Я откинул брезент с саней и начал готовить охотничье снаряжение. Взводил мощные «медвежьи» капканы и расставлял вокруг, закрепляя цепью к стволам деревьев, а в качестве приманки используя крупные куски озёрной рыбы. Металлические затягивающиеся петли, действующие по подобию стяжки для кабеля — в одну сторону проволока легко идёт, обратно ни-ни, поставил прямо на окровавленном снегу. Ловушки даже особо не маскировал, лишь слегка припорошив снежком готовые сомкнуться зубастые металлические челюсти и проволоку — звери в этом мире абсолютно непуганые, так что даже не требовалось ни отбивать запах железа, ни скрывать капканы. Самой большой проблемой было даже не установить ловушки, а постоянно отпихивать любопытных сующих свой нос химероидных пум, так и норовящих сожрать рассыпанные повсюду приманки.
Пока возился, в зимнем лесу уже совсем стемнело, и по-хорошему, требовалось скорее возвращаться в убежище альянса, чтобы действительно не повстречаться с активизирующимися к ночи химероидными тварями-людоедами. Но меня привлёк вопрос Вари, поинтересовавшейся, умеют ли стайные шакалы лазить по деревьям?
— Понятия не имею. Но скорее всё же нет. Судя по следам, лапы у них волчьи с неубирающимися когтями, неприспособленными вцепляться в древесину. А к чему ты это спросила?
Разведчица указала куда-то вверх на ближайшее дерево с могучим гладким стволом. Там, на высоте метров восьми над уровнем снега на месте отвалившейся ветки имелось дупло — широкое и, судя по всему, достаточно глубокое для того, чтобы внутри мог укрыться человек.
— Можем заночевать там в дупле, — предложила Варя, — и чтобы не уводить стаю по своим следам от расставленных капканов, и чтобы завтра заново не искать нужное место, где мы ставили все эти ловушки. Тем более что снова пошёл снег, к утру следы заметёт, и найти эту непримечательную точку в густом обширном лесу будет затруднительно.
Доводы девушки показались мне совершенно неубедительными. Можно ведь просто зарубки на деревьях оставлять по пути следования, да и не настолько уж я не ориентировался на местности, чтобы заблудиться в ближайшем лесу под Треглавой горой. А уж про Разведчицу и говорить нечего — та обладала кучей полезных в плане ориентирования навыков персонажа и легко нашла бы нужное место даже в полной темноте или в снежную метель.
— А ещё, если звери всё-таки попадутся в расставленные ловушки, мы сверху защитим их и не дадим сожрать ни диким сородичам, ни другим лесным хищникам!
Уже более весомый аргумент, хотя тоже спорный. Но мне уже стало понятно, что Варе просто совершенно не хотелось возвращаться в убежище, где из-за обилия игроков невозможно было пообщаться без лишних ушей, а потому девушка искала предлога остаться наедине со мной этой ночью. Ну, раз так…
— Мрак, проверь вон то дупло! И если там кто живёт, сожри его!
Самец химероидной пумы ловко буквально в три прыжка вскарабкался по вертикальному стволу и сунул любопытную усатую морду в дупло. Судя по всему, никакой опасности там не оказалось, и достаточно крупный зверь полностью скрылся внутри дерева. Отлично! Значит и человек там поместится, и даже двое. Я достал прочную верёвку и принялся вязать на ней петли через каждые полметра, чтобы удобно было вставлять ноги. Готово! Привязал к концу верёвки груз (небольшой топорик) и перекинул верёвку через ветку дерева. Поймал прилетевший конец и взял его в руку
— Лезь первой, только лыжи сперва сними! — предложил я девушке, с интересом наблюдавшей за моими приготовлениями. — Как заберёшься наверх, поднимешь потом наши вещи — я привяжу их к верёвке. А затем обмотаешь несколько раз вот этот конец верёвки вокруг прочного сука, чтобы я тоже смог подняться вслед за тобой. Останется только затянуть наверх нашу импровизированную «лестницу», и стайные шакалы при всём желании не смогут достать нас!
— Сержант, ты меня иногда просто восхищаешь! — Варя подошла ближе и неожиданно поцеловала меня, после чего густо покраснела и поспешила вскарабкаться по верёвке наверх.
Через пять минут наверх были затянуты все вещи: лыжи, рюкзаки и даже тяжёлые санки. Оставалось лишь подняться мне самому, тем более что дочь Инженера уже надёжно закрепила конец верёвки на дереве. Но прежде…
— Аааааааа!!! — я издал громкий вопль боли и отчаяния, чем изрядно удивил находившуюся в шаге от меня Тьму, а Варю заставил высунуться из дупла с вопросом, что случилось.
— Просто призываю хищников, — с улыбкой объяснил я свои действия, при этом уже вставив ногу в первую петлю верёвки, но пока не спеша подниматься. — Послушаем, кто заинтересуется потенциальной жертвой в этом зимнем лесу.
И действительно, не прошло и пяти секунд, как где-то в полукилометре на юг от меня раздался не то вой, не то ехидный смех. Стайный химероидный шакал! Именно так, по словам рыжего кота Василия, эти хищники лаяли в ночи. Первому зверю почти сразу ответил второй, тоже на юге от нашего места, но чуть дальше. А затем в перекличку включились сразу трое шакалов на севере. Кстати, очень хорошо, что мы с Варей не стали возвращаться по своим следам, поскольку как раз наткнулись бы на эту группу зверей-людоедов. Всё новые и новые голоса подключались к охоте, и по мере роста количества противников всё напряжённее становилась вслушивающаяся в их перелай Тьма. С одним-двумя стайными шакалами моя пума без труда бы справилась, но вот с десятью…
— Не волнуйся, мы не будем с ними драться! — пообещал я питомице и велел Тьме карабкаться наверх, заодно и сам тоже стал подниматься.
И очень вовремя, поскольку голоса следующей группы шакалов раздались уж очень близко, едва ли в полусотне шагов от меня. Когда же перекличка наконец-то закончилась, я насчитал в итоге двадцать три особи, пожелавших принять участие в охоте на человека. Огромное количество, особенно если учитывать бонус «стайные», усиливающий каждого зверя с ростом численности группы. К счастью, к этому моменту я уже сидел высоко над землёй на прочном суку возле самого дупла и затягивал наверх верёвку с петлями.
— Добро пожаловать в наше ночное убежище на дереве! — Варя откинула полог из брезента, которым уже успела прикрыть вход, и приглашающе махнула рукой, предлагая мне залезать внутрь дупла.
Я конечно же воспользовался предложением и протиснулся внутрь, заодно вытолкав наружу Мрака — с его густой шерстью при такой не слишком суровой погоде зверю было вполне тепло и на ветках дерева. В дупле оказалось тесновато для двоих, особо не развернуться, но похоже именно такой близости Варя и желала, когда задумывала остаться на ночёвку вдвоём в лесу.
— А ничего тут, достаточно уютно! — согласился я, в свете ручного фонаря рассматривая выстеленный сухой травой и мхом пол, на который девушка сейчас ещё и расстилала тёплое покрывало.
— Тут летом похоже обитал какой-то зверь, но к зиме он великодушно освободил нам своё жилище, — усмехнулась Разведчица и невольно поморщилась, когда снизу раздалось клацанье сработавшего капкана, и почти сразу после этого полный боли вой попавшегося хищника.
— Первый есть! — усмехнулся я и выглянул наружу, высунув голову за брезентовый полог.
В темноте, да ещё и на фоне обильно окроплённого кровью тёмного снега, практически ничего не было видно. Даже фонарик не помогал, лишь иногда я замечал какое-то неясное шевеление. К тому же я припомнил, что химероидные твари обладают свойством маскировки в ночное время, и разглядеть их очень трудно, почти невозможно. А между тем сработал второй капкан, где-то за стволом соседнего дерева, и ещё один болезненный визг влился в общую какофонию доносящихся снизу звуков: чавканье, вой, лай, зловещий хохот…
Перед тем, как поднять наверх санки, я высыпал на снег всё заготовленное на приманку содержимое, а там была и рыба в большом количестве, и оставшиеся после обеда на кухне кости с ошмётками мяса, и замёрзшие куски животного жира. Химероидные шакалы, а собралось внизу не менее двадцати опасных тварей, сейчас спешно наедались, не обращая особого внимания на попавшихся в ловушки неудачников из своей же стаи. А вот и третий капкан сработал вслед за первыми двумя!