Эстебан на несколько секунд замер, обхватив рукой подбородок. Затем подошел ближе и внимательно осмотрел лицо Вульфа.

— Это не шутка? Это правда он? — недоверчиво спросил Пабло.

— Это не шутка, Пабло. Это точно он, — кивнула Кира.

— Красивый фрау врать! Я добропорядочный... — открыл рот Райнер.

— Точно — он! Вульф Райнер! — воскликнул Эстебан, схватив Райнера за щеки и рассматривая его вставные вампирские клыки. — Вот он, этот оскал! Сказать тебе, сколько кораблей я из-за тебя потерял? Сколько денег потратил на охрану конвоев? Сколько денег потратил на твои поиски? Как ты выжил, бастардо?

— Э-э, как это сказать на латинос? — пленник картинно задумался. — О, найн! Я не знать этот плебейский язык...

— Я тебя по кусочкам продавать буду, каброн! — Пабло забрал у Киры полотенце и туго затолкал Райнеру в глотку, как кляп. — А клыки — нет! Клыки я вставлю себе! Знаешь, сколько синдикаты назначили за твою голову?

— А мы знаем, сколько синдикаты назначили за его голову? — как бы невзначай, шепотом спросил у Лехи Максим.

— У Кирки спроси, — равнодушно пожал плечами Бабич. — На пару сарафанов любимке, наверное, хватило бы...

Пабло щелкнул пальцами. Массивная дверь медленно отворилась. Стоявшие перед ней два дорогих костюма взяли Вульфа под руки, чуть приподняли над полом и унесли в соседнее помещение. Проводив его взглядом, Эстебан глубоко вздохнул, поправил сбившийся воротник рубашки, посмотрел на Киру и внезапно громко хлопнул в ладоши.

— Кира, любовь моя. Я даже не знаю, что сказать, — он прошелся рядом с дверью, потирая ладони — в его голове уже завертелись коммерческие шестеренки — Мало того, что ты разбила мне сердце, ты превратила меня в своего должника.

Не дав ей открыть рта, он обошел девушку и схватил Максима и Алексея за руки.

— Друзья! Давайте все забудем. Давайте начнем сначала. Поужинаем! Развлечения, какие хотите! Лучшее казино к вашим услугам! Сегодня все для... «Спортоне»? «Спартанте»? Сегодня все для моих друзей! Я ведь могу считать вас друзьями?

Эстебан нарочито заискивающе поочередно заглянул варягам в глаза. Снисходительно кивнув, Макс с Лехой переглянулись и незаметно стукнули за спиной кулачками.

— Перфекто! — Пабло снова вернулся к двери, как зверь на запах Вульфа Райнера. — Я немедленно распоряжусь...

— Кирка, надо Анжелку предупредить. Вот она обрадуется! — тихо шепнул ей на ухо Алексей.

— С ума сошли? — вскинула брови Кира. — Что с вами? Мы что, олигархи? Я думала откланяться, попрощаться и домой! У нас же в трюме...

Они почти одновременно взглядами заставили девушку замолчать. Удивленная, Кира осеклась на полуслове.

— Кира, лучшее казино Вила-Коста, — широко раскрыл глаза Макс.

— Ты че, забыла, сколько Анжелка в свет не выходила? — грозно выдохнул Леха.

— И есть хочется, — снова вкрадчиво напомнил Максим.

— А еще Максыч че-то говорил про самогон пятнадцатилетний...

— Отставить! — голосом палубного старшины скомандовала она. Два охранника за спиной Эстебана вытянулись в струну — сказалась старая закалка. От неожиданности ушастый вздрогнул, но вовремя спохватился и сделал вид, что просто поправляет пиджак. — Ой, прости, что напугала. По-другому мои разгильдяи, видимо, не понимают. Пабло, у меня к тебе просьба.

— Конечно, Кира, свет очей моих!

— В порту стоит мой корабль, «Спартанец». Я переживаю за безопасность груза.

— Си, ми вида, без проблем. Я скажу парням, его возьмут под охрану. На какой стоянке? — Эстебан с готовностью занес руку — включить коммуникатор в ухе.

— Там будет девушка, испанка. Я с ней сейчас свяжусь. Я хочу, чтобы ее тоже доставили сюда как можно скорее. Она очень красивая, но тебе с ней лучше не флиртовать — хватку Алексея ты уже ощутил.

— Кира, ты просишь о каких-то мелочах! — возмущенно раскрыл ладони Пабло. — Попроси что-то серьезное! Хочешь собственную луну? У Техаса целых пять нераскупленных...

— Нет, Пабло, — рассмеялась она. — Мы просто хотим к тебе на ужин.

— И пятнадцатилетний самогон, — шутливо добавил Максим.

Из казино друзья вышли далеко за полночь. И сразу двинулись в сторону пляжа, намереваясь исполнить давнюю мечту Киры — искупаться голышом ночью. Но на полпути выяснилось, что у Анжелы нет с собой купальника, о чем она в пьяной панике заявила. Так и не выяснив у ставшей вдруг немногословной испанки, зачем нужен купальник для купания голышом, компания легла на прежний курс. Затем они попали под начавшийся внезапно, точно по расписанию, проливной дождь, и вымокли до нитки. Оказавшись в пригороде, Максим предложил зайти в «одно классное место, я тут был», и они долго бродили по темным спящим закоулкам среди многоэтажек в поисках «того самого бара», во все горло распевая старинные испанские песни на русском. Наконец, приняв совместное волевое решение закончить вечеринку, уставшие, но счастливые варяги направились в порт.

К «Спартанцу» они вернулись на восходе, когда Сан-Кали уже поднялся над горизонтом и окрасил утренним янтарем антенны и вертушки радаров дремлющих на стоянках кораблей. Встретив рассвет, команда дружно захотела устроить раннее чаепитие. Парни вытащили многострадальный столик, девушки накрыли чайную. Все вчетвером блаженно расселись в кресла, поздно сообразив, что чай нужно сначала заварить.

— Диос мио, это кошмар, — подперев голову ладошками, устало проворчала Анжела. — Начать с сухого красного и закончить вискарем. Ке хоррор!

— Все правильно. Повышать можно. Понижать нельзя, — нехотя отозвалась Кира. — Жаль, не искупались...

— А мы и не повышали! Верно, Максыч? — поискав взглядом сидящего рядом друга, с хмельной бравадой спросил Леха.

— Точно. Но и не понижали. С чистого начали, на нем и закончили, — парни лениво стукнули кулачками.

— Пабло кла-ассный, — задумчиво протянула Кортес, сложила руки на стол и прилегла. — И красивый. Амига, как считаешь?

— Красив. Как бог, — короткими фразами согласилась Кира. Длинные ей пока что не давались.

— Си. Я его обожаю, — негромко буркнула испанка.

— А меня? — подперев подбородок, ревниво подал голос Максим. — Ты же меня с первого взгляда обожаешь!

— Си, — повторила Анжела. — Но ты-то рядом, свой. А Пабло — мечта...

— А я тогда кто? — всем телом обернувшись к жене, обиженно рыкнул Леха.

— А ты — мой вепрь. Зубр беловежский, — вяло откликнулась испанка.

Глухо зарычав, Алексей сгреб испанку в объятия и в шутку укусил за плечо.

— Но, ми амадо! Зубры не кусаются. Они большие, добрые и мягкие, — не открывая глаз, она уютно пристроила голову у него на плече. — Люблю тебя.

— Зато пить ваш Пабло нихрена не умеет, — вернулся к разговору Бабич. — После второй бутылки слился. Он куда пропал-то, я чет не заметил?

— Он ушел по делам, — отодвинув чистую пустую кружку, Кира положила голову прямо на стол. — Экипаж, пошли спать...

— Это вы пьете в три горла, — вступилась за ушастого красавца Анжела. — Один за звезды, другой за осназ. А Пабло — утонченный. С вами у него шансов не было.

— Пока вы повышали градус, мы понижали Пашину самооценку, — Максим взглянул в сторону аппарели — не сходить ли за чайником? Утомленные ноги ответили отказом. — Между прочим, добились успеха. Но и нагрузились не слабо...

— Знаешь, Максыч, за что я твою Киру люблю? — поглаживая волосы уже почти дремлющей испанки, тихо спросил Леха. — У нас на борту пистолеты зарядить нечем, зато штатный запас детоксина в наличии.

— А знаешь, за что я ее люблю? — Климов осекся и посмотрел на спящую прямо на столе Киру.

— А ты любишь? — не поднимая головы, уточнила она.

— Буэнос диас, сеньоры и сеньорита! Буэнос диас, сеньора Кира!

Кира открыла глаза и нехотя оторвала голову от стола. За широкой желтой полосой — границей стоянки стоял толстый Педро Гонсалес в своей неизменной жилетке и с красивой лакированной коробкой в руках. За спиной у него возвышался такой же полноватый, но широкоплечий Хорхе в шляпе, красной рубахе и с любимыми пистолетами в подмышках. Педро пристально смотрел на помятое лицо Алексея и не совсем трезвое, но все равно привлекательное личико Анжелы.