Только сейчас, при близком взгляде замечаю, что он давно не спал. Поиски похищенного отца и обрушившиеся из-за этого новые обязанности наверняка вымотали его, а ведь ещё нужно разобраться с проклятьем. Древо Жизни снится мне всё чаще, призывая помочь, а значит, мне стоит отправиться в Анхейм в скором времени.

─ Ты понял, что происходит? ─ обращаюсь к Элу, который не сводит с меня взгляда.

─ Наши жрецы и оракулы забили тревогу, когда поняли, что всё, что случается у нас, происходит и на Земле. И если они правы, скоро в вашем мире пойдут кровавые дожди, а потом покойники начнут вставать из могил, навещая родных, и если до Самайна мы это не остановим, тогда считайте, зря старались.

После его слов все снова погружаются в раздумья.

─ Ты ведь наверняка пришёл, чтобы попросить Аду о помощи, ─ напоминает Дарина, заранее занимая оборонительную позу – ещё чуть-чуть, и кинжал призовёт, а там кто вообще знает, чем всё кончится?

Но Эл спокоен, несмотря на репутацию охотницы, готовую защитить меня от любой угрозы.

─ Верно, ─ кивает он. ─ Однако я не вправе так поступить, поскольку теперь у неё есть муж, ─ морщится, а вот во мне всё снова промерзает до костей. ─ Он должен отправиться с ней, несмотря на то, что мы до сих пор помолвлены. Где он пропадает?

Не знаю, в курсе ли Эл о том, что произошло у нас с Демом, но его слова пропитаны неподдельной скорбью. Я, разумеется, помню, какие чувства по отношению ко мне блондин испытывает, только от этого всё ещё запутаннее, а я итак уже схожу с ума.

─ Он… ─ собирается ответить Демон, уже злясь, что Эл вообще задел эту тему, но я не даю.

─ Можем поговорить наедине? ─ и, не дожидаясь его согласия, тащу удивлённого женишка к себе в комнату, что определённо является ужасной идеей, ведь стоит нам оказаться в закрытом пространстве без свидетелей, мне становится жарко от его близости, правда, и это ещё не самое плохое.

Проклятые мелкие ду́хи!

Я ведь спрятала платье до маскарада, чтобы не дайте боги кто-то его не обнаружил, но эти гадкие маленькие существа решили, что будет забавно поиграть в «перепрячем вещи этой дурочки».

─ Расскажешь всем? ─ смотрю на Эла в ожидании нападения, вот только он и не собирается – лишь задумчиво рассматривает наряд.

─ Нет. ─ Я почти вздыхаю от облегчения, но тут он добавляет: ─ За поцелуй.

Зараза.

И с чего я решила, что хоть в чём-то моя жизнь будет проще? Едва я только воображаю, что он ко мне прикоснётся, тело начинает гореть против воли, а кошка нервно ёрзает внутри, то ли соглашаясь, то ли ещё сомневаясь в правильности происходящего.

Проклятье!

─ Стало быть, теперь и до угроз опустился, да?

Якобы беззаботно пожимает плечами, но я вижу, как напряжены все его мышцы, как тяжело вздымается его грудь, и как ему самому непросто.

«Ты ещё пожалей беднягу!»

─ Я не говорил, что собираюсь от тебя отказываться. ─ И, прежде чем я успеваю его перебить, продолжает: ─ Ада, я в курсе, что ты меня ненавидишь и презираешь, но мои чувства не изменились, и вряд ли уже изменятся. И я так же знаю, что его ты будешь любить всегда, но ты не запретишь мне чувствовать.

Новое упоминание Дема – и всё во мне просто взрывается. Тело становится сплошным сгустком чистого электричества, словно меня уже коснулись, и я с трудом удерживаю себя на месте, чтобы не совершить фатальную ошибку.

─ Значит, за поцелуй? ─ угрожающе тяну, вся напрягаюсь, и чувство такое, словно кто-то мной опять управляет, но тут больше никого, кроме нас двоих.

─ Или мне пойти и рассказать, как ты хочешь подвергнуть себя новой опасности? ─ дёргает бровью гад.

Тогда я делаю шаг, оказываясь с ним совсем близко.

Кровь стучит в висках, пот выступает, наверное, по всему телу, а внизу живота ноющий, пульсирующий узел, который лишь сильнее скручивается, когда Эл притягивает меня к себе рывком.

Дыхание перехватывает, сбивается, но я готова платить за его молчание, если такова цена. А Эл ждёт. Сам он не сделает и попытки, а взгляд горит предвкушением, потому что это едва ли не первый раз, когда я готова умолять его о чём-то, потому что обычно от меня летели лишь угрозы.

─ Сволочь, ─ выдыхаю в миллиметре от его губ, и это больше похоже на стон, вот только поцелую так и не суждено случиться.

Рядом с нами вдруг вспыхивает портал, и в ярко-синем облаке появляется суровый Нил, тут же подлетая к Элу.

─ Не трогай её!

Маленькие, но сильные ручки отталкивают от меня эльфа магией, и я впервые вижу, как самый чопорный и высокомерный аристократ совсем не аристократично шлёпается на пятую точку, а потом точно так же неаристократично ржёт, запрокинув голову.

─ Ладно… ─ хохочет он, так и не вставая с пола. ─ Я понял, что ты во что бы то ни стало пойдёшь на маскарад, но я пойду с тобой, и это моё последнее слово. Твой маленький защитник ведь не против?

Нил хмурится, глядя на странного дядю, но такой вариант его всё же устраивает больше, поэтому он подходит к эльфу, кивает и даже протягивает ему свою руку.

─ Если поклянёшься не обижать Аду.

Эл принимает ультиматум, а я просто стою и не верю, что каких-то пару секунд назад чуть не пустилась во все тяжкие.

Tommee Profitt – Hurricane

Ада

Только когда Эл меня, наконец, покидает, ещё раз напомнив, чтобы не влезала без него ни в какие опасные авантюры, и что мы встретимся завтра на празднике, я могу выдохнуть. Нил по-прежнему остаётся в моей комнате, словно переживает, что эльф может вернуться, как только он уйдёт, поэтому мальчишка c упрямством продолжает стоять.

Я выжидаю вместе с ним, и едва мы оба убеждаемся, что никто не появится, сажусь на кровать и приглашаю его присесть, похлопав рядом с собой ладонью. Нил всё ещё напряжён, но он послушно запрыгивает ко мне и позволяет приобнять его – никому другому он больше не даёт себя касаться.

─ А теперь рассказывай. Как ты понял, что мне нужна помощь?

Когда он так пожимает плечиками, я не устаю умиляться этой зеленоглазой серьёзности, однако понимаю, что смеяться над ним нельзя – опять закроет все свои маленькие, но надёжные замочки, выбросив ключи, и больше не получится до него достучаться.

─ Просто знал.

У меня есть пара мыслей на этот счёт, только один хрен я их ему выскажу. Сам он вряд ли мог знать о моей беседе за закрытыми дверями, потому что как мне сказали, прятаться в тени подобно взрослым Воронам он пока не мог... наверное. А значит, ему подсказали, как поступить, и я не уверена, как стоит к этому относиться.

─ Так, значит? ─ серьёзно тяну, и он напрягается. ─ Не скажешь?

Упрямится ещё больше, готовясь к любым моим словам, и я не собираюсь его щадить.

─ Тогда у меня нет иного выбора, ─ вздыхаю, и без предупреждения нападаю на него самым коварным способом, который на мне всегда отрабатывал Вик – щекочу. Нил точно не ожидает от меня подобного коварства, а потому улыбку, вдруг расцветившую его лицо, он не успевает поймать за хвост и удержать.

Он тут же пытается отбиться, вернув себе серьёзность, вот только я быстрее.

─ Поздно, молодой человек, ─ хохочу, изображая злую ведьму, и хватая его, повалив на спину, ─ я всё видела!

И он тоже не способен больше удерживать смех, ёрзая под моими руками и наполняя комнату звенящими хрусталинками звуков, от которых на сердце теплеет, потому что такого искреннего счастья я не видела давно.

─ А ты ревнивый, да? ─ спрашиваю, когда мы оба немного выдыхаемся, а я плюхаюсь рядом.

Луна и Коржик смотрят на нас, как на дурачков, устроившись на своих лежанках, и мне становится вдвойне смешнее от их забавных морд.

─ Почему? ─ недоумевает Нил.

─ Есть такое поверье. ─ И я до сих пор в него верю, как и в любой бред, который слышала отовсюду в течении всего детства и юности. ─ Боишься щекотки – значит, ревнивый.

─ Я не боюсь, ─ тут же идёт он в оборону.

То есть со вторым вопросов нет?