Лиам долго молчал. Он уставился на двери сарая, челюсть напряжена, пистолет зажат в обеих руках. Он словно желал, чтобы Пайк вошел в эти двери прямо сейчас.
Она рассеянно потирала поврежденную руку. Распухшие, вывернутые суставы болели на холоде. Ее пальцы деформировались и стали уродливыми. Ханна едва могла пошевелить ими, только с большим усилием. И болью.
Захочет ли Ноа вернуть ее сейчас? После того, что сделал с ней Пайк? В ту ночь она так разозлилась и обиделась, а теперь с удивлением думала, почему они вообще поссорились.
Это казалось таким бессмысленным, таким ничтожным. Они любили друг друга. У них был Майло.
У них было все, а они даже не понимали этого.
Лиам прочистил горло и оглянулся на нее.
— Дай мне посмотреть на пистолет.
Ханна замерла.
— Какой пистолет?
Он просто смотрел на нее.
Конечно, Лиам знал о пистолете. Она направила его на него в библиотеке. Как будто могла что-то с ним сделать. В ее руках он оказался так же бесполезен, как и любое оружие.
— Сиси его дала, — объяснила она с досадой. — Мне стоило рассказать тебе.
— Да, стоило.
Она опустила взгляд, не в силах встретиться с его пронзительными серо-голубыми глазами. Ее охватил стыд.
— Я все равно беспомощна с ним. Я даже не могу нажать на курок.
Он протянул руку ладонью вверх.
— Дай мне посмотреть.
Она достала 45-й калибр из кармана и протянула ему.
Он повертел его в руках, рассматривая.
— Хороший вариант для тебя. Маленький и легкий. Уменьшенная отдача. Отлично сбалансирован.
Лиам выбросил магазин, затем слегка оттянул затвор назад, чтобы открыть механизм и проверить патронник. Он нахмурился.
— Оружие заряжено. Ты сняла его с предохранителя?
— Что?
Он вставил магазин обратно и указал на небольшой рычаг, установленный на ползунке.
— Видишь здесь? Это предохранитель. Даже когда ты нажмешь на спусковой крючок, если предохранитель не снят, пистолет не выстрелит.
Ее щекам стало жарко. Ее семья всегда пользовалась пистолетами «Глок» с предохранителем. Забыть о предохранителе в «Ругере» такая глупая ошибка. В панике это знание покинуло ее, теперь Ханна вспомнила то, что всегда знала.
— Прости, — сказала она, чувствуя себя невероятно глупо.
Он вернул ей пистолет, поставив его на предохранитель.
— В следующий раз сделай лучше.
Облегчение смешалось с ее смущением. Она все-таки нажала на спусковой крючок.
У нее хватило смелости сделать это. Застрелить его.
Вот что имело значение. Когда придет время, она сможет сделать это снова. Она сделает это снова.
Лиам застегнул рюкзак и выключил фонарик.
— Поспи немного. Рассвет наступит скоро.
Она аккуратно положила пистолет в карман и улеглась на колючую солому. Призрак спал. Она перекатилась к нему и зарылась пальцами в шерсть, вдыхая влажный запах. Прижалась щекой к мягкому меху и позволила усталым векам закрыться.
Но сон не приходил, как бы она ни была измучена. События ночи не переставали крутиться в ее голове, снова и снова. И каждый раз все заканчивалось одинаково — Ханна чувствовала себя парализованной, бессильной. Беспомощной.
Даже имея оружие, она не смогла защитить себя. Или Призрака.
Лиам сейчас здесь, но он не всегда будет рядом. Призрак не всегда сможет ее защитить. Ей тоже придется защищаться.
Ханна не хотела быть беспомощной. Не хотела бояться. И она не хотела быть жертвой. Больше нет.
Пайк сделал это с ней. Он изменил ее, превратил в кроткое и безропотное существо, как ему и требовалось. Но она не всегда была такой.
Когда-то она чувствовала себя сильной, решительной, упрямой. Уверенной в себе.
Но потом случился тот ужасный сочельник. И все, что последовало за ним.
Ей больше не нужно быть той девочкой. Девочкой, украденной из собственной жизни. Девочкой, запертой в клетке.
Ханна Шеридан должна решить, кем она была и кем могла стать. Решение нужно принимать прямо сейчас.
Она села.
— Лиам.
Он повернулся к ней. В темноте она не могла разглядеть его резкие черты, только плотную фигуру — тень, более глубокую и темную, чем другие тени.
— Ты знаешь, как сражаться, — сказала она. — Как защитить себя.
Он не ответил.
— Ты знаешь, как пользоваться пистолетом.
Он по-прежнему ничего не говорил, ожидая.
— Ты можешь научить людей тому, что знаешь сам.
— Это вопрос?
Ее рот дернулся в темноте. Не улыбка. Еще нет.
— Ты научишь меня?
— Да, — ответил Лиам, — научу.
Кайла Стоун
«На грани безумия»
Жанр: постапокалипсис, триллер
Серия: На грани краха — 2
Возрастное ограничение: 18+ (в книге присутствуют сцены насилия, жестокость, смерть второстепенных персонажей)
Перевод: MonaBurumba
Вычитка: MonaBurumba
Русификация обложки: Xeksany
Предисловие
«Мужество, это когда продолжаешь, хотя сил уже нет».
Теодор Рузвельт
Большая часть этой истории происходит в юго-западном Мичигане. В интересах истории я изменила некоторые аспекты и позволила себе несколько вольностей в отношении одного или двух реальных городов. Заранее благодарю вас за понимание творческой воли автора.
Глава 1
Ноа
День первый
— У нас труп.
Тридцатилетний Ноа Шеридан крепче сжал телефон. От слов звонившего у него по позвоночнику пробежал холодок.
— Что?
Его друг и коллега по полиции Фолл-Крик, Джулиан Синклер, прочистил горло.
— Сегодня утром позвонил любитель покататься на снегоходе. Жертву нашли у реки, рядом с трейлерным парком. Белый мужчина, около двадцати лет, известный наркоман с послужным списком длиной в милю. В основном аресты за наркотики и мелкие преступления.
— Причина смерти?
— Забит до смерти, множественные повреждения. Десятки сломанных костей.
Ноа сдвинулся с места, забыв, что на нем все еще лыжи, и чуть не упал.
— Думаешь, это связано с другими делами?
— Пока рано говорить.
Как и в любом маленьком городке, в местечке Фолл-Крик на юго-западе Мичигана случались бытовые ссоры, иногда нападения и облавы на наркоманов, но убийств совершалось немного. Последнее произошло четыре года назад в результате драки в баре.
Однако в соседних округах за последние несколько лет зафиксировали несколько тревожных убийств. Все жертвы были наркоманами или отъявленными преступниками. У всех убитых обнаружены десятки сломанных костей.
Но ни одно из них не коснулось Фолл-Крик — до сих пор.
— Шеф Бриггс вызывает всех, — сказал Джулиан. — В канун Рождества, не иначе.
Повисла тишина. Ноа взял выходной, чтобы побыть с сыном. Он всегда брал выходной двадцать четвертого декабря, несмотря ни на что.
Никто в отделе не осуждал его за это. Все знали, почему.
Сегодня — пятая годовщина исчезновения Ханны. Пять лет с тех пор, как мир Ноа перевернулся и его жизнь разлетелась на куски прямо на глазах.
Все эти годы ушли на то, чтобы снова собрать себя и Майло воедино.
— Ты не обязан, — быстро, слишком быстро проговорил Джулиан. Джулиан Синклер был лучшим другом Ноа, почти братом, самым близким человеком среди всех, кто у него остался.
Они дружили в начальной школе, вместе играли в футбол в старших классах, и именно Джулиан побудил Ноа стать сотрудником правоохранительных органов и поступить на службу в полицейский департамент Фолл-Крик.
Джулиан понимал, через что пришлось пройти Ноа, и поддерживал его во всем.
Ноа посмотрел на своего сына Майло. Восьмилетний мальчуган стоял рядом с ним на лыжах, терпеливо ожидая очередного заезда по трассе для новичков Apple Blossom.