Ишь ты, как стелет и титулами сыплет.

— Чтобы вернуть титул, мне надобно перестать служить в опричниках, — лениво проговорил я, вальяжно разваливаясь в кресле. — Да и землицу родовую необходимо иметь. Так что я по всем параметрам не граф Сваров. Я — опричник по прозванию Оружейник.

Пусть думает, что перед ним молодой, жадный до денег и не сильно далёкий аристократ. Ну а что, вполне правдоподобный образ: остался парнишка один-одинёшенек после гибели семьи, некому было ему, в смысле мне, манеры прививать. Попал в опричники, так там и вовсе последнюю родовую честь отбили напрочь. Вот и продаёт семейное достояние.

— Только скажите, любезный господин граф Оружейник, — цверг упрямо гнул свою линию. — И всё будет: и титул вернётся, и родовые земли, и сверх того для приданного сестрице вашей малолетней. Да и вам на нужды жизненные и прочие утехи молодости, — торопливо добавил цверг, заметив, как я недовольно дёрнул плечом, услышав слово «нужды». — Я гарантирую, да что там, я предлагаю вам, молодой граф, место главного изобретателя корпорации Аустри. Под вашим началом будут все инженеры, личная лаборатория, испытательный полигон, все необходимые средства и ресурсы…

— Благодарю, конечно, но я тут подумал и решил-таки устроить аукцион, — невежливо перебил я главу корпорации господина Аустри.

— Аукцион? — изумился собеседник.

— Ну да, аукцион. Так оно повыгодней будет. Да и надёжней, — я широко улыбнулся недовольному цвергу. — Каждый из вас четверых получил моё предложение. Каждого я выслушаю, прикину все за и против. Но решение приму через… скажем, через месяц.

— Месяц? — глава Аустри буквально заскрежетал зубами. — Но почему так долго? Что мешает вам, молодой граф, принять решение уже завтра? А лучше сегодня? Прямо здесь и сейчас, — коварно предложил цверг. — Назовите сумму… Огласите весь список ваших пожеланий, и клянусь Дыем, я исполню любое. Сразу!

— Прям-таки сразу? — хмыкнул я.

— Вы сомневаетесь в моём слове? — в голосе цверга послышалось тщательно скрытое недовольство.

— Да что вы, господин хороший! Как можно сомневаться в таком уважаемом…

Упс… а вот тут я не подумал, цверг — он ведь не человек! И назвать так цверга — заполучить врага. Аустри, конечно, стерпит ради будущей многомиллионной, а то и миллиардной прибыли, но при случае отомстит. Ещё одна характерная черта этих коротышек — умение ждать.

— … известном оружейнике, — выкрутился. — А вот скажите мне, уважаемый, телемост организовать прямо сейчас сможете?

— Телемост? Могу. Но с кем? — удивился глава.

— Так с конкурентами вашими, — добродушно пояснил я. — Что ж мне, четыре раза одно и то же повторять? Так-то я пройдусь до каждого, присмотрюсь, так сказать, выслушаю условия дальнейшего сотрудничества. А про аукцион могу и сейчас рассказать.

Собеседник скривился, но просьбу выполнил, и уже через пять минут я смотрел на смуглые бородатые морды остальных цвергов, и сделал им предложение, от которого они не смогли отказаться, хотя очень хотели поставить выскочку на место.

Но, судя по их кислым физиономиям, главные инженеры корпораций уже доложили руководству, что из частей моего чертежа так просто общую схему винтовки не составить. Нужны долгие и денежные исследования.

— Ну, что, господа хорошие, через месяц в аукционном Доме Свиридова состоится аукцион, на котором желающие смогут выкупить патент на производство таких винтовок. Почему так долго? Так винтовку собрать надобно, проверить. Не с пустыми же руками мне на торги выходить, — ухмыльнулся я.

Я не стал отвечать на сдержанные реплики о любой помощи. Не дураки, сами понимают, что таким образом я обеспечиваю безопасность себя и сестре. Потому как до начала аукциона кланы будут следить друг за другом, чтобы никто из конкурентов не урвал кусок раньше другого.

Разумеется, не успел я покинуть представительский дом Аустери, как мне отзвонился каждый из оставшихся трёх глав и пригласил на личную встречу. На которой, как нетрудно догадаться, патриархи кланов предлагали выкупить патент «здесь и сейчас» за любые деньги и услуги.

В результате я таки согласился на все четыре личных предложения и назначил каждому из глав встречу в одном и том же месте, в одно и то же время.

Как пелось в одной песне: 'их ожидало то ещё весель

е'.

И вот когда хитровыдуманные цверги прибыли на встречу, уверенные, что обошли конкурентов на повороте, их ждал сюрприз. Я с прототипом винтовки. И остальные покупатели во главе с небольшой личной охраной.

— Аудун Аустри, радуйся и здравствуй, — проскрипел первый традиционное приветствие цвергов, недовольно глядя на собрата.

— Никлас Нордри, радуйся и здравствуй, — проворчал другой, поправляя галстук.

М-да, цверги в деловых костюмах — зрелище не для слабонервных.

— Судри Сверр, радуйся и здравствуй, — процедил третий, зыркнув в мою сторону.

— Радуйся и здравствуй, Вестри Вебьёрн, — прорычал четвёртый и последний предводитель знаменитых кланов артефакторов.

И все четверо недовольно посмотрели на меня.

— Приветствую вас, господа, — довольно оскалился я, демонстрируя полное радушие и отсутствие сопровождающих.

В отличие от меня главы всех четырёх кланов пришли с охраной, больше напоминающей маленькие армии.

— Что это значит, граф Сварова? — высказал общий вопрос Аустри.

— Опричник, господа, опричник, — поправил я.

Аустри посверлил меня взглядом, огладил лопатообразную бороду и повторил вопрос:

— Что это значит, граф Сваров?

«Понятно, упёртый, от своих слов не отступит. Ну да, Дый с ними, пусть называют, как хотят, лишь бы в печь не засунули», — ухмыльнулся я про себя.

— Время экономлю деловым господам, — доброжелательно ответил я.

— Мне не нравятся шутки, — процедил Нордри. — Не надо шутить, граф. Шутки делу мешают. Мешают, да, — повторил глава клана.

— Какие шутки, господин Нордри? — я развёл руками.

Четыре пары глаз проследили за моим движением, пожирая глазами винтовку, которую я крепко сжимал в руке.

— Зачем здесь… всё? — в разговор включился Судри.

Было видно, цверги озадачены, не привыкли они к такому разговору от участников сделки. Думаю, моё поведение выбивалось из привычной схемы. Цверги хоть и не обладали Дарами, свойственными людям, но какая-то сила у них была. И эта сила подавляла собеседников, особо воздействуя на человеков. Ощущение, словно ты под огромной горой, а над тобой нависают низкие своды каменного грота.

Я улыбнулся ещё шире, ощущая, как скалы давят на мои плечи. Все четверо цвергов нахмурились, под кустистыми бровями сверкнули глаза, ощущение холода и тяжести усилилось.

— Господа, господа, не рвите жилы, — хмыкнул я, глядя, как главы кланов переглянулись друг с другом.

Охрана позади колыхнулась, едва заметно переступив с ноги на ногу. Видать, готовилась к последнему приказу, чтобы кинуться ко мне и отобрать вожделенный предмет.

— Не надо нервничать, господа. Очень я не люблю, когда мне угрожают.

— Угрожать? Нет, никаких угроз, — Аустри обвёл всех взглядом. — Уходят остальные, — уверенно сказал цверг.

Остальные сдвинули брови, глядя на собрата. Моим плечам сразу полегчало, а вот Аустри, похоже, принял на себя весь груз.

— Я старший. Слушаться меня должны, — прорычал Аустри. — Законом гор велено.

— Другое здесь, — не согласился Нордри. — Бизнес — закон вот. Гора там. Мы здесь, брат старший.

Цверги заговорил как-то странно, пришлось сосредоточиться, чтобы понимать. Видимо, между собой они обычно разговаривают со своим, так сказать, акцентом. А на переговорах стараются больше походить на людей, чтобы располагать к себе собеседника. Здесь и сейчас цверги решили не церемониться с одним человеком. Потому забавно было наблюдать за четырьмя бородатыми говорящими глыбами. Ругающимися глыбами.

Цверги потихоньку заводились, огрызаясь и переругиваясь. В ход пошли старые обиды и претензии. Но, честно, хотелось ржать, глядя на свару. Больно не по-человечески всё это выглядело. Без огонька, что ли. Наши, если ругаются, так искры летят, и чубы трещат. А тут четыре каменных столба стоят на месте и без единой эмоции на лице перечисляют все неприятные качества собеседника. Тьфу.