Сейчас она не могла думать ни о чем из этого, не могла впустить в себя печаль. Она сглотнула, заставила себя сосредоточиться.
— Он делал, я имею в виду.
— Мне жаль, Квинн, — сказал Майло.
Ее горло сжалось.
— Это не твоя вина, Мелкий.
Она поставила обогрев на полную мощность и включила стеклоочистители. Сквозь наледь, ползущую по лобовому стеклу, она едва могла видеть. В этот момент Квинн поехала бы даже вслепую, лишь бы они убрались отсюда.
Она переключила «Оранж Джулиус» на задний ход и нажала на газ. Грузовик не тронулся с места.
Квинн выругалась, ударила по рулю и попыталась снова.
Шины бесполезно вращались на снегу.
— Нам конец, — сообщила Фиби.
— Мы застряли, а не сломались, — поправила Квинн. — Дедушка держит лопату в багажнике. Нам придется прокладывать себе дорогу ей.
— Вы, ребята, оставайтесь внутри, где тепло, — сказал Ноа. — Я сделаю это.
Квинн оглянулась назад. Мальчишка сидел на заднем сиденье, прижавшись к Фиби, которая прислонилась к окну. В кабине еще не совсем тепло, но к этому все шло.
Пригибаясь от ветра, Квинн вылезла из грузовика вслед за Ноа. Она захлопнула дверь со стороны водителя и поплелась к задней части «Оранж Джулиуса».
— Я не боюсь работы, — проворчала она, когда Ноа бросил на нее вопросительный взгляд.
Ему удалось натянуто улыбнуться.
— Хорошо.
В багажнике грузовика лежали две лопаты. Дедушка добавил вторую, когда Квинн начала ездить с ним.
Она указала на припасы, сложенные в одном углу.
— Дедушка и бабушка всегда держат в машине спальный мешок, сигнальные ракеты, фонарик, ящик с инструментами, лопату, дорожную смесь и воду, а также фонарь на батарейках. О, и наполнитель для кошачьего туалета. К счастью, у бабушки всегда есть запас с ее пятью чертовыми кошками.
— Слава богу, — сказал Ноа с облегчением. — Мы сможем завернуть Майло в спальный мешок.
Квинн принялась за одну сторону, Ноа — за другую. Они быстро выгребли снег из-под колес. Их дыхание вырывалось белыми облаками. Сердце Квинн стучало в груди и в ушах.
Ее окоченевшие, замерзшие пальцы несколько раз дрогнули. Она уронила лопату и была вынуждена поднять ее, чтобы продолжить копать. Она отказывалась бросать работу. Напряжение обострило ее чувства, сдерживая эмоции.
Наконец, они расчистили достаточно места. Квинн рассыпала наполнитель для кошачьего туалета, чтобы колеса могли сцепляться с дорогой. Потом Квинн бросила лопату в багажник грузовика, а Ноа потянулся за спальным мешком.
Вместо того, чтобы залезть обратно в «Оранж Джулиус», она замешкалась.
Из-за снега и темноты все выглядело одинаково. Она обняла себя, дрожа, пряди синих волос хлестали ее по лицу. Ее металлические пирсинги словно вмерзли в кожу.
Ноа положил спальный мешок в грузовик и подошел к ней.
— Ты в порядке?
Она чувствовала себя потрясенной, измученной и на взводе.
— Все отлично, — огрызнулась она. — Лучше не бывает.
— Ладно, ладно. Глупый вопрос. Извини. — Он прочистил горло. — Ты в состоянии вести грузовик? Я знаю, что сегодняшний день выдался… тяжелым для всех нас.
— Ну, можно и, так сказать. — Она закусила нижнюю губу. — Это не мой грузовик. Это грузовик дедушки. Он обожал эту развалюху. Никому не разрешал водить его, даже бабушке.
Кроме нее. Он научил Квинн водить это древнее дребезжащее чудовище. Она сделала паузу, вдохнула глубоко обжигающий воздух. И чуть не задохнулась, когда ее легкие сжались.
— Это кажется… неправильным.
Она не знала, почему говорит это вслух. До сегодняшнего дня она не перекинулась и пятью предложениями с Ноа Шериданом, хотя знала его много лет. Он по сути оставался незнакомцем. Но после последних нескольких часов он не казался таковым.
— Мне жаль, что мы не смогли его спасти. Мне правда жаль.
— Я знаю.
— Я готов вести машину, — сказал он. — До Фолл-Крик час езды. Мы высадим Фиби по дороге.
Он не сказал, что стал бы лучшим, более опытным водителем, особенно в таких условиях.
Он предлагал ей выход. Следующим мог бы быть вопрос о том, сколько ей лет, есть ли у нее права. Она знала это, он знал это. Формально у нее нет прав, только разрешение, хотя она ездила с дедушкой тысячу раз.
Она кивнула и демонстративно пнула ногой сугроб. Квинн смотрела сквозь снег на ряды машин, похожих на огромные белые валуны.
Внутри одного из автомобилей что-то зашевелилось.
Глава 13
Ноа
День первый
— Что такое? — спросил Ноа.
Квинн молча указала на машину, припаркованную в нескольких метрах от «Оранж Джулиус». Ноа наклонился и смахнул снег со стекла седана темного цвета со стороны водителя.
На водительском сиденье сидел молодой мужчина, дрожа и вцепившись в руль обеими руками, словно ожидая, что с минуты на минуту уедет в закат.
Ноа инстинктивно потянулся рукой к табельному оружию, обычно висящему на боку. Он постучал в окно со стороны водителя.
Мужчина вздрогнул. Он повернулся к Ноа, рот открыт, глаза расширены и налиты кровью через матовое стекло.
Ноа и Квинн отступили назад, когда парень открыл свою дверь.
Он недоверчиво уставился на них.
— Откуда вы, черт возьми, взялись?
— С кресельного подъемника, идиот! — Квинн ткнула пальцем в значок персонала горнолыжного курорта Биттерсвит, красовавшийся на его лыжной куртке. — Ты оставил нас там!
Парень покраснел.
— Что?
— Мы застряли на кресельном подъемнике у «Rocket Launcher», — объяснил Ноа, стараясь сохранить спокойный голос, хотя разочарование, стресс и травмы этого дня брали свое.
— Никто не пришел за нами! — голос Квинн взревел от ярости. — Мой дедушка мертв!
Под редкой бородой бледная, покрытая прыщами кожа парня отдавала синевой. На вид ему около двадцати пяти лет, он походил на хиппи нового поколения, поедающего гранолу. Вся машина пропахла травой.
Он поднял руки, ладони вытянуты в успокаивающем жесте, косяк зажат между пальцами правой руки. Тонкий вихрь дыма поднялся к потолку.
— Ничего не понимаю. Этого не может быть.
Ноа стиснул зубы.
— Это случилось.
— Патруль часами освобождал подъемники. Нам пришлось действовать по старинке, использовать канаты и ремни, делать все вручную. У нас есть протоколы безопасности…
— Не сегодня, это точно, — огрызнулась Квинн.
Его глаза расширились.
— Вы серьезно?
— Как ты думаешь, откуда, черт возьми, мы только что пришли? — Квинн закатила глаза. — Думаешь, мы упали с неба?
Парень уставился на нее, не отрывая глаз. Он, вероятно, выкурил все косяки, которые у него водились. Сожаление и досада, наконец, проступили на его лице.
— Мне очень жаль. — Он покачал головой. — Я… думаю, я действительно не в себе. Сегодня, ребята. Я никогда не испытывал ничего подобного.
— Ты? — Квинн зашипела. — Ты думаешь, что никогда не испытывал… Это мы застряли на высоте тридцати футов от земли в ледяной снежной буре! У моего дедушки случился сердечный приступ. Один парень даже спрыгнул, настолько он отчаялся! Он тоже умер!
— Погибло больше людей?
— Брок сломал голень, — объяснил Ноа. — У него наступил шок, и мы… не смогли его спасти.
Парень облизал свои потрескавшиеся губы. Дрожащими пальцами он сделал затяжку.
— О, боже, боже. Я не знал. Мы не знали. Клянусь. У нас здесь погибло девятнадцать человек. Девятнадцать! Такое напряжение, просто б-беспредел… пожар, падение вертолета… все запаниковали. Многие получили ожоги и переломы конечностей при крушении. Это был хаос, мужик.
— А потом, когда люди пытались уехать, а их машины не заводились… Я послал Тима и Макса освободить подъемники. Я полагаю, они так и сделали. Один из них, должно быть, сократил путь, сделал визуальный осмотр вместо того, чтобы идти вверх по склону. Сэм сказал, что подъемник «Rocket Launcher» не работает. У нас имелся только один работающий снегоход. Снегоход, который мы должны были выбросить много лет назад. Больше ничего не работало. Как будто сам Бог просто щелкнул выключателем, и бац. Никаких подъемников. Ни электричества. Ни снегоходов, ни машин.