— Есть, тащ варяг-капитан, — с готовностью подскочил Макс. — В погонах? Если что, вычищен и отглажен.

— Естественно, в погонах, — задумавшись о чем-то, рассеянно бросила она. — Не в шортах же...

— Принял. Шесть минут — я в душ и готов, — он стукнул кулачками с Алексеем и бегом умчался в каюту.

— Эх, Лешка, — тяжело вздохнула девушка. — Лучше бы ты пошел.

Огромный курортный мегаполис — это нагромождение разнообразных высоток от классического до сверхкосмического дизайна. Светятся и гремят музыкой бесконечные казино и рестораны. Уходящие в горизонт широкие проспекты, очерченные разлапистыми из-за низкой гравитации пальмами и тополями-свечками, словно живые реки, заполнены сияющими атомокарами. Они сигналят, толпятся в пробках и притираются к высоким балюстрадам заведений.

Когда они с Кирой подъехали к гигантскому, сверкающему огнями казино-отелю-ресторану «Лас-Вегас», у Максима от неона уже рябило в глазах. Роскошь повсюду — ковровые дорожки, украшенные золотом стены, хрустальные потолки. Высоченные голографические красотки перед входом завлекающе покачивают бедрами, заставляя туристов шарахаться в сторону и восхищенно смеяться. Огромное количество богато одетых людей движется встречными потоками через старомодные стеклянные двери-вертушки в правом крыле и современные свето-лазерные терминалы в левом.

Женщины! Климов никогда не видел столько красивых женщин в одной точке пространства одновременно! Платья самых причудливых форм и расцветок, сияние дорогих украшений и блеск жаждущих глаз окружало со всех сторон. Снисходительно улыбаясь, Кира дважды тайком показала Максиму жест — «Подбери челюсть». На третий раз взяла его за локоть и тихо, но уверенно прошептала прямо в ухо:

— Еще раз оглянешься — хлопну мордой в асфальт...

Заприметив их, здоровенный охранник на входе сделал Кире странный знак, что-то быстро доложив кому-то в висящую на ухе гарнитуру. Он улыбнулся девушке, как старой знакомой, бесцеремонно оттеснил рукой толпу и галантно открыл для Киры и Максима отдельный вход. Не успели они пройти через холл, как навстречу им вышел невероятно красивый смуглый мужчина. Ослепительно белый костюм идеально сидел на его спортивной широкоплечей фигуре, черная рубашка отлично сочеталась с такими же черными кудрявыми волосами. Большие, чуть раскосые глаза, широкие скулы, приплюснутый боксерский нос и слегка оттопыренные уши... Настоящий демон красоты. Глубоко в душе Климов почувствовал странный укол — то ли ревность, то ли злость. «Да что в нем такого? Видно же — без пластики не обошлось!»

— Кира? Кира Наполи? Луна моя, свет очей моих, Кира! Как я рад тебя видеть, — не обращая никакого внимания на Максима, демон бесцеремонно сгреб Киру в объятия. — Какими судьбами, любовь моя? Боже, ничего не говори, не хочу ничего знать! Сначала я хочу тебя на ужин! Даже не смей отказываться!

— Пабло, милый, как же я соскучилась! — Кира вполне искренне приобняла ушастого. — Я и не думала отказываться. Я голодна, как волчица.

— Бог ты мой! Пойдем, я буду кормить тебя с руки, моя волчица, — расплывшись в улыбке, он снова сграбастал девушку, но даже не за талию, а чуть ниже... или Максиму показалось? — А кто твой спутник? Красивый, статный, при погонах! А какая выправка, боже! Кира, свет сердца моего, где ты таких находишь?

— Пабло, познакомься, это Макс, мой пилот, — представила его Кира.

— Климов, — Максим шагнул вперед, протянув руку.

— А! Это только пилот? Господи, Кира, я подумал, ты пришла разбить мне сердце! Я же знаю — ты неравнодушна к погонам, — проигнорировав протянутую ему руку, Пабло схватил Киру за талию и повел вглубь зала. Подавив приступ неожиданно вскипевшей ярости, Макс поплелся следом. Через минуту он вдруг почувствовал себя третьим, до боли стиснул за спиной кулаки, резко развернулся и шагнул к столам с рулеткой.

— Максим, иди за мной! — громко, почти на весь орущий, шумящий и звенящий зал приказала она. Климову показалось, что этот оклик услышал весь гребаный грохочущий «Лас-Вегас». Скрипнув зубами, он вернулся на прежний курс.

Идти позади и наблюдать, как этот ушастый кучеряшка лапает его женщину, было невыносимо. Максим стал демонстративно вертеть головой, заглядываясь на проплывающих мимо потрясающе роскошных женщин. Многие из них... Почти каждая отвечала ему взаимной многообещающей улыбкой. Магия белого флотского мундира.

— Кира, солнце мое, мне кажется, ты скоро потеряешь своего спутника, — прорезал уши насточертевший тон ловеласа Пабло. Макс обреченно опустил голову. — Он с моих красавиц глаз не сводит!

— Он очень хороший пилот, Пабло. Очень долго был в космосе, — усмехнувшись, пояснила Кира. — Я думаю, ему не вредно будет пошептаться с какой-нибудь из твоих... куколок.

— Кира, ну не надо обижать моих девочек! Ты же знаешь, я люблю их всех, как родных дочерей! Скажи, как тебя там... Макс, ты присоединишься к нам на ужине?

Климов вопросительно посмотрел на девушку. Она не ответила — она восхищенно глазела на Пабло.

— Не знаю, — честно сказал он.

— Не надо ничего знать, — противно рассмеялся Пабло. — Ты ужинаешь с нами, я настаиваю. Друзья Киры — мои самые любимые гости!

— Я вообще-то не голоден, — попробовал отмахнуться Макс.

— Скажу по секрету, я тоже. Пойдем, покормим эту дикую гарпию, пока она нас с тобой не съела, — ухмыльнувшись своей тупой шутке, ушастый приобнял Максима за плечи, собрав в кучу погоны кителя, и потащил за собой. Свободной рукой он продолжал достаточно откровенно ласкать ладонь девушки.

За ужином ситуация обострилась катастрофически. Они расположились в отдельной ложе ресторана. Кира с Пабло сели во главе огромного стола, заставленного роскошной едой и дорогими напитками. Климова сослали в самую даль, на противоположный конец. Сквозь грохот музыки он пытался читать по губам, о чем воркует сладкая парочка, но быстро убедил себя в том, что не понимает ни слова. Будто давние любовники, они разговаривали тихо, затем громко, потом снова шептались и иногда смеялись.

Пару раз девушка указывала в сторону Максима. Пабло, сделав круглые глаза, что-то шептал ей на ухо, и они опять громко смеялись. Затем Пабло принялся кормить «волчицу» какими-то закусками. Самое противное было то, что «волчица» покорно ела с руки, как холеная домашняя собачка. Наконец, Кира попыталась повторить жест Максима со скрещенными ладонями, но отмахнулась и заливисто расхохоталась. Вслед за ней прыснул и Пабло, стиснув девушку в объятиях.

За все время застолья Макс закинул в рот всего пару закусок. Он усердно налегал на дорогой крепкий напиток, пока в голове не устоялся уверенный нетрезвый гул. Алкоголь не помогал, внутри все кипело. Ревность, ранее незнакомое Климову чувство, переполняла края. Не на шутку испугавшись, что через одну-две рюмки он и правда слетит с катушек, Макс твердо решил встать. Встать, бросить салфетку на стол и поблагодарить за ужин. Поблагодарить за ужин, и уйти, оставив их, наконец, наедине. Уйти красиво, как одинокий волк, даже если «волчица» снова прикажет остановиться. Сохранить честь мундира. Не опозорить звание русского офицера. Не размазывать ушастого смазливой физиономией по полу, как того амера. Макс твердо решил...

Ужин закончился. Кира и Пабло встали из-за стола и направились в сторону Климова, продолжая ласкать друг друга взглядами. Макс спешно поднялся, натянув на лицо подобие улыбки, и одернул мундир.

— Кира, любовь моя, а русские офицеры умеют пить! — с наигранным восхищением вякнул Пабло. — Я все ждал, когда его, наконец, уронит этот пятнадцатилетний самогон. Но твой военлет — кремень!

— Ты его еще в космосе не видел, — внезапно с теплом в голосе сказала Кира. — Это здесь он простой офицер. В кресле пилота — бог!

— В общем, Кирочка, милая моя, твою проблему мы решим. Даю слово. Ты же знаешь мое слово? — он льстиво ткнулся ей кончиком носа в щеку. — Дай мне несколько часов. А что касается Педро... Как его? Гонсалес? Забудь о нем. Он даже слезинки твоей не стоит.