– Точно, из-за этого мы лишились печи…
Сердце колдуна радостно забилось. Видимо след оказался правильным. У Люциана не было никаких сведений, чтобы кто-нибудь вынес из Странвалля такую сумму, кроме последних гостей. Пожалуй только сам правитель? Но зачем ему покидать свой трон?
– Они забрали ее с собой?
– Нет, дама бросила в нее монету, печь пропала…
– Куда же они после отправились?
– Думаю на виллу. Они еще приобрели автомобиль, на нем отбыли – пояснил агент и, собравшись с духом, добавил, – въехав в кирпичную стену напротив.
– Отлично, – нисколько не удивившись, отметил гость.
Теперь стало ясно, почему клубок никак не мог решить, куда отправиться.
– Спасибо, – поблагодарил Люциан, вставая с дивана.
– Да собственно не за что.
* * *
Он облегченно вздохнул, когда наконец покинул агентство. Определенно он не привык к общению с такими девами. Спускаясь по лестнице, колдун возвращался к главному вопросу – правильно ли выбран след. Нить Ариадны не может ошибаться, монеты из Странвалля, следовательно, он шел по следу не троллей? В то же время поведение гостей на пустоши, в городе, подземелье… Ни одно существо видимо не заподозрило подмены. Человека они бы съели мигом.
* * *
Агент немного отвел занавеску. Гость, не сбавляя шаг, приблизился к стене, утонув в ней, точно так же как и джип.
– Ну и денек сегодня, один клиент лучше другого.
– Но платят – отлично, – заметила девица.
– Я согласен, тебе – премия. За достойный внешний вид.
* * *
Люциан снова стоял на тропе. Серебристая лента, шириной не больше сорока сантиметров, уходила вперед, теряясь среди звезд. Огромное, необъятное небо с неисчислимым количеством звезд окружало колдуна. Колючие искры, чернота, холод, лента тропы под ногами и больше ничего… Сердце сжалось, идти сквозь эту вселенную можно вечно, но нить Ариадны сама решила эту проблему. Он ощутил сначала едва уловимое, потом все ускоряющееся движение звезд. Источники небесного огня, расступаясь в стороны, освобождали дорогу, но на их месте вспыхивали новые. Серебристая лента словно падала вместе с колдуном в бесконечной трубе из черного бархата, усеянной блестками. Стало еще холоднее. Трудно сказать, было ли это ощущением реальной температуры или отражением иных процессов в необъятной прослойке между мирами, но путешественник мерз. Среди звезд появились кристаллы льда, сначала небольшие… Потом все крупнее и причудливее – они мчались мимо, или он двигался среди них?! Причудливые ледяные звезды переливались в свете далеких источников света, медленно поворачиваясь, исчезали за спиной. Строй ледяных стражей становился все плотнее, лента причудливо изгибалась, обходя острые иглы. Теперь ощущение падения сменилось чувством полета в замысловатом мире холода. Описывая причудливые виражи вокруг кристаллов пирамидальной формы циклопических размеров, путешественник молил судьбу об одном – не остаться бы навечно в этом царстве полированных граней. Правда, сказать с уверенностью, что пространство выглядит именно так, тоже было нельзя. Наверное, его ощущения смогли отразить это место меж мирами лишь с некоторой долей истины. Слишком непривычна среда, где пролегла тропа. Не имей нить Ариадны замечательного свойства крепко держать ношу, Люциан уже давно дрейфовал бы вместе с кристаллами. Полированные поверхности теснились ближе, просветы становились уже… Казалось, конца не будет этому кошмару, но все завершается. Иглы расступились, перед колдуном предстала удивительная картина.
Кристаллическое царство служило оболочкой сферы космических масштабов. Вся ее внутренняя поверхность оказалась усеяна полированными иглами. В центре, словно звезда, висел «стеклянный шар», занимавший некоторую часть объема. Материал слабо флюоресцировал, то фиолетовым светом, то окрашивался бардовой гаммой, после цикл повторялся, при этом он оставался прозрачным. Тропа устремилась к нему. При приближении, стало видно – внутри шара находилось множество объектов. Они, словно экспонаты, залитые прозрачным клеем, покоились на своих местах. Сверху вниз, относительно колдуна, шар пересекала неровная полоса, состоявшая из мелких искорок. По обе ее сторон замерло по странному предмету, похожему на песочные часы. Соединенные вершинами голубоватые конусы уходили в пространство, растворяясь в теле шара, вторые песочные часы были темными. Вокруг, в полном беспорядке, базировалось несколько веретенообразных объектов, опутанных нитью. Каким образом многообразие отражений интерпретировалось в реальном мире – оставалось только догадываться… Нить Ариадны по-прежнему вела к прозрачной планете, Люциан начал беспокоиться, что пополнит коллекцию, оставшись на века со всем этим вселенским мусором. Флюоресцирующий шар рос, превратившись по мере приближения в немного выпуклую вертикальную стену. Серебристая лента уверенно шла по следу, но колдун начал уставать. Стоило об этом подумать, как тропа под ногами завибрировала, готовая рассыпаться в прах. Но на свое счастье, колдун увидел впереди конец ленты. Она обрывалась далеко от поверхности удивительной прозрачной планеты. Осознание мысли, о близости выхода, вернуло Люциану самообладание, нить Ариадны снова успокоилась. Прошло еще немного времени, колдун ощутил приближение перетяжки…
Глава 19
НОВЫЕ ВЛАДЕЛЬЦЫ «ПОСЛЕДНЕГОПРИЮТА»
Джип подъехал к воротам в высокой ограде. В решетке на разные лады присутствовали изображения креста. Рядом с калиткой, под шерифской звездой, имелся звонок.
– Похоже мы в Америке, – констатировал Марк.
– Я бы не горячился с выводами… Так как понимание речи происходит вне зависимости от языка, на уровне информационных структур…
– А вывески?
– Могут отражать веяния моды…
– Может, позвоните? – подал голос Пуфф.
Марк выбрался из уютных объятий кресла и подошел к ограде.
– Почему она вся пронизана мотивами крестов?
– Просьба – экспонаты руками не трогать, – произнесла высунувшаяся из окна кошачья голова.
Демон нажал кнопку. Где-то в глубине дома послышались звуки, похожие на сигнал старого телефона. Никто не вышел. Марк позвонил еще. Из-за двери донеслось недовольное ворчание.
– Иду, иду.
Дверь открылась, на порог вывалилась толстенная негритянка в фартуке и чепце стиля прошлого века…
– Что надо?
– Здравствуйте, мадам! – опередил остальных Ян, видимо с его точки зрения после хранительницы рукописей Замка (девица из агентства не в счет), особа в фартуке выглядела, если не фотомоделью, то красавицей.
Марк с Пуфом переглянулись, Ян приложил палец к губам. На его лапах красовались тонкие кожаные перчатки. Негритянка прищурилась, видимо такое обращение повергло ее в ступор.
– Здравствуйте, – рассеянно произнесла она.
– Мы приезжие, хотим видеть представителя местной власти, – продолжил Ян.
– Он в отеле, на чаепитии, повернете направо, потом налево. Тут близко, – ответила негритянка, удалившись, но так и не придя в себя, последнее ласковые слова в ее адрес на прошлой неделе произнес Хаорон с кладбища. Они звучали так «туша свиная, шериф дома»?
Путешественники выехали на перекресток в форме буквы «т». Под транспарантом «Hotel», разместилась стрелка направо. Немного влево, впереди на холме, за высокой, почти трехметровой железной решеткой и деревьями скрывалась вилла.
– Не она ли это? – восхитился Марк.
– Гадать не будем, спросим у шерифа, – ответил Ян, поворачивая руль.
Проехав мимо дома представителя власти, джип оказался на широкой улице, прямо перед церковью.
– Святой отец не отсюда ли?
– Придет время – узнаем.
Следующим домом, за церковью оказалась гостиница. Здание имело кроме высокого цокольного этажа, еще два, на первом размещалась большая открытая веранда со столиками. Путешественники подъехали к ступеням, поднялись на нее. За правым угловым столом сидел мужчина.