– Да, капитан, – сказал гридер, пытаясь определить, где у этого прибора расположена видеокамера, чтобы не выглядеть так же забавно на дисплее капитана.
– Вы сделали запрос в общекорабельную вычислительную систему, док, – сообщил Дио прекрасно известный Сомию факт. – Так вот – система не работает.
– Я так и понял, – кивнул гридер.
– Если вы хотите что-либо выяснить, то обращайтесь прямо ко мне.
– Хорошо, капитан, – покорно согласился Сомий.
– А что вы хотели узнать? – настойчиво спросил капитан. Его губы сжались в тонкую прямую линию.
– Это не срочно, – гридер попытался увильнуть от ответа.
– И всё же?
– Мне нужны сведения о расовой принадлежности всех членов экипажа, – Сомий наконец-то придумал ответ. – Я должен подготовить необходимые медикаменты для каждого.
– Вы получите такой список позже.
Дисплей видеосвязи погас. Джог перевел дух и сделал оградительный жест рукой. Сейчас он мог рассчитывать только на мистическую силу Трех Драконов. Больше никто и ничто не поможет ему.
Двери лазарета разъехались в стороны. Сомий уже ожидал в очередной раз увидеть вездесущего Дио, но на этот раз это был не он. Огромный чернокожий инопланетник застенчиво застыл у входа. Одетый в синий комбинезон, украшенный живописными масляными пятнами, обутый в сапоги от тяжелого скафандра, он походил на древнего механика Ламера, предка и бога всех механиков Галактики. Правую руку бог прижимал к груди. На грязной тряпке, намотанной на кисть, проступали ярко-красные пятна.
– Проходи, – гостеприимно предложил Сомий, направляясь навстречу своему первому пациенту. «Ну, вот всё и закончилось, – с тоской подумал он. – Через минуту меня разоблачат».
– Здравствуйте, доктор, – гость приветливо помахал здоровой рукой. – Со мной тут неприятность приключилась.
– Вижу, вижу, – вздохнул Сомий, мучительно вспоминая, как в подобных ситуациях ведут себя настоящие врачи. Личного опыта у него не было. Он никогда не попадал в больницу с травмами. Ему вспомнился только старый фильм, действие которого разворачивалось в военном госпитале на отсталой планете. Там всех раненых сразу укладывали на операционный стол.
– Ложитесь, пожалуйста, – Джог неопределенно мотнул головой. Место, где можно было прилечь, в комнате имелось только одно.
– Понимаете, док, – раненый расположился на операционном столе. – Лопнула магистраль в отопительной системе…
– И обломок трубы вонзился вам в ладонь, – продолжил Джог, разматывая окровавленную тряпку. Рана была глубокой, но не особо страшной. Если бы с самим Сомием случилась подобная неприятность, он не побежал бы в госпиталь. Просто опрокинул бы на порез бутылку с дезинфицирующей жидкостью.
– Точно, доктор. Так оно и было, – пациент улыбнулся, продемонстрировав здоровые белоснежные зубы. – Вообще-то, я нанимался на «Гедабас» бортинженером по электронному оборудованию, но оказалось, что у них нет слесаря, а в жилых помещениях холодно. Пришлось заниматься не своим делом.
– Результат я вижу, – Сомий направился к стеклянному шкафу со множеством склянок на прозрачных полках. Он рассчитывал найти там дезинфицирующий состав со знакомым названием. Не успел он сделать и нескольких шагов, как санитарный робот, до этого недвижимым истуканом торчавший в углу, тихо загудел и подполз к операционному столу.
– Док, – жалобно проскулил чернокожий электронщик, когда блестящая машина придавила его к столу многосуставчатыми манипуляторами. Сомий от неожиданности схватился за белую одноногую табуретку и, грозно подняв ее над головой, двинулся на взбесившийся агрегат. Но робот не обратил на него никакого внимания. Он продолжал проделывать непонятные манипуляции с рукой пациента, не забывая при этом фиксировать его тело на столе. Гридер поставил табуретку на место. Бояться нечего. Санитарный робот просто выполняет свою работу.
– Не волнуйся, – успокоил он пациента. – Всё идет по плану.
– У него хватка прямо как у моей девушки, – ухмыльнулся электронщик, быстро сообразивший, что никакая опасность ему не грозит.
Надрывно взревел зуммер видеосвязи. Беспокойно оглядываясь на санитарного робота, Сомий Джог, подошел к дисплею и принял вызов. На этот раз на экране появился лоб капитана Дио и часть приборной доски. Явный прогресс. На гладкую кожу смотреть было гораздо приятнее, чем на густой волосяной покров капитанского подбородка.
– Доктор, Пидл случайно не у вас? – спросил Дио и внезапно заорал, разглядев электронщика за спиной Джога. – Ты где должен быть? В восьмом отсеке кипятка по пояс!
– Я истекаю кровью! – возмутился электронщик. – И вообще это не моя работа!
– У него серьезная рана, – Сомий решительно вступился за своего первого пациента.
– Очень серьезная?
– Да.
– Сколько времени займет лечение? Когда он встанет на ноги? – Голос капитана стал обеспокоенным.
– Думаю, минут через пять.
Лоб капитана Дио покраснел от бешенства. Джог смущенно прикрыл ладонью носовые щели. Так делали все гридеры, когда их ловили на вранье.
– Через пять минут вы оба отправитесь в восьмой отсек и, если к моему приходу там не станет сухо, как в дюзах стартующего звездолета, будете жить в карцере, до тех пор, пока «Гедабас» не вернется на Зен! – хрипло пообещал капитан. Экран померк. Приказ обсуждению не подлежал.
Робот-санитар уже заклеил рану электронщика биоклеем. Немного погудел, будто оценивая результат своей работы, и, удовлетворенный достигнутым, откатился в свой угол.
– Твое имя Пидл? – спросил гридер, помогая пациенту встать со стола.
– Пидлоуз, если быть точным. А как мне тебя величать, синенький благодетель?
– Сомий. Сомий Джог, – представился «доктор». – Приятно познакомиться. Пойдем чинить трубу, иначе нас обоих могут уволить.
– Этот Дио настоящий псих! Мы же не авральная команда! – Пидл возмущенно всплеснул руками, но покорно поплелся к выходу. Пациент и врач, плечом к плечу, вышли в коридор. Сомий вызвал лифт.
– Ты давно его знаешь? – вкрадчиво поинтересовался гридер. Теперь, когда у него есть приятель, нужно непременно воспользоваться его осведомленностью, чтобы выведать побольше информации о «Гедабасе» и его экипаже.
– Сегодня первый раз увидел, – бодро поведал Пидл. – Представляешь, сижу в столовой. При нашем космопорте есть бесплатная столовка для безработных специалистов. Явсегда там питаюсь, когда оказываюсь на мели. Кормят невкусно, но питательно. Значит, сижу я там и употребляю свой законный шпинат с синтетической подливкой. Вдруг врывается этот придурок и орет…
Двери лифта разъехались. Они вошли в тесную кабину. Сомий автоматически пересчитал кнопки на панели управления и опечалился. Двенадцать уровней! «Гедабac» – огромный звездолет. Значит, на нем должны работать сотни гуманоидов. Захватить его – нереальная задача.
– Ну так вот, ворвался и орет, – продолжил Пидл, нажимая на самую нижнюю кнопку, – мне срочно нужны пилоты, бортинженеры, уборщики, солдаты! А у самого аж слюна брызжет. Все просто обалдели.
– Почему обалдели? – удивился Сомий. – Он же работу предложил.
– Работа работе рознь, – философски заметил чернокожий электронщик.
Кабина остановилась. Двери распахнулись, и внутрь с радостным клокотанием ворвался мутный поток воды. Воздух наполнился влажными клубами пара.
– Драконий зад! – взвизгнул Сомий и подпрыгнул вверх. – Сожри Наки мою душу!
Вода была нестерпимо горячей. Пидл ловко подхватил гридера, спасая его от падения в кипяток. Высокие сапоги электронщика надежно защищали его ноги. В такой обуви Пидлу был не страшен даже расплавленный свинец и жидкий азот.
– Я не думал, что она уже сюда дошла, – виновато сказал он, помогая Сомию поудобнее расположиться на своих мускулистых руках. – Не волнуйся, док. Здесь недалеко есть кладовая со старой экипировкой. Сможешь выбрать себе любую спецодежду.
Пидл медленно двинулся по коридору. Перед каждым шагом он старательно ощупывал подошвой пол, чтобы случайно не споткнуться и не рухнуть в кипяток. Освещение было очень плохим. Светильники на потолке моргали и извергали снопы желтых искр.