— Это... Было необходимо... «Рейнджер»... Юргис... Сбил...

— Я знаю. Про Юргиса. У тебя был приказ — не покидать строй, — строго напомнила камрад Аджи.

— Так строй... Меня покинул... — сквозь зубы процедил Макс.

— Ты ставишь под сомнение мой авторитет, слышишь? — повысила голос главный наблюдатель. — Любой другой на твоем месте уже управлял бы погрузчиком в шахте, ты это понимаешь?

— Так точно... Главнаб Аджи...

— Драка с Юргисом Тарандой! Из-за девушки, — встав перед ним, она осуждающе покачала головой. — Ладно он, двадцатишестилетний щегол. Но ты-то, Макс! Ты же взрослый человек!

— Не из-за девушки, — на одном дыхании выдал Климов.

— Але?

— Не из-за девушки... — негромко повторил он, прикусив замерзшую губу.

— А за что ты его избил?

— Личная... ть... Неприязнь...

— Еще и Зорана Бродича в драку втянул, — камрад Аджи снова пошла вокруг, только теперь в другую сторону. «Как тигр вокруг добычи.» — Как так случилось, что я лишилась сразу целого ударного звена на очень дорогих машинах? Твоя версия?

— Провокация, Аджи... Камрад Аджи. Юргис и Казимир нарушили приказ... Вступили в бой с охранением. Повели за собой пилотов... — Максим набрал в легкие воздуха и немного задержал дыхание, стараясь унять дрожь. — Попали в засаду. Рыжий сбежал. Казимир сбит. Юргис — гнида!

— Его машину ты тоже уничтожил из личной неприязни?

— Он сбил «Вуки»... Зорана... Юргис сбил Зорана... Дружественный огонь!

— Дружественный... Марко Мештер и Милица Миркович говорят то же самое, — она недоверчиво повела бровью. — Данных объективного контроля у меня нет. «Чапла» вас не видела. Черный ящик твоего истребителя поврежден, мы извлекли только вашу с Юргисом перепалку в канале связи. Капсулу жизни «Флинта» мы все еще не нашли, хотя я отправила звено разведчиков на поиски.

— Космос стекловатой... — фыркнул он.

— Как ты вообще умудрился сбить «Беркут» на своей «Кроне»? Султаны на «Рапторах» моих фрилов стороной обходят!

— На морально-волевых...

— Ну и что мне с тобой делать, камрад Максим? — главнаб Аджи остановилась у него за спиной. Внезапно он почувствовал ее горячую ладонь у себя на затылке, ее пальцы немного взъерошили его короткие волосы. От неожиданности продрогшего Макса бросило в жар. — Что же мне с тобой делать? Что у вас за отношения с Милицей Миркович?

— Что? — Максим удивленно поднял голову, встретившись с цепким, проницательным взглядом Аджи. — Не стану отвечать. Это к делу не относится.

— Добро, не отвечай. Что скажешь про курсанта Марко Мештера?

— Способный парень... Есть толк, будет летать, — он почти смог перестать стучать зубами.

— Он сможет тебя заменить? — вернулась к своему привычному круговому маршруту девушка.

— Заменить?

— Как инструктора. Он сможет научить воевать других?

— У него хорошие показатели... Но мало опыта, менее сотни часов налета и всего два боя, — Макс постарался дать объективную оценку. — Он эмоционален, вспыльчив, не всегда может держать себя в руках...

— А ты можешь? — хитро усмехнувшись, чуть склонила голову набок главнаб Аджи. — Ты же никогда не ввязываешься в драку, верно?

— Тебе виднее, камрад Аджи, — голос снова предательски дрогнул, и Климов прикусил язык.

— Сделаем так, — она снова зашла за спину сидящего Макса и неожиданно накинула ему на плечи согретый ее теплом бушлат. — Я не могу оставить тебя без наказания. Иначе это буду не я. Посидишь в карцере сорок часов. Затем вернешься к занятиям с Марко и... Найду тебе второго курсанта. Натаскай «Мессера», до конца курса он должен стать инструктором. Дисциплина, Макс! Больше никаких драк, никаких боев, ясно? И не смей больше терять курсантов!

— Принял, — он покорно кивнул.

— У меня есть имя! — так повысила голос девушка, что зазвенели стены карцера.

— Принял, камрад Аджи.

Она твердым шагом направилась к двери, открыла, сделала знак сопровождающему ее мичману и на секунду задержалась в проходе.

— Проклетство! Свалились вы на мою голову! — вместо прощания фыркнула Аджи и покинула карцер.

Укутавшись в теплый флотский бушлат, Климов моментально согрелся. Несколько минут он пытался переварить странное поведение сурового главного наблюдателя, затем плюнул и завалился на койку. Выспаться — лучший способ скоротать время на «губе». «Не впервой!» Едва Макс закрыл глаза, как в карцер шумно вошел солдат с повязкой дежурного, дымящимся подносом и термосом в руках.

— Камрад Аджи отменила сухие пайки, — хмуро буркнул он, окинул взглядом пустую комнату — куда бы поставить — и просто сунул поднос в руки Максиму. — Здесь горячий обед и чай.

— Спасибо, боец. Хвала.

— Хвала камраду Аджи, не мне...

Не успел он прикоснуться к горячей еде, как вдруг отдаленный, до боли знакомый протяжный вой проник в карцер через открытый дверной проем. Максим и солдат одновременно повернули головы на звук. Противный холодок предчувствия пробежал вдоль позвоночника. Климов вопросительно посмотрел на охранника.

— Это то, что я думаю? — коротко спросил он.

— Это сирена, инструктор... Общая тревога. Султаны нашли Талицу! — солдат выхватил у Макса поднос. — Быстро наверх!

— Так я же в карцере!

— Это общая тревога! Всем пилотам — к машинам! Быстро, на верхнюю палубу!

Сорвавшись с места, Максим бросился к лестнице. В десяток секунд одолев несколько пролетов, он вместе с остальными пилотами вывалился на летный уровень. Общая суета, гул электрокаров, растаскивающих истребители по стоянкам и гомон голосов перекрывал громкоговоритель, повторяющий одну и ту же фразу:

— Пилоты Фронтеры — на места! Старт по готовности! Пилоты Фронтеры — на места! Старт по готовности!

Наспех натянув красный полетный скафандр, он схватил шлем и сломя голову побежал к стоянке. Уже в двух шагах от борта своей «Кроны» на фоне общего шума он уловил чей-то крик:

— Саранча!!!

На орбите Талицы стало тесно. Бесчисленное количество истребителей беспорядочно кружилось в космосе, словно осы вокруг гнезда. Опасное пилотирование. Кто-то должен навести порядок...

Дальняя корабельная молчала. Климов попереключал каналы — связь работала только на прием. Он еще раз окинул взглядом царящий вокруг хаос. «Кроны», несколько «Беркутов», редкие «Чаплы» парили над точкой старта. Где-то внизу, на самой низкой орбите, грациозно висел космонесущий крейсер «Искра», оба орудия главного калибра развернуты в боевое положение.

— Пилоты Фронтеры! — раздался в наушниках ровный голос главнаба Аджи. — Как некоторые уже, наверное, знают, пост раннего обнаружения засек у дальней границы армаду саранчи. Навстречу ей, со стороны Ханум, движется еще одна стая. Если мы позволим им соединиться, на пути этого гигантского роя окажутся планеты Прелепа, Спарна, Новисад и... Талица. Все они будут потеряны! Это почти половина всех обитаемых планет системы Златибор! Не можно этого допустить! Настал тот момент, та самая решающая битва, ради которой мы учились летать! Учились воевать! Пришло время защитить свой дом! Сейчас мои команданты назначат каждой группе цвет. Вы станете тремя крыльями нашего флага — красными, синими и белыми. Сразу после этого строимся в походный ордер и следуем за ведущим своей группы. Времени на подготовку нет, до точки перехвата менее двух часов. Если опоздаем, стаи объединятся... И тогда нам уже ничто не поможет! «Искра» будет в крайней линии обороны, в случае необходимости поддержу главным калибром. Брале! Сегодня никто не умрет. Быть воином — значит жить вечно! Командуйте, капитан...

— Борта один-три, один-пять, один-восемь — синий, — начал размеренно перечислять бортовые номера капитан крейсера. — Борта...

Дальше Максим уже не слушал. Война снова нашла его. Он устало прикрыл глаза. В голове сам собой возник образ любимой Киры. В мельчайших подробностях: в куртке с меховым воротником, с растрепанной челкой и озорной улыбкой. Хитрый взгляд ее больших карих глаз поверх горячей кружки в открытом кафе на безымянной шахтерской планете. Макс сильно зажмурился, стараясь навсегда запечатлеть в памяти эти черты.