— Прошу, вас подсаживаться поближе, — гостеприимно взмахнул рукой Ак-Орр, пока слуги убирали со столика канделябр и письменные принадлежности, заменив их на тарелки из тонкого фаянса, столовые приборы из серебра и льняные салфетки.
Ланс не заставил себя долго ждать. Приподнял карл и поставил его прямо напротив его величества. Дар-Пенн вытащил из-за оттоманки низкое кресло с гнутыми ножками и золотой бахромой вдоль подлокотников, установил его сбоку, со стороны камина. Уселся, с любопытством принюхиваясь.
— Яичница с крабами, ваше величество?
— Да, — ответил король. На взгляд Ланса излишне резко. Впрочем, коронованные особы не обязаны давать отчёт никому о смене настроения. — Люблю я её!
— Яичница с крабами, которую готовит ваш повар, восхитительна! — Прищёлкнул языком сыщик.
— Даже если бы она была отвратительна, я её люблю! — сказал, как отрезал король. — И мне плевать, нравится вам яичница или нет.
— Сказать по чести, — пожал плечами Ланс, — я никогда не был особым гурманом. Ем всё, что предложат, за исключением гнилья и цвелья. Тем более, на корабле нас не баловали разносолами. Поэтому буду счастлив поддержать ваше величество в вашем пристрастии к яичнице.
— Это правильный подход, — согласился король. — Зачем мучить себя рассуждениями — люблю или не люблю, если всё равно тебе придётся есть, что дадут.
— По-моему, вы меня не правильно поняли! — развёл руками Дар-Пенн. — Я очень люблю яичницу с крабами. Особенно с крабами, которые ловят в Браккарских проливах.
— А я и не сомневался ни мгновения. Кроме яичницы у нас будут кальмары, фаршированные орехами с тёртым яблоком, поджаренный хлеб… С отрубями, мне знахари советуют хлеб с отрубями. И паштет из морского зайца.
— Из морского зайца?! — удивился Ланс.
— В море много всякой дичи. Но не будем пока о море, иначе беседа наша затянется до утра. Предлагаю выпить браккарского пива. — Ак-Орр кивнвул слуге, который немедленно наполнил кружки густой жидкостью цвета тёмного янтаря с плотной, чуть желтоватой пеной. — На материке такого не варят! — Подмигнул он менестрелю.
— На материке предпочитают вино, — Ланс поднял кружку. Он не любил пива, но не отказывать же вот так без причины особе королевской крови? — Например, бурдильонское.
— Увы, виноград у нас не вызревает, — хмыкнул король. — Поэтому браккарцы варят пиво и делают напиток из забродившего ячменя. Кстати, я не советовал бы вам его пить, пран Ланс, коль вы привыкли к слабеньким винам бурдильонских виноградников. Но не будем тянуть! За встречу!
Они подняли кружки. Ланс пригубил горьковатый густой напиток, неожиданно оставляющий на языке чуть сладковатый привкус. Кивнул. Да, браккарское пиво пить можно. Это не мерзкое пойло, напоминающее цветом и запахом конскую мочу, которым наливалась босота в пригородах Унсалы или Лодда. Но всё равно менестрель предпочёл бы выпить кубок хорошего вина с вирулийских виноградников, не обязательно из долины Бурдильона. Белое «весенское» из западных, приморских провинций Трагеры было вовсе неплохим. Или розовое кевинальское. Местные вина Аркайла Ланс тоже не слишком жаловал — они казались ему слишком терпкими и слишком кислыми. Далеко не все сорта винограда вызревали, да и те не достигали истинной спелости, как на юге. Конечно, браккарцам нечего было и думать вырастить достойную лозу, не говоря уже об урожае.
Пока он размышлял, и Ак-Орр, и Дар-Пенн принялись за яичницу. Не долго думая, менестрель присоединился к ним. То ли он изголодался, добираясь в город с «Лунного гонщика», то ли вообще отвык от пищи благородного сословия, довольствуясь простой, без изысков едой на каракке, но яичница показалась удивительно вкусной. Хотя, вполне может быть, его величество ценитель яств и плохого не посоветует.
Альт Грегор и сам не заметил, как прикончил полную тарелку, прихлёбывая из кубка, в который молчаливый слуга не уставал подливать пиво. Принялся за кальмаров, фаршированных орехами и тёртой морковью. К нему полагался хлеб, нарезанный «столбиками», обжаренный и посыпанный крупной солью и тмином. Дальше маячило ещё что-то, пожалуй, тоже рыбное, но запечённое в тесте, а потому скрытое до поры до времени. Ланс выдохнул, поднёс кружку к губам и в это время король, как бы невзначай, заметил:
— Так вы хотели знать, за что я отозвал посланника Ак-Нарта?
Менестрель шумно выдохнул, поставил кружку, вытер пену с усов.
— Не то, что бы я изнывал от любопытства, ваше величество, но интересно.
— Тогда слушайте, раз интересно. Благодаря… Нет, слово «благодаря» плохое. Из-за дурацкого поведения посланника и его сына я потерял дружбу герцога Лазаля, которой исподволь добивался много лет.
— Но ведь, насколько я понимаю, Лазаль за меня не вступился. Напротив, я слышал, он приказал разыскать меня и казнить.
— Разыскать вас и казнить приказал наследник Гворр, а герцог Лазаль закусил удила и устроил разнос всем участникам дуэли, в том числе и прану Ак-Нарту.
— Но он выгнал со службы Регнара и Коэла…
— Кто это? — приподнял бровь король.
— Регнар альт Варда из Дома Огненной Саламандры, — пояснил Дар-Пенн, — был в то время придворным магом-музыкантом. Коэл альт Террил из Дома Радужной Рыбы — капитаном дворцовой стражи. Оба тем или иным образом оказались замешанными в дуэли…
— Почему тем или иным? — возмутился Ланс. — Коэл был секундантом.
— Герцог Лазаль устроил разнос всем. Включая собственного сына, который знал о вызове, но ничего не сделал, чтобы предотвратить его. Кстати, скорее всего, герцогу и не донесли о пощёчине в бальном зале только потому, что рядом с вами стоял пран Гворр. С Гворром у них был очень серьёзный разговор — наследник покинул покои отца в бешенстве. Герцог приказал разыскать менестреля, который повинен в смерти сына посланника, то есть вас, пран Ланс, но Ак-Нарт всё испортил. Я понимаю, что горе затмило ему разум, но врываться к правителю Аркайла и требовать у него отчёта, словно у какого-то сухопутного капитана… Это уже слишком.
— Прошу прощения, ваше величество, я не ослышался? Посланник Ак-Нарт ворвался к Лазалю?
— Да! — Глаза браккарского короля смотрели с хитринкой, а потому Ланс никак не мог взять ток — издевается над ним Ак-Орр или говорит серьёзно. Впрочем, могло быть и то и другое одновременно. Порой издеваются, храня самую постную мину на лице. — Он требовал, чтобы ему поручили ваши поиски. Кричал, что его светлость покрывает вас, что прогнать ваших друзей из дворца — не достаточно суровое наказание для них. Лазаль отправил его под домашний арест. Представляю, как радовался наследник Гворр, представляя себе разлад между Аркайлом и Браккарой. Ак-Нарт, если припомнить, всегда отличался рассудительностью, хитростью и умением выйти сухим из воды, но, полагаю, смерть сына подкосила его. Эту весть мне доставили через Трагеру — вначале с голубиной почтой, а потом на «Лунном гонщике». Самая быстрая каракка в королевстве, должен заметить. Пришлось передать срочный приказ — Ак-Нарта лишить права представлять меня перед герцогом Лазаля, а на его место назначить капитана Дар-Крона тер Бьярра из Дома Оливкового Сивуча.
— А как же Дар-Тан тер Везил?
— Он заглядывает в рот Ак-Нарту. Ставить его посланником?
— Вы правы, ваше величество.
— Иначе я не был бы королём, — улыбнулся Ак-Орр. — Ведь на Браккаре короля выбирают.
— Да?
— А вы не знали?
— Клянусь святым Кельвецием, не знал!
— Теперь будете знать. Кстати, попробуйте вот эти пирожки. Это минога в кляре. Изумительна на вкус. Особенно, если с голлоанскими специями.
— Минога?! — Ланс не сдержался и передёрнул плечами.
— Что вас удивляет?
— Да так, ничего… Странно есть рыбу, которая в скором времени может съесть тебя.
Король усмехнулся.
— Ну, что за выдумки?
— Помилуйте, ваше величество… Какие выдумки? О вашем садке с миногами рассказывают во всех двенадцати державах.
— Садок есть. Только он не про вашу честь, — Ак-Орр прищурился. — С чего бы мне казнить вас?