Первый же залп срезал идущих впереди сарацинов. Уцелевшая группа сменила направление, напоследок пыхнув плазмой в сторону его «Кроны». Макс только сейчас заметил, как сильно отдалились друг от друга и от корабля поддержки его курсанты. Разбитый рой саранчи уже распался на отдельно летящие в разные стороны малочисленные группы и не представлял угрозы. Расстрел единичных особей не имел никакого смысла — оторванные от коллективного разума одиночки не выживают.

— «Мессер»! «Вуки»! Построение в пеленг! Встать в строй!

— Йо, Макс! Мы побеждаем! Мы их давим! — завопил увлеченный охотой Марко.

— Парни, вы уже победили! Встать в строй! Это приказ!

— Умукни, инструктор! — прорычал Зоран, чередуя человеческую речь с ругательствами. — Дай, мы их дорежем!

— «Мира», ни слова. Включи «Покров», — негромко приказал он.

— Проклетство! Койи курац? — испуганно закричал Марко. — Милка, я ничего не вижу!

— Милка, вештице, не дури! Включи свет, я их дорежу!

Выставив автопилот на удержание строя у левого борта «Чаплы», Максим прикрыл глаза. Он вдруг почувствовал адскую усталость. Бортовой хронометр отсчитывал всего лишь двенадцатую минуту боя. Безоговорочная, можно сказать, победа. Быстрая.

— Парни, это «Спартак». Встать в строй.

— Какой строй, Макс? Я никого не вижу, — заныл «Мессер». — Это нечестно! Я хочу много жуков на борт!

— Аналогично! Инструктор, дай дорежу! — со злостью в голосе потребовал «Вуки».

— Марко, ты потерял «Миру», — обыденно выдал Максим.

— Что?! — панически вскрикнул Марко. — Когда?! Почему потерял?! Где она?!

— У тебя был приказ. Повтори.

— О! Ты сказал «Мила на тебе»! Вот я будала! Мила! Милица! Не может быть!

— Инструктор, бре! Вот же ее корабль, я его вижу!

— Смотри-ка, глазастый какой, — забыв про слова Максима, игриво включилась быстро отошедшая от истерики Миркович. — Важи, Марко, жива я. Поставишь сегодня раки Максиму, он меня спас! На гулянку я с тобой не пойду. Потерял ты меня.

— В пичку материну! — облегченно выдохнул Зоран. — А то я гледаю, навком погас...

— Так и быть, мальчики. Дам свет, — экран ожил и весело запестрел отметками. — Зоран! Еще раз меня вештицей обзовешь...

— Прости меня старика, дочка! — виновато засмеялся «Вуки». — Не со зла я! Под горячую руку попала! И ты, Макс... Прости за то, что нахамил. Виноват.

— О, бре! А я кукавицей, — притих Марко. — Макс, прости! Без обид?

— «Вуки», кто ведущий звена, ты или «Мессер»? — не обращая внимания на заискивающий тон курсантов, спросил Климов.

— Марко, конечно, — бросил Зоран. — Он же почти ас! Видал, как он...

— Тогда почему ты в двух сотнях от своего ведущего? Ты у него вторые глаза, — продолжил он.

— Прости, «Спартак». Увлекся. Этих резал. Извини.

— Ведущий идет в бой, чувствуя на плече крыло ведомого, — включил душнилу максимального уровня Максим. — В этом бою Марко был один. Подведем итоги? Марко, ты потерял корабль радиоэлектронной разведки и борьбы — это равносильно поражению. Зоран, ты потерял ведущего, остался сам на сам с превосходящими силами противника. Это тоже поражение.

— Инструктор, не серчай! Мы же победили? — попытался оправдаться Бродич.

— Где дозорное звено? Где «Красный-пять»?

— Они ушли, когда бой закончился, — без тени кокетства доложила «Мира». — Ведущий же тебя предупредил.

— Они не ушли, Мила. Они без приказа командира оставили группу во время боя! Более того, нарушили боевой порядок! Что за самодеятельность? — жестко спросил Макс.

— Ой, признайся! Ты злишься потому, что ребята рискнули — и у них получилось, — голос Милицы стал совсем тихим. — Их атака решила исход боя.

— Принял. Представь, что ребята «рискнули», и у них... не получилось! Минус половина ударной группы. Минус два пилота. Саранча не берет пленных, Мила, просто сожжет плазмой их капсулы жизни!

— Не май, Макс...

— Кто руководил боем?

— Ты, Макс... — выдавила она.

— Конечно, ты, Макс! Круто командовал! — вставил Марко.

— Ты — наш командант, инструктор, — уверенно поддакнул Зоран.

— Тогда какого хрена никто не слушает моих приказов?! — вспылив, что было силы заорал в микрофон Максим. — Где, мать вашу, субординация?! Где обоюдное прикрытие?! Где крыло друга?! Вы не военлеты! Вы стадо крылатых оленей! Разбрелись по кубатуре космоса в разные стороны!

— Макс, ну ладно тебе... Мальчики же победили... — примирительным тоном попыталась вступиться за курсантов Милица.

— Победили?! Мы живы только потому, что рой был предельно мал! Вы когда-нибудь видели стаю сарацинов? Не рой, стаю? Это когда весь сектор обзора пестрит! Это когда звезд на носу машины не видно! Это когда крейсер главными калибрами по кубатуре еп... долбает!

— Макс... Откуда ты знаешь, ты же не воевал? — робко спросил Мештер.

— Зачепи, Марко, — оборвал его Бродич. — Разве ты не понял? Приврал чутка инструктор...

— Встать в строй, — несколько раз глубоко вздохнув, приказал Климов. — «Мира», веди домой. У нас вышло продуктивное занятие по тактике!

— Момци, принимаю сигнал, — взволнованным голосом доложила «Мира».

— Ну уж нахрен! Одного боя в день для курсантов более чем! — рыкнул Максим. — Курс домой.

— Нет, Макс, это сигнал SOS... Не наш сигнал.

— А чей? Сарацинов? — с издевкой буркнул он.

— Нет, Макс. Это султаны.

— Ловушка для лохов, — отмахнулся Климов. — Военная хитрость.

— Они на всех каналах. Говорят, их атаковала саранча...

— Откуда в Златиборе султаны?

— Макс! Это та самая группа! «Рейнджер» с прикрытием, который нам «Знаменосцев» засылает, — догадался «Мессер». — Милка, засечь координаты сможешь?

— Дело в том, Марко... Они нам сами координаты сообщили, просят помощи. Я отправила пакет связи «Искре», но она сейчас во Фронтере...

— Макс, — рванул форсажем истребитель Мештера. — Мы эту группу уже давно тражимо...

— Да что ты? А саранча так сразу нашла. Идем домой!

— Инструктор, надо помочь!

— Кому? Кому, «Вуки», ты собрался помочь? Султанам или саранче? — взревел разрываемый бессильной яростью Максим. — У меня на шее два курсанта с хлебушком вместо мозгов! И пилот поддержки, которая в бою в своих сканерах разобраться не может! Чем ты хочешь помочь, Зоран? Идем домой! «Мира», курс на Талицу!

Тяжелый створ огромных ворот взлетки начал медленно закрываться. Климов еще несколько раз торопливо вдохнул полной грудью пахнущий морозной свежестью воздух и посмотрел на небо. На линии заката еще виднелось слабое зарево далекого солнца, а в зените уже светилась жемчужная россыпь совершенно неузнаваемого звездного узора. Солдат в бушлате дружески хлопнул по плечу — ночью мороз крепчает, ворота закрываются, пора спускаться. Наспех протерев руки и лицо горстью колючего белого снега, Максим быстрым шагом направился вниз.

Летная столовая на Талице — это не просто место для приема пищи. Это жемчужина здешней архитектуры. Ярко освещенный потолок из белого мрамора с красными прожилками, белые мраморные стены со вставками из яшмы и малахита. Черная гранитная панель понизу и красный гранитный пол. Мрамор и гранит самых разнообразных расцветок. Столы, линия раздачи, четыре толстые колонны, окружающие полутораметровый искусственный водопад посередине — в богатом астероидами Златиборе строители не испытывали недостатка в красивом камне.

Удачно избежав шумной компании рядом с декоративным водоемом, Климов уселся за столик в самом дальнем углу зала. Борясь с усталостью после вылета и сонливостью после горячего душа, он принялся лениво перебирать вилкой местный деликатес — джувеч, рис по-сербски. Или просто плов. А если по-честному — рисовая каша с мясом и живолистой. К слову, почти все блюда на линии раздачи наполовину состояли из здешней хвои. Даже чай. Даже пиво. Столовку вообще можно было легко найти по стойкому аромату соснового бора.

В центре внимания, конечно же, находился герой дня Марко Мештер. Сильно жестикулируя, он в красках описывал собравшимся вокруг пилотам свой первый настоящий бой. Победный бой! Что вполне закономерно, чем меньше раки оставалось в бутылках, тем больше геройских подробностей приобретал героический рассказ Марко.