Чего?

─ Простите, я не совсем понимаю, что Вы имеете в виду.

Он даже переглядывается с женщиной, но охотница поясняет за меня.

─ Ада явно не в курсе покровительства богини. И вообще, она слишком скромная, чтобы признаться даже в знакомстве с такой, как Морриган, ─ и незаметно мне подмигивает.

Я-то скромная? Спасибо, буду знать.

─ Что ж, тогда это честь вдвойне, ─ вновь кланяется он. ─ На тебе её знак, дитя – именно из-за него мои воины так разволновались. Надеюсь, у тебя найдётся время благословить их на удачное сражение.

Ни черта уже не понимаю, потому что всего этого слишком много, но всё равно нахожу силы на любезность.

─ Конечно. Мне будет очень приятно.

Я устала… Как же я устала, даже будучи не совсем живой – такое чувство, что после смерти я ещё больше ощущаю весь груз этого кошмара, и он всё не прекращается.

Мне нужно увидеть его.

Хоть мельком, хоть просто образ Дема выцепить, убедиться, что с ним всё хорошо, и тогда, возможно, я буду спокойна. Правда, я не знаю, как это устроить, но тут сама Судьба явно на моей стороне.

Когда я оказываюсь в отведённой комнате, желая остаться одна, я проваливаюсь в сон, моля всех богов, чтобы я смогла просто оказаться там, в том мире, где осталось моё сердце, хотя бы тенью самой себя. Но они решают преподнести мне сюрприз…

Стоит только закрыть глаза, меня подхватывает и уносит куда-то на берег моря. Когда я разлепляю веки, первое, что вижу – это чуть сгорбленную мужскую фигуру, сидящую на огромном бревне, и шум волн не может заглушить мои торопливые шаги по песку.

─ Зайка? ─ услышав меня, Дем оборачивается и будто до конца не верит, что я и правда здесь, а я просто продолжаю идти, и едва падаю в его надёжные объятия, он сжимает свои руки вокруг меня. ─ Я думал… не увижу тебя больше.

Я не отвечаю. Даже говорить с ним слишком больно, но всё равно поднимаю взгляд, вглядываясь в зелень его глаз и теряюсь там.

─ Соври мне. Просто скажи, что ты не задумал какую-то глупость – это ведь моя работа, полицейский.

Замирает на миг, но мне его хватает, чтобы всё понять и почуять вкус лжи – на этот раз слишком сладкой…

─ Не бойся, зайка. Не задумал.

… потому что поцелуй, который он мне дарит, перекрывает любую горечь, которую принесёт будущее.

Bad Omens – Feral

Дем

Морские волны и берег в этом сне как настоящие, но Ада – именно та, кто заставляет поверить: сон, в который я провалился после нескольких дней погони, совсем не сон.

─ Скажи, что это правда ты…

─ А кто это ещё по-твоему может быть?

Целую, касаюсь везде, где могу, с жадностью поглощая её вдохи, потому что не уверен, что смогу ещё когда-нибудь к ней хотя бы прикоснуться.

─ Не знаю… Какая-нибудь богиня играет с моим разумом, ─ признаюсь, сам того не желая.

В ответ Ада на миг замирает, а потом с силой сжимает мой член до лёгкой боли, чтобы знал своё место.

─ А так она бы сделала?

─ Ладно, верю, ─ хохочу, как ненормальный, но если это и есть безумие, я рад, что хотя бы не вижу странные галлюцинации, а вот ощущения вполне себе настоящие.

─ Потому что была тут одна уже со своими предложениями, ─ бормочет зайка, прижимаясь ко мне, а потом хватает меня за рубашку, глядя в глаза так, как только она умеет, и я проваливаюсь в это небесное серебро. ─ Если Морриган пообещает тебе хоть что-то… Хоть пусть даже это будет казаться тебе самым лучшим вариантом, не соглашайся, понял?

Выходит, её уже пытались соблазнить светлым будущим и всем этим дерьмом в духе «а давай мы подарим тебе твою мечту? Только ты пожертвуй самым дорогим!»

─ Морриган, значит, ─ делаю все нужные мне выводы. ─ Не волнуйся, не поведусь.

Мне хочется потянуть время, насколько это возможно. Вдохнуть её запах, чтобы навсегда запомнить Аду такой, и когда настанет моя последняя минута, я уйду без сожалений, с её именем на губах…

А ведь если задуматься, ни у кого на свете больше нет такой возможности – снова увидеться, когда всё плохое уже случилось, когда сердце одного из вас уже не бьётся. Именно за это я одновременно ненавижу богов и благодарен им.

─ Вы вышли на след? ─ спрашивает вдруг.

И вот мы подошли к самой хреновой части разговора, которой я так надеялся избежать.

─ Скажи, зайка, ─ я не знаю, как спросить её об этом, потому что если спрошу, очередное предательство обрушится на неё, а если не спрошу, она узнает от кого-то ещё, ─ а насколько ты близка со своей помощницей?

─ Аминой? ─ удивляется, будто это имя даже звучит здесь странным, но до неё слишком быстро доходит, потому что в лице она меняется тут же, а её боль отдаёт мне в грудину выстрелом в упор. ─ Нет… Ты уверен? Хотя, зачем я спрашиваю? Ты ведь не стал мне о таком врать.

─ Не стал бы.

Хочется забрать всё то, что не даёт ей покоя даже в этом мире, но я не всесилен. А Ада достойно принимает правду – впрочем, как и всегда. Это мне хочется прямо сейчас отправиться дальше и выпотрошить эту мразь, чтобы больше никто и никогда не пострадал.

Вместо этого рассказываю о том, как мы обнаружили правду, которая всё это время была под самым носом, и что старуха, проклявшая нас той дрянью, из-за которой мы должны были поубивать друг друга, просто не могла иначе. Так она говорила в своём прощальном письме.

─ Значит, она воспитывала Амину, как свою внучку в обмен на защиту? Интересно получается… Но она же убила её настоящую внучку.

─ И ведьма об этом знала, ─ целую хмурую складку между её бровями, не желая, чтобы Ада вообще об этом думала.

Мне хочется говорить о чём угодно, но только не о них, пусть и знаю, как это для неё важно.

─ Чёрт, ─ вдруг прислушивается к чему-то, а воздух словно начинает звенеть. ─ Мне, кажется, пора.

─ Нет, зайка, пожалуйста… останься ещё ненадолго, ─ прошу, сам понимая, как это глупо – ещё недавно она была той, кто хотел, чтобы я остался и не творил херню, постоянно от неё сбегая, а теперь я готов на колени встать, чтобы у нас была ещё хоть пара мгновений вместе.

─ Я не могу, Дем. Это не от меня зависит, ─ утыкается в мой лоб, а я скулить готов, но ради неё сдерживаюсь и просто отпускаю руку. ─ Только вернись ко мне, слышишь? Вернись.

Пытаюсь ответить, но собственный голос вдруг будто обрывается, а Ада исчезает в туманной дымке, так и не услышав очередное моё враньё. Сколько разных прощаний у нас было, но от этого у меня самое горькое послевкусие.

Красивых прощаний вообще не существует…

Есть гипотеза, что большие звёзды рождаются парами, и одна из них спустя время становится чёрной дырой. Как только я снова возвращаюсь в реальный мир, я могу с точностью сказать, что я стал этой самой сверхмассивной засасывающей чернотой в огромном одиноком космосе.

─ Видел её? ─ первым делом интересуется Демон, едва я продираю глаза.

Мы уже несколько дней охотимся на тварь, следя и за городом, и за академией, куда она, как выяснилось, может легко пробраться, но девица там не появлялась. После перемещения во времени ей нужно отдохнуть – пусть она и некромаг, и лет ей много, у всех есть слабости.

Хотя, возможно, в этот момент она лишь собирает армию.

─ Видел.

Парни нервничают. За это время они так прикипели душой к зайке, что мне следовало бы ревновать, но вместо ревности я испытываю только щемящее чувство в груди, названия которому подобрать не могу.

─ Ну и? ─ а глаза-то как горят…

─ Хватит думать о моей жене, ─ рычу, получая смешок от вошедшего Иллара – он, похоже, единственный, сейчас находит повод для веселья.

Хотя, мертвецам же должно быть всё равно.

─ Я думал, что этот тип приведёт нас в ловушку, ─ Лис ведёт себя, как ребёнок, хотя, на немёртвого Ворона все с подозрением косятся, невзирая на мой рассказ о прошлом.

С другой стороны, когда есть сразу два комплекта Воронов – это удобно. Мы даже договорились разделиться на половину, чтобы дежурить по очереди.