– Не передергивай. Я лишь о том, что три нахала ввалились куда-то, в чем они весьма смутно понимают, правильнее, не понимают вообще. Их сюда никто не звал, помощи не просил, клетки открывать не требовал, а уж революцию делать не просил точно!
– Хорошо, хорошо. Сговорились.
Пуфф отбросил очередное ракообразное существо и строго посмотрел на Яна.
– Шеф, займитесь, наконец, делом!
– Вырастил.
– Позволю себе сказать банальность, но что выросло, то выросло, из маленькой хорошенького… Ну и не доросло еще.
– Все, молчим. Следите, чтоб по мне эти не ползали.
Ян снова, уже в третий раз попробовал сосредоточиться. Было две проблемы: как-то избежать ракообразных и добраться до перехода между доменами. Он снова «всматривался» в слои зазеркалья, но ни насекомых, ни порталов здесь не было. Нужно подойти поближе к горе.
Глава 10. Parasitus sugentem tegmine (латынь)
Темное кольцо – не простое украшенье,
Двух миров одно решенье, подтвердило сватовство.
Не на пальчик село в то мгновенье –
Шею сжало, перекошено лицо.
В страшный час тот мастер выковал кольцо.
Мало что менялось в черном зеркале пола. Холод камня, бесконечность черных плит. Шахматное поле одного цвета.
«Сказка продолжается, что теперь? Самому нельзя, все смешается. Где же Дандо» – подумал он.
Обязательный ритуал. Невидимый колокольчик мелодично оповестил о появлении человека в длинном плаще с капюшоном.
– Я здесь, мой повелитель.
– Докладывай.
– Я их упустил, – слуга склонил голову, готовясь к каре.
Но гнев, как чувство, так давно растворился в далеком прошлом повелителя, а ставка в игре была столь велика, что владыка остался холоден, как пол тронного зала.
– Пройдем их путь. Ты, надеюсь, научился сдерживать чувства? И не садись в кресло!
– Да, повелитель, – ответил Дандо, потрогав затылок.
Стеклянная пирамида за прямоугольным окном… Слуга прошел к основанию.
– Показывай.
Границы окна раздвинулись, пирамида выросла. На поверхности появились сферические вздутия. Грани будто вспенились, ожили, фигура все больше теряла форму, наконец окончательно трансформировалась в подобие трехмерной «карты» из автомата на черной дороге, только чудовищных размеров. Вся эта масса непрерывно пузырилась, перестраивалась, шары меняли положение, цвет. Ветви перекручивались, по ним проскакивали похожие на молнии вспышки.
– Теперь расслабься и назад, на точку исчезновения, отследим прошлое, просто раскручивай! Ничего не делай, я со стороны посмотрю.
Дандо протянул руку к пене. Чудовищный ком замер. Слуга сосредоточился, попробовал вернуть запись назад. Стоп кадр трехмерного кино повисел еще несколько секунд, и пена снова начала меняться, но существенно медленнее.
Перед зрителем прошел весь период пребывания троицы на дне миров до точки исчезновения.
– На моменте обрыва медленно…
– Я понял! Следите!
Искра, изображавшая путешественников, вытянулась, разделилась на две, произошла короткая вспышка, словно патрон выстрелил в невидимом стволе! Одна часть вернулась в «Кровавую рысь», вторая унеслась вперед, минуя множество доменов, и прилипла к приплюснутому темному образованию.
– Это конец истории… – начал Дандо.
Но точка медленно двинулась сквозь боковую поверхность, внутрь темного бублика и пропала. Попытки рассмотреть объект, больше всего походивший на тор с нулевым отверстием, ни к чему не привели.
– Не старайся. Это parasitus sugentem tegmine!
– Не понял…
– А должен был бы, в твоем прошлом это был живой язык…
– А, латынь, тогда это кокон сосущих паразитов. Значит, все. Съедят.
Стеклянная лягушачья икра, словно резина, снова вернула себе форму пирамиды и пропала.
– Не торопись. Конечно, направление их движения, скорее всего, не зависит от их желаний. Может быть, они уже пошли на еду и обустройство, а может, и нет… Наблюдай за гнездом! Мы знаем, какой конкретно кокон, но наши планы могут не совпадать с планами колонии…
________
Ян пытался понять хоть что-то в «этом другом». Лапа машинально опустилась вниз. Возникло тепло от корней к лапе через жезл, слабое течение, словно от выпитого спиртного согревало тело. Закружилась голова. На него летела медуза, причем щупальцами вперед… Крик вернул в реальность.
– Шеф, все нормально? – Пуфф и Марк настойчиво трясли его за лацканы куртки с двух сторон, крупная мокрица лежала брюшком вверх, перебирая лапками.
– Это прыгнуло на тебя!
– Да, то, что в других плоскостях никого нет – ошибка. Они как – то чуют жертву.
– И что теперь?
– Есть мысль: нужно обойтись механикой… Попробовать приподнять корень и соскользнуть с него. Здесь почва песчаник, может, плиту найдем.
– Шутишь?
– Нет. Пуфф, пощекочи мне нос.
– Шеф, вы это, не того?
– Пробуй!
Ян взялся за жезл двумя лапами, направил в низ, котище поднес кончик хвоста и провел им по носу шефа. К удивлению троицы почва стала приподниматься, песок потек в стороны. Воздух вокруг начал двигаться вверх, как над раскаленным шоссе. Мокрицы, хаотично ползавшие вокруг, бросились прочь, лежавшая на спине скатилась с края плиты и последовала за сородичами. Пуфф сунул хвост в нос шефу еще раз, и Яну тут же захотелось чихнуть. Он начал ритмично вдыхать воздух, в такт ему стал расширяться и сужаться цилиндр раскаленного воздуха.
– Пуфф, ты перестарался, – лишь успел сказать Марк, прежде чем Ян чихнул.
По земле прошла судорога, корень поднял плиту еще выше, почти на гребень, волна понесла троицу, взламывая песчаник как лед. Ян ощутил, что опьянение прошло. Теперь он мог частично контролировать процесс. Но вливавшиеся в поток боковые корни постепенно «разбавляли» возникший импульс.
– Пуфф, хвост!
– Есть, капитан! – отозвался котище.
– А если у него аллергия? – ужаснулся Марк.
– Ааа… пчхи!
– Аллергия лучше, чем медузная лоботомия!
Ян кивнул, волна снова набрала высоту.
– Тогда куда мы едем? – осведомился демон.
– Все при деле, даже я, – съехидничал Пуфф, – только штурман непричем.
– Ах, да!
Компас продолжал указывать вперед, причем сильнее вверх. Немного приспособившись, путешественники обратили внимание, что на большой скорости над пустыней проступали полупрозрачные медузы, а мокрицы словно таяли. Бесконечное колышущееся поле серых цветов, как море после шторма усеянное медузами, услужливо раздвигалось перед кораблем. Плита снова начала терять скорость.
– Пуфф, хвост!
– Есть, капитан!
– Ааа… пчхи! Ааа… пчхи!
– В таком я еще не ездил, – озадаченно произнес демон, – оно от двойной мощности не развалиться?
– Не знаю, – пожал плечами Ян.
Теперь ползающие насекомые исчезли совсем. Рассосалось марево. Впереди, в медузовом море возвышалась гора. Чудовищный конус с параболической огибающей исчезал в небе. Скорость платформы стабилизировалась. Путешественникам начало казаться, что холм с плитой на вершине замер в студенистой массе, но гора стала расти быстрее, и через некоторое время море осталось позади. Плоская глыба песчаника, понемногу истончаясь встречным ветром, не снижая скорости, неслась в гору. Пуфф обернулся.
– Ничего себе!
Земля под платформой осталась горизонтальной, или так, по крайней мере, виделось наблюдателям, а вот студенистое море постепенно поднималось, становясь обоями на стене. Ян тоже посмотрел через плечо. Картинка получалась сюрреалистическая.
– Сдается мне, полетим мы вдоль горы, пока она не перейдет в другую гору, а затем в море медуз, потом снова в гору… Стабильная орбита.
– Вечных двигателей не бывает, – строго произнес Марк.
– Ага. Совершенно. Скорость будет затухать… Лет пятьсот! Что я есть буду?