— Тьфу ты, черт, космос стекловатой, — в сердцах сплюнул Бабич. — Давай, любимка, погнали. Я на улице жду.

Они остались вдвоем и пару минут просидели молча. Кира посмотрела Максу в глаза. На этот раз вызов был принят.

— Максим, я должна извиниться, — негромко начала она, взяв его за руку. — Вчера ночью я повела себя... В общем...

— Кира, ты мне ничего не должна объяснять, — он резко отстранился. — Ты. Мне. Ничего. Не должна.

— Вчера ночью я спровоцировала тебя. Специально. Хотела увидеть твою реакцию. Прости.

— Удовлетворена? — натянув на лицо снисходительную улыбку, бросил Макс.

— Да. Хочу, чтоб ты знал — мы с Пабло Эстебаном знакомы много лет. Я никогда не была с ним. И никогда не буду. Если бы у нас что-то случилось, он забыл бы меня через пару дней. Самое интересное, что он тоже это знает. Мы уже давно играем в эту игру.

— А в какую игру играем мы с тобой? — он вспомнил вчерашний монолог Лехи.

— Не знаю. Но мне она очень-очень нравится. Запомни — пока у меня есть один... Пока у меня есть ты — другого у меня не будет.

Она резко встала и уткнулась в наладонник, чтобы позвонить всемогущему Пабло.

Максим остался сидеть. Ему просто необходимо было побыть одному. Одна половина его души ликовала. «Его женщина! Его Кира призналась ему!» В чем? В том, что она не будет с другим, пока у нее есть он? Но это еще ничего не значит! В другой половине что-то очень громко скребло, пробирая до самых костей. Как шрапнель по внешней обшивке. «Специально спровоцировала? Посмотреть реакцию? Удовлетворена?»

С Максимом Климовым так нельзя. Он — не котенок. Он одинокий волк! Хищник, штурмующий гравитацию. Хищники опасны, они не позволяют гладить себя против шерсти. Макс обхватил все еще гудящую голову руками и крепко сжал виски.

В конце концов у него есть лишь одна настоящая страсть — звезды.

Сонора — жертва приливного захвата, всегда находится в тени. Так сложились космические законы — спутник, обращенный к своей хозяйке одним боком, ни разу не видел солнечного света. Луна, на поверхности которой вечная ночь. Морозная ночь, если не считать отраженного тепла от близкой планеты, которое бережно старалась сохранить редкая здешняя атмосфера. Многокилометровый комплекс расположился как раз на «дневной» стороне. Над ним, в зените, висел величественный зелено-голубой купол Лос-Мерседес, заливая бесконечные складские ряды тусклым белесым сиянием.

Крошечная прогулочная яхта бесшумно скользила на антигравах над поверхностью луны. Внизу проносились ровные, нескончаемые блоки складских помещений, которые беспристрастно фиксировал бортовой сканер. Кира настояла на тщательной предварительной разведке. Просто «постучать, вломиться и навалять», как предлагал Леха, противоречило ее внутренней зануде-перфекционистке. Хватит уже провалов, теперь все должно пройти гладко. В конце концов, до утра на Лос-Мерседес еще около четырех часов.

— Весь комплекс закрыт сетью лазерной сигнализации, — оторвавшись от сканирования, краем глаза Кира отметила, как ловко Алексей управляется с быстрой машиной. То ли очень способный ученик, то ли очень хороший учитель. — Не привлекая внимания, проникнуть на территорию невозможно.

— К системе безопасности сможешь меня незаметно подключить? — зазвенел голос Анжелы из смарткома. — Я могу попытаться взломать охранный периметр.

— Никак нет, снаружи нет точек подключения. Кто охраняет склады?

— Частная охранная фирма, — раздался посторонний шуршащий звук — испанка скользила пальцем по экрану. — «Принсипал секьюрити».

— Где базируется? Как быстро прибудет группа быстрого реагирования?

— Этих данных у меня нет, амига. Логично, что ГБР находится где-то рядом, на этой же планете.

— Слышь, Кирка! «Постучать, вломиться и навалять» звучит уже не так плохо, а? — рассмеялся Леха в кабине за спиной Киры. — Завалим охрану — хоть оружие нормальное добудем, а не эти пластиковые игрушки.

— Валить охрану нельзя, — отрезала Кира. — Убийство — это статья. Только нейтрализовать.

— Кирка, ты становишься мягкотелой, — хмыкнул он. — Максыч на тебя так действует, что ли?

— Разговорчики, — равнодушно парировала она.

— Это же синдикат! Они нас без всяких душевных терзаний картечью посекут! — попытался убедить ее Алексей.

— Отставить. Уголовку запрещаю. Как принял, сержант?

— Принял, тащ майор, — сварливо согласился Бабич и смолк. Время поджимало, нужно было что-то решать.

— Кира! — это снова Анжела из наладонника. — Смотри, что накопала! Ночная смена охраны — усиленная, пять человек. На такой огромный комплекс — всего пятеро!

— С такой системой сигнализации — и двоих хватило бы, — задумчиво ответила Кира.

— На усилении в дозоре находится группа быстрого реагирования в составе... тада-ам, восемь бойцов. Итого, если до прибытия ГБР вы уложите пять охранников... Дальше ты поняла.

— Откуда информация? Из общедоступной? — снова уткнувшись в сканер, уточнила она.

— Нет, это из устава «Принсипал секьюрити». Только для служебного пользования. Хакнула их сервер по-быстрому.

— Не понимаю, почему с таким хакером в команде мы до сих пор не можем себе нормальную снарягу купить, — недовольно буркнул Леха.

— Ты умничка, — пропустив его замечание мимо ушей, ответила испанке Кира. — Еще бы узнать, где место дислокации ГБР, и сколько времени им потребуется...

— Этого я тебе не скажу, амига, — вздохнула Анжела. — Береги себя. И мужа моего.

— Принято. Что-то Максима не слышно. Он там?

— Это вы уж как-нибудь сами, — прошептала она и тихо добавила: — Я на связи. Найдите складской сервер и положите смартком рядом с ним, чтобы я смогла работать.

Минуты настойчиво тикали в голове. Через три с небольшим часа откроются офисы, и склад оживет, заработает в штатном режиме. Точка невозврата пройдена, нужно начинать действовать. Кира наскоро набросала в уме план операции.

— Короче, Леха. Адаптивный камуфляж, — керамфлекс бронекостюма послушно окрасился в матово-черный, не отражающий свет оттенок. — Камеры я заглушу, сканеры и тепловизоры нас в «Ратниках» не увидят. Садимся километрах в пяти от главного шлюза и работаем по твоей любимой схеме.

— О как! Пять ка? Че так далеко-то?

— Нас уже давно ведут. Пусть думают, что это подростки потрахаться прилетели. Осилим за полчаса, если бегом.

— Это вперед. А обратно?

— На ходу разберемся, — коротко отрезала она.

— Принято. План отхода, как всегда, туманный. Мы восемьдесят кило потащим, не забыла? — на всякий случай напомнил Бабич.

— Стареешь, сержант? — ухмыльнулась Кира.

— А то! — рассмеялся Леха. — Только девочки не стареют! Особенно из разведки.

Яхта сделала крутой вираж и с размаху шлепнулась на скалистую промерзшую пустошь, чуть не сломав посадочные полозья. С едва слышным в разреженной атмосфере скрежетом прокатилась по камням добрую сотню метров и остановилась, немного завалившись набок. «М-да. Над посадкой Лехе стоит еще поработать.» Проверив забрало шлема, девушка ловко выбралась на поверхность, проигнорировав галантно подставленный локоть друга. Сориентировавшись в пространстве, «Ратник» подсветил кратчайший маршрут. Махнув рукой, Кира бодро побежала вперед, по уставу укрывшись за широкой спиной Алексея.

Вдали показалась сверкающая холодным металлическим блеском высокая стена комплекса. Боевой модуль услужливо очертил рамкой окрашенный в черно-желтую полоску створ шлюзовой камеры и точки подвеса приборов слежения. Не останавливаясь, Кира активировала систему радиоэлектронной борьбы «Ратника» — красные маркеры сразу стали желтыми.

У створа, не выходя за границу освещенного участка, прохаживался один охранник. Разглядеть две не отражающие света фигуры он точно не мог. Когда расстояние сократилось до двадцати метров, Алексей выхватил из кобуры неуклюжий травматический пистолет, прицелился и выстрелил. Увесистая пластиковая пуля ударного действия звонко ударила в шлем и отскочила. Дозорный дернул головой, торопливо повернулся и уставился в темноту. Несколько выстрелов почти одновременно ударили ему в колено, пах, живот, грудь и правую руку. Скрючившись, охранник рухнул на землю и забился в конвульсиях от болевого шока.