. Эфир рвётся наружу, грозя разнести меня в клочья.

— Привычка, — соврал вслух.

— Какая ещё привычка? — не поверил стратег. — К такому нельзя привыкнуть!

— Можно. Если достаточно долго практиковаться.

— Практиковаться в чём? — Лок остановился, уставившись на меня. — Марк, что ты от нас скрываешь?

Я тоже остановился. Повернулся к ним. Посмотрел в их лица — встревоженные, подозрительные, но преданные.

Они заслужили правду. Или хотя бы её часть.

— Я не совсем обычный маг, — начал осторожно.

— Это мы уже поняли, — сухо заметил Ульрих. — Ты делаешь вещи, которые не должны быть возможными.

— Дело в том, что во мне слишком много силы, — продолжил я. — Больше, чем может вместить человеческое тело.

— Поэтому ты такой сильный? — уточнил Лок.

— Поэтому я сейчас могу использовать силу на треть от возможностей, — поправил я. — Иначе умру.

Тишина. Они переваривали информацию.

— На треть? — переспросил Ульрих. — Серьёзно?

— Серьёзно. А здесь… — я обвёл рукой зал, — здесь столько магии, что она провоцирует мою. Заставляет рваться наружу.

— И что будет, если она вырвется? — спросил Торс.

— Меня разорвёт изнутри. А заодно и всё в радиусе сотни метров.

— Охренеть, — выдохнул Лок. — И ты с этим живёшь?

— Молча… — хмыкнул. — Поэтому мне и нужны артефакты. Чтобы стабилизировать силу.

Новая волна боли прокатилась по телу. Я сжал зубы, сдерживая стон. Эфир бушевал, требуя освобождения. Серебристые нити под кожей пульсировали так ярко, что их было видно даже через одежду.

— Марк! — Лок шагнул ко мне. — Ты…

— Всё нормально, — перебил я, выпрямляясь. — Просто нужно быстрее найти то, зачем пришли.

— Может, я могу помочь? — предложил стратег. — Магия земли иногда успокаивает другие стихии.

— Не стоит. Только хуже сделаешь.

Мы продолжили путь. Зал постепенно сужался, превращаясь в широкий коридор. Но магии становилось не меньше, а больше. Воздух искрился так сильно, что казалось — идём сквозь грозовую тучу.

— Откуда здесь столько энергии? — спросил Лок, щурясь от вспышек.

— Накопили, — ответил я. — Годами. Десятилетиями. Каждый эксперимент оставлял след.

— И вся эта сила просто висит тут без дела?

— Не без дела. Она что-то питает. Что-то поддерживает.

— Что именно?

Я остановился. Прислушался к ощущениям. Сквозь боль и хаос в теле пробивалось что-то ещё. Знакомое. Родное.

— Скоро узнаем, — ответил, ускоряя шаг.

Коридор вывел нас к ещё одной двери. Массивной, из чёрного металла, покрытой рунами. Но она была приоткрыта.

— Кто-то здесь был, — заметил Торс, разглядывая следы на полу.

— Давно, — определил Ульрих. — Пыль уже легла.

Я толкнул дверь. Она открылась бесшумно, как будто ждала нас.

За ней… За ней был настоящий клад.

— Охренеть, — выдохнул Лок, остановившись на пороге.

Я его понимал.

Комната была огромной — размером с небольшой собор. Потолок поддерживали колонны из полированного мрамора. Стены покрывали фрески с изображениями драконов, людей, странных гибридных существ.

Но главное было не это. Главным были сокровища.

Груды золотых монет поблёскивали в углах. Драгоценные камни россыпью лежали на столах. Оружие: мечи, кинжалы, револьверы — стояло в специальных стойках, излучая магическое сияние.

А основы духа…

Основы духа лежали везде. В шкатулках, в мешках, россыпью на полках. Сотни кристаллов разных размеров и оттенков. От крошечных, с ноготь, до здоровенных, размером с кулак.

— Это что, склад? — спросил Ульрих, оглядывая богатства.

— Похоже на то, — ответил я, входя внутрь. — Совеген собирали трофеи.

— Трофеи с кого? — уточнил Лок.

— С подопытных. С врагов. С всех, кто попался под руку. Ну или у них был запас… — пожал плечами.

Именно сюда я и направлялся. Тут должно быть кое-что. Торс молча подошёл к стойке с оружием. Взял в руки длинный меч — двуручный, с широким клинком. Покачал, проверяя баланс.

— Хорошая сталь, — одобрил он. — И руны качественные.

— Что за руны? — поинтересовался Ульрих.

— Прочность. Острота. И ещё что-то… — Торс нахмурился, разглядывая письмена. — Не могу прочитать.

— Покажи, — попросил я.

Громила протянул меч. Я взглянул на руны и присвистнул.

— Поглощение жизненной силы, — перевёл. — Каждый удар забирает часть энергии противника и передаёт владельцу.

— Серьёзно? — глаза Торса загорелись. — Можно взять?

— Бери. Всё равно никто не заберёт.

Громила тут же пристегнул ножны к поясу. Старый меч отложил в сторону без сожаления.

Лок тем временем копался в другой части комнаты. Нашёл что-то интересное, присвистнул.

— Глядите, что я откопал!

В руках у него был револьвер. Не обычный — магический. Ствол украшали серебряные инкрустации, рукоять покрывали защитные символы.

— Стреляет энергетическими зарядами, — определил он, покрутив оружие в руках. — И ещё… есть особые патроны.

Лок достал из коробки рядом с револьвером шесть пуль. Но не металлических — кристаллических. Каждая светилась своим цветом.

— Огонь, лёд, молния, кислота, тьма и… — он поднял последнюю пулю к свету, — что-то ещё. Не могу определить.

— Разрушение, — подсказал я, взглянув на кристалл. — Чистая деструктивная энергия.

— Вкусно, — хмыкнул Лок, заряжая барабан. — Это определённо моё.

Ульрих нашёл себе что-то в дальнем углу. Посох. Не простой деревянный — из какого-то тёмного металла, с навершием в виде стилизованного дракона.

— Усиление магии земли, — прочитал он надпись у основания. — Плюс возможность создавать каменных големов.