От перегрузки заложило уши и потемнело в глазах. Не отключаться! Две зеленые точки прямо по курсу. Туман в голове начинает рассеиваться, но это ненадолго. На предельной скорости «Крона» Максима проскочила прямо вразрез, вплотную между машинами первого звена, заставив пилотов Фронтеры разойтись, сменить курс и сильно потерять скорость. Опасный пилотаж? Ну да, разве не для этого учат пилотов в военной академии? «Где второе звено? А, вот оно!» Разворот!

Снова перегрузка, снова красный туман в глазах — эффект сужения зрения. Пульс бешено стучит в висках. «Крона» слишком простая машина, в ней нет противоперегрузочного ложемента, вместо него обычное кресло. Второе звено предугадало маневр взбесившегося истребителя патруля, перестроилось в два эшелона и начало разворот для атаки. Откроют огонь? Вряд ли. Красная точка «Птахи» вышла на крейсерскую скорость и уже почти в зоне ожидания. Кто пилотирует? Кира? Умничка!

Синие сполохи по правому борту — первое звено без лишних церемоний открыло заградительный огонь. Плазма — это не страшно. Дистанция слишком велика для прицельной стрельбы. «Эскадра с боевого не уходит!» Сбросив скорость до максимально допустимой, чтоб не потерять сознание, Макс положил машину в глубокий маневр уклонения и выскользнул из-под огня. Вправо, влево! Вверх, вниз! Переворот! «Где солнце?»

Что такое бой в космосе? Испытывая колоссальные перегрузки, соперники на сверхбыстрых машинах даже не видят друг друга. Глядя в прицел на экране навкома, они нажимают на гашетки, как в игре, в надежде, что сгусток раскаленной плазмы зацепит истребитель противника.

Красная точка пропала с экрана и слилась с крупным маркером «Спартанца», его отметка тоже стала красной. Второе звено уже выстроилось в классический пеленг для атаки... большого корабля варягов. Плазма не сильно повредит борту — для этого есть надкорпусное противолучевое бронирование. А вот ракеты выведут корабль из строя. Возможно, даже уничтожат. А пушки корабельной обороны «Спартанца» отключены по требованию патруля торговой станции. Резко сменив траекторию, Климов взял курс на перехват и снова вдавил форсаж.

Кажется, кровь закипела в голове. Тонкой струйкой она течет из носа и размазывается по щекам. Острый металлический привкус во рту. Зрительный коридор сузился до размера прицела. Не отключаться! Две зеленые точки уже почти зашли в радиус прицельного пуска ракет. Значит, по-другому быть не может. Откинув предохранительную скобу, Максим утопил гашетку. «Крона» пронзительно завизжала генераторами, по корпусу прокатилась приятная дрожь, обе плазменные пушки безотказно пронзили пространство смертоносной энергией.

Внезапно одна из зеленых точек стала желтой. Попадание! На вираже, навскидку, с предельной дистанции! «Кап-три Илмар, инструктор по стрельбе, оценил бы!» Отметка на сканере замигала желтым треугольником — бортовой компьютер перед смертью корабля отстрелил в космос капсулу жизни с пилотом внутри. Пожалуйста, пусть она будет с живым пилотом!

«Крона» Максима резко клюнула носом, жалобно заскулив расплавленным металлом. Что ж, бывает, в бою всегда две стороны. Он попытался выполнить маневр уклонения и не ощутил перегрузки — раненая машина почти не слушалась рулей. Снова толчок и рывок. Позади что-то громыхнуло, и тут же стихли ревущие на предельной мощности прямоточные двигатели. Навком несколько раз моргнул экраном и погас. Кабину затянуло едким дымом, сильно запахло жженым пластиком. Все. Прилетели. Негромкий хлопок, короткая перегрузка — отстрел капсулы жизни. И тишина, только кровь шумит в голове.

Словно ослепительная вспышка, затуманенный мозг пронзила мысль. Торопливо распутав повисшие в невесомости привязные ремни, Максим, ломая пальцы, вытащил из кармана две гарнитуры ближней корабельной связи. Расстояние еще позволяет. Трясущейся рукой он напялил гарнитуру на ухо.

— Леха! Это Максим! Уходи в гипер! Уходи, кристалл заряжен!

...Помехи. Шум.

— «Спартанец»! Леха, Анжелка! Уходите в гипер! Вы без шансов! Как понял, «Спартанец»?

...Помехи. Видимо, дистанция все же великовата для маломощного передатчика БКС.

— «Спартанец»! Уходи! В гипер! — в отчаянии выкрикнул Макс, выделяя каждое слово.

Сильный щелчок в гарнитуре слегка оглушил левое ухо. Откуда-то издалека, из глубины космоса, раздался пронзительный крик Киры:

— Лешка, не смей!

Через секунду яркий сполох озарил область космоса где-то высоко над головой. Пространство на мгновение схлопнулось, звезды потухли и, как ни в чем не бывало, зажглись снова — целый и невредимый «Спартанец» ушел в гиперпространство. Облегченно выдохнув, Максим закрыл глаза. Будем жить. Можно отключиться...

Айлин Гюнес сидела посередине полукруглого диванчика в кубрике «Спартанца» и негромко всхлипывала, низко склонив голову над кружкой горячего зеленого чая. Справа на нее участливо глазела Анжела, периодически поглаживая девушку по плечу. Рядом с супругой восседал Алексей в неизменной тельняшке, опершись локтями на стол и подперев подбородок. Напротив, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу, сидела Кира и исподлобья наблюдала за всеми троими. Напряжение физически ощущалось в воздухе. Молчаливая сцена явно затянулась.

— Так, Айлин, хватит канючить! — не выдержала Наполи. — Начинай уже свой рассказ! Почему твоя персона так важна Союзу Фронтеры?

Султанка еще ниже склонила свою лохматую гриву и едва слышно заскулила.

— Диос мио, Кира, — Анжела одарила подругу осуждающим взглядом. — Ты как полицай на допросе! Не видишь, девочка в себя прийти не может. Не торопись, Айлин. Это зеленый чай, испанский. Очень полезный. Шоколад бери. Тебе сколько лет?

— Восемнадцать, мадам, — булькнула сквозь слезы тюрчанка.

— Ну что ты, какая я мадам? Я — Анжела, ты — Айлин, будем знакомы? — Кортес протянула девушке ладонь.

— Хорошо, ма... Анжела, — не поднимая головы, ответила на рукопожатие девушка.

— Ну вот, молодец. Не бойся, Айлин, здесь тебя никто не обидит. Ты учишься?

— Да... Анжела. В международном инженерно-техническом университете. На Синае.

— Надо же! И я закончила МИТУ, представляешь! Только на Севилье. Здорово, правда?

— Да...

— Ты хорошо говоришь по-русски, — испанка погладила ее по спине. — На русскоязычном потоке учишься?

— Нет, на французском. Русский факультативом... Просто язык нравится...

— Какая ты умница, — восторженно хлопнула в ладоши Анжела. Затем немного пригладила непослушные волосы Айлин. — Ну-ка, покажи личико... Да еще и красавица! Еще налить?

— Айлин Гюнес! — нетерпеливо вклинилась в разговор Кира.

— Амига! — внезапно повысила голос Кортес. — Давай, я сама, хорошо? Так. Айлин, тебе налить еще чая? Бери шоколад. Ты голодная?

— Нет. Спасибо, Анжела, вы очень добры, — по-прежнему не поднимая головы, пробубнила тюрчанка и негромко всхлипнула.

— Хорошо. Милая, расскажи нам все с самого начала. С того момента, когда пилоты Фронтеры напали на ваш корабль.

— Мы зашли в астероиды. Там было очень много астероидов, плотный поток, — едва слышно начала свой рассказ Айлин. — Сначала все было неплохо. Но потом мы столкнулись с большим камнем. Стало страшно. «Ифсанэ» потерял один двигатель и перестал управляться. Марсель сказал... Один из пилотов сказал, что мы все погибнем. А потом мы сели на планету. Наверное, даже упали.

— А как вас нашел Союз Фронтеры? — вкрадчиво уточнила испанка.

— Серые нас не теряли. Их истребители все время шли за нами. Когда мы упали на планету, за нами прилетел маленький военный челнок. Кажется, Марсель назвал его «Диверсант».

— «Партизан», — поправил Алексей.

— И что потом? — спросила Анжела, коротко взглянув на мужа — «Не перебивай!»

— Потом пришли люди. С оружием. Марсель говорил, что солдаты Златибора всегда пьяные и очень злые. Солдаты потребовали срочно перейти на борт «Диверсанта».

— «Парти...» — начал было Леха, но осекся, встретившись глазами с женой.