Организовали поочередное дежурство. Перес и Труитт не жили на этой улице, но они предложили дежурить по четыре часа каждую вторую ночь.
Молли предложила привлечь к охране соседей. Шестеро согласились помочь. Лиам им не доверял. Он бы дежурил двадцать четыре часа в сутки, если бы это представлялось возможным.
Квинн умоляла взять ее на смену. Она была сообразительной, умной и амбициозной. В отличие от многих подростков, она относилась ко всему серьезно и не шутила. Но она еще слишком молода. Квинн злилась из-за этого, но он предпочел бы, чтобы она осталась жива и невредима.
Наконец, Лиам зарыл несколько тайников с оружием и патронами в стратегически важных местах в лесу за домами по обе стороны дороги.
Всего этого явно недостаточно. Ему нужно больше людей, больше припасов, больше патронов.
Маленький район нельзя защитить по-настоящему, не с теми ресурсами, которые у него имелись. Настоящий штурм вражеских сил их уничтожит.
Именно поэтому следующий этап плана должен быть осуществлен как можно скорее.
Грохот снегохода, приближающегося с востока, прервал его мысли.
Лиам поднял карабин и посмотрел в прицел. Смеркалось, луну наполовину спрятали облака, фигура скрывалась в густых тенях за сдвоенными фарами снегохода.
Напрягшись, Лиам снял карабин с предохранителя и не сводил глаз с человека, который ехал по дороге, замедляя ход, по мере приближения к повороту на Тэнглвуд Драйв.
Водитель остановился в двадцати пяти ярдах от машины, выключил двигатель и просвистел несколько первых тактов песни «С днем рождения».
Рация Лиама щелкнула.
— Это я, болван. Не стреляй в меня.
Лиам скорчил гримасу и опустил оружие.
Он следил за тем, как снегоход поравнялся с его укрытием. Хосе Рейносо снял шлем и вздрогнул.
— Блин, какой зверский холод. Я уже готов к весне. И солнцу. И красивым девушкам в коротких юбках.
— Твоя смена только завтра.
Лиам мельком увидел вспышку белых зубов.
— Мне стало скучно. Можешь в это поверить? Случилось что-нибудь интересное?
— Нет, ничего. Все тихо на западном фронте.
Рейносо слез со снегохода и убрал брелок в карман. Он встал чуть ниже Лиама и повернулся лицом к дороге, сканируя окрестности.
— Затишье перед бурей. Передохнем, пока есть возможность. Скоро все полетит к чертям собачьим.
— Обрисуешь обстановку? — спросил Лиам.
Рейносо потратил день на встречи с ключевыми членами совета и горожанами, которым, как они считали, можно доверять — теми, кто больше всего хотел, чтобы ополченцы ушли.
Рейносо разочарованно вздохнул. Он был спокойным, уравновешенным парнем. Его ничего не будоражило. Но сейчас он выглядел раздраженным, его челюсть напряглась.
— Все прошло не так хорошо, как я надеялся. Скажем прямо.
— Они не готовы к бою. — Лиам не спрашивал, он знал ответ и такой исход его совершенно не удивил.
— Нет. Не готовы. Они рады «поддержать» нас любым способом… — Рейносо изобразил кавычки, — но настоящая работа, как обычно, ляжет на нас.
— Они напуганы, — проговорил Лиам. — Они не солдаты и не полицейские.
— Нам нужно быть осторожными. Аннет Кинг сказала, что Саттер предлагает еду в награду информаторам, сообщающим об инакомыслии. Любой может нас сдать.
— Обязательно будем.
Рация Лиама затрещала.
— Эй, Росомаха! — Голос Квинн пробился сквозь помехи. — У нас на плите кипит суп со спаржей, если ты голоден. Плюс домашний хлеб и еще кофе в кофеварке.
При упоминании о еде у Лиама заурчало в животе.
— Моя смена закончится только в полночь.
— Тогда я принесу тебе термос с кофе, — отозвалась Квинн. — Конец связи.
Рейносо укоризненно посмотрел на Лиама, пристегивающего рацию к поясу.
— Когда началась твоя смена?
Лиам не ответил. Он сменил Бишопа семь часов назад. Сейчас почти восемь вечера.
— Я так и думал. Мужик, тебе нужен перерыв.
— Я в порядке.
— Разве ты не слышал? Квинн собирается принести мне термос с кофе. Настоящего кофе! Знаешь, что я бы сейчас сделал за чашечку кофе? — Он не стал дожидаться ответа Лиама. — Да почти все, так-то.
Лиам не мог с этим поспорить. И ему не помешала бы передышка. Как бы он ни хотел терпеть, его тело протестовало.
— Думаю, я не должен становиться между тобой и твоей порцией кофеина.
— У меня серьезная ломка, чувак. Ты даже не представляешь.
Пять минут спустя Лиам оставил Рейносо греться под паром горячего термоса с драгоценным кофе. Квинн попыталась завязать разговор, но он отправил ее обратно к Молли. Ему нужно еще раз проверить окрестности.
Возвращаясь, Лиам выбрал обходной путь за домами слева от дороги. Сразу за дворами он протянул через деревья проволоку с банками, наполненными камнями, гвоздями и всякой всячиной.
Он наступал на свои прежние следы и осматривал снег в поисках чего-нибудь свежего. С тактическим фонариком он обследовал подлесок на предмет сломанных веток или других признаков того, что здесь кто-то притаился.
Лиам держал фонарик подальше от своего тела на случай, если кто-то выстрелит в него. Останавливаясь каждые минуту или две, он прислушивался к ночным звукам. Ухнула сова. Крошечное существо пробиралось сквозь заросли.
Сегодня ночью на Тэнглвуд Драйв тихо и спокойно. Но это не значит, что так будет и впредь.
Он закончил патрулировать окрестности и подошел к дому Ханны с тыла. Он считал его домом Ханны, независимо от того, жила она там или нет.
Из окна на кухне пробивался слабый свет. Надо будет это исправить.
Он снял затемняющие шторы со спален и повесил их на окна, выходящие на переднюю сторону, чтобы никто не мог узнать, живет ли в доме кто-нибудь.
Следы пересекали задний двор. Небольшая пара человеческих следов, а затем отпечатки гигантских лап.
Лиам улыбнулся. Отпечатки свежие. Ханна и Призрак здесь.
Глава 15
Лиам
День сорок пятый
Когда Лиама вошел в дом Призрак приветствовал его радостным гавканьем. Пес прижался мордой к ладони Лиама и несколько раз обнюхал ее, завиляв пушистым хвостом.
— Привет, парень, рад тебя видеть. — Еще больше он обрадовался Ханне, но не сказал об этом.
Он выключил фонарик и спрятал его в чехол на поясе, стряхивая снег с ботинок. Призрак последовал за ним через затемненную кухню в гостиную.
Ханна стояла на коленях у камина, у ее ног светился масляный фонарь. Она положила свежие поленья в очаг и разожгла огонь. От пылающего огня ее щеки порозовели, и она заправила волосы за уши. Смотрелась она эффектно.
С мягкой улыбкой Ханна подняла голову, ее глаза просияли.
— Прости. Я знала, что рано или поздно ты вернешься, и подумала, что оценишь теплый дом. Без огня становится так холодно.
— Да. — Он не мог не улыбнуться ей в ответ. — Это твой дом. Тебе не нужно оправдываться за то, что ты пришла.
— Ну, да, но он твой до тех пор, пока тебе это нужно. Я не должна была врываться.
— Тебе всегда здесь рады. Всегда.
Она опустила подбородок, вернула взгляд к огню и пошевелила поленья кочергой.
— Во сколько закончилась твоя смена?
— Не закончилась. Появился Рейносо и заставил меня сделать перерыв.
Снова эта понимающая улыбка.
— Я сомневалась, что ты вообще знаешь значение слова «перерыв».
— Рейносо сказал примерно то же самое. — Лиам окинул взглядом остальную часть гостиной. — Где Шарлотта?
— Молли сказала, что хочет посидеть с милым и послушным ребенком, а не с колючим и упрямым. Квинн решительно возражала, но это лишь сотрясание воздуха.
— Да, похоже на правду.
Ханна вытерла руки о джинсы, поднялась на ноги и повернулась к нему лицом.
— Призрак скучает. А мы давно с тобой не разговаривали. Я имею в виду, как раньше… — На этом она замолчала.
Она имела в виду наедине. После месяца, проведенного с человеком изо дня в день, ты хорошо его узнаешь. Ты привыкаешь к нему. Наслаждаешься им, хочешь, чтобы он постоянно присутствовал рядом.