— Макс, ты куда пропал?

Низкий, чуть хрипловатый голос только что проснувшейся женщины, с едва заметным прибалтийским акцентом. Климов вздохнул — уйти по-тихому не получилось.

— Мне пора... Малыш, мне пора в порт.

— Макс, постой... — девушка щелкнула зажигалкой. Короткая вспышка ядовито-синего пламени осветила ее светлые волосы и милое личико. На тонком запястье тускло блеснула татушка — стилизованная звезда, символ гражданского флота. В темноте красным огоньком затлел кончик ее сигареты. — Ты прилетел вчера, вместе со мной. Ты в гостинице, в моем номере для стюардесс. Вместе со мной. Сегодня с этой планеты уходит единственный корабль — мой. Сейчас шесть утра. Зачем тебе в порт, морячок?

— Хочу регистрацию пройти пораньше... Без очереди, — нелепо соврал он и зажмурился, судорожно пытаясь сообразить, где вчера оставил фуражку. Прихожая. Плотные жалюзи на узком окне. Музыка. Постель. Вспомнил. Весь вечер фуражка была... у нее на голове. Максим в сердцах махнул рукой.

— Военным всегда без очереди. Иди лучше ко мне, у нас еще уйма времени, — промурлыкала она и томно потянулась, негромко прошелестев простыней.

— У меня встреча, малыш. Мне нужно идти.

— Решил свалить по-тихому? — ее голос мгновенно изменил тональность. — Бежишь с поля боя, военлет?

— Ты очень красивая... Ты ведь знала... Ты ведь понимаешь, что это все несерьезно?

— «Ты, ты, малыш»... Макс, ты что, имя мое забыл? — неожиданно громко спросила она.

— Почему забыл? Просто... не совсем запомнил, — Климов обернулся и поискал глазами прихожую. Там должна быть дверь. Самое время отойти для перегруппировки. На форсаже.

— Вилена! — с презрением выдохнула девушка.

— Ну конечно! Вилена. Имя у тебя такое... редкое.

— Малыш, детка, пупсик — какое больше нравится? Много у тебя таких?

— Послушай... Ну выпили, пошалили...

— Если стюардесса, значит шлюха, так? Может, еще и денег на прикроватном столике оставишь?

— А что, нужно? Без проблем, скажи сколько... — подсознательно, тем самым пресловутым шестым чувством, Максим заметил во мраке летящий в него предмет. Фуражка!

— Пошел вон, подонок! Даже не пытайся сегодня попасть на мой челнок! Будешь еще сутки торчать на этом промерзшем булыжнике! — девушка театрально всхлипнула, продолжая изредка попыхивать сигаретой. Притихшие было соседи снова принялись колотить в стену спинкой кровати.

Пауза затянулась и грозила превратиться в мелодраматическую. Такие паузы Максим не любил. Наскоро набросив на плечи китель, он сунул фуражку под локоть, беззвучно открыл дверь и шагнул в ярко освещенный гостиничный коридор.

Вырвавшись из тесного душного номера, Климов почувствовал облегчение. С легкостью разогнав остатки хмельного тумана, он уверенно прошагал по синей ковровой дорожке и спустился в небольшое, отделанное со всех сторон зеркалами фойе. «Охотник. Одинокий волк. Военлет без космолета... Тьфу ты черт!»

— Что-то ты рано, офицер, — прервал его мысли молодой вихрастый парень в светлой рубашке и голубом жилете за стойкой регистрации. — Не спится? Или не спиться? Понял прикол? По-вашему, по-русски, типа — «не спится», «не спиться»...

— Стенд-ап окончен, — нетерпеливо кивнул в ответ Макс, на ходу застегивая пуговицы мундира. — Много мы вчера... Нагуляли?

— Неа, — зевнул портье. — Доставку в этот раз не заказывали. У тебя с Ленкой только счет из бара...

— С Ленкой?

— Вилена. Мы ее Ленкой зовем. Классная девчонка, все время в активном поиске.

— Ленка, значит... Принято. Заплати, сколько нужно. Себе на чай немного возьми, — Максим бросил на стол мультикарту офицера запаса.

— Спасибо, камрад. Я — Рон, — пиликнув картой по терминалу, заговорщически подмигнул парень и зачем-то демонстративно побренькал небольшой круглой серьгой в правом ухе. — Что так рано-то? Не сложилось, или девочка не по душе?

— Девочка — огонь. А вот любопытные Роны меня нервируют. Вызови такси.

— Такси подождать придется, — обиженно буркнул портье. В ночной смене он явно заскучал, ему хотелось пообщаться. — Они с шести начинают, но сейчас все в порту, на стоянке. Минут пять-десять. Устраивайся. Поболтаем? Расскажи, как тебя занесло в нашу глухомань?

— Занесло... — задумавшись, Климов уселся в глубокое кресло прямо напротив стойки. Зеркальные панели превращали маленькое фойе в бесконечный лабиринт. В отражении на него смотрел помятый блондин с голубыми глазами, широким подбородком и блуждающей полуулыбкой на лице — вспомнил шутку, но забыл, над чем смеялся. Небритый, припухший, с немного кривым носом — награда за второе место первенства Академии по боксу. Поморщившись, Макс безуспешно попытался пригладить спутанные после сна короткие волосы и обреченно махнул рукой. «Вечно молодой, вечно пьяный... За что тебя бабы любят?»

Он поежился — от входа ощутимо тянуло прохладой. Скрестив руки на груди, портье выжидающе молчал.

— Ладно, уговорил. Что это за место?

— Да обычный рудник без названия, — Рон облегченно выдохнул, взобрался на свой высокий табурет и привычно развалился на стойке. — Знаешь, как бывает? Находят богатый пояс астероидов. Подбирают поблизости пригодную планету. По-быстрому запускают преобразователи атмосферы, строят космопорт, рядом сталелитейки. А потом все это обрастает городом.

— И как называется город?

— Город. В смысле, здесь его так и называют — Город, — рассмеялся Рон. — Незамысловатое название. Но это центр. А дальше еще Крайгород есть...

Максим фыркнул. Гениально! Фантазией старатели не блещут. Под негромкий бубнеж парня он откинулся на спинку и уставился в потолок — серый, низкий, с несколькими погасшими светопанелями. Двенадцать лет в космосе. Двенадцать лет в тесной кабине истребителя он ощущал себя богом — ему подчинялись скорость и пространство. А сейчас сидит в просторном дешевом фойе, ждет такси и слушает про город под названием Город. И пригород под названием Пригор... Нет, Крайгород. И кто теперь Климов?

— ...Короче, не так уж и плохо. Если, конечно, деньги есть. Эй, ты там заснул, что ли? — Рон помахал ему рукой. — Твое такси пришло!

Максим очнулся и рывком поднялся из кресла.

— Спасибо за экскурсию, Рон.

— Так ты здесь надолго, или как?

— Я еще подумаю. Про Крайгород.

— Удачи, камрад, — снова подмигнул портье и потеребил серьгу. — Если что понадобится, я тут!

Максим шагнул к выходу. За его спиной Рон вздохнул, пожал плечами и уткнулся в экран смарткома. В фойе снова воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим гулом кондиционера и размеренным стуком спинки кровати где-то за тонкими стенами.

Выйдя на просторную балюстраду, Максим глубоко вдохнул плотный холодный воздух, рассеивая остатки похмелья, сигаретного дыма и чувства вины. На улице было прохладно. Местное солнце уже начинало золотить горизонт, но его далекого света едва хватало, чтобы прогреть дневную сторону маленькой шахтерской планеты до десяти градусов тепла. Ночная сторона сразу после заката погружалась в царство легкого морозца. Климов поежился — в тонких брюках и офицерском кителе было холодно. Придерживая рукой фуражку, он задрал голову и посмотрел на звезды.

Космос всегда притягивал его взгляд. С самого детства, глядя в ночную высь, Макс уже знал, что будет летать. В Академии, скользя по атмосфере и изредка выскакивая на орбиту, он не мог оторвать глаз от холодного сияния звезд. За двенадцать лет службы Климов выучил сотни маршрутов, но небо каждый раз находило, чем удивить. Вот и сейчас на черном бархате среди привычных ориентиров светилась россыпь далеких, еще не нанесенных на карту, миров.

Несмотря на раннее утро, по небосводу уже сновали яркие крошечные точки орбитальных тягачей-рудовозов. Одна луна уже скрылась за горизонтом. Две другие висели довольно высоко в небе, заставляя здания и предметы отбрасывать резкие двойные тени. Максим встряхнулся и бодро зашагал к стоянке аэротакси.