— Так точно, товарищ полковник. Больше не вру, — не поднимая взгляда, сказала она.

— Эх, Кира Витольдовна, — неожиданно спокойно закончил Берковский. — Ну что с тобой делать? Люблю я тебя...

— Принято, товарищ полковник, — со странной издевкой в голосе буркнула Наполи.

— Да помолчи ты, зубатка, — раздраженно отмахнулся Серб. — Актриса, твою мать! Дальше. Факт подлога и сокрытия информации установлен. Совет КОН затребовал снять запрет с данных по колонизации Д-207. Интересно будет сравнить ваши выводы с реальной картиной. Кира Витольдовна, твоя оценка событий?

— По вопросу штурмовки реального места высадки колонистов — налицо попытка прикрыть фальсификацию с «городом первых поселенцев». Нужно дождаться выводов дисциплинарной комиссии, — методично изложила свои мысли Кира. — Что касается карательной операции — месть или устрашение, скорее всего, второе. Попутно сокращение численности вида. Это выяснит следствие. Варяги с «Ирокеза»... Сговор с целью ликвидации целого вымпела Флота вместе с экипажем. Военное преступление. Если, конечно, чешский МИД снова не заругается...

— Опять зубатишь, шельма! — строго рыкнул Серб. — Действия Томаша Прохаски даже не комментируем. Когда «Ирокез» будет перехвачен, бывший каперанг предстанет перед Высшим Военным Трибуналом. Ему никакая политика не поможет, даю слово.

— Принято.

— Что делать с базой на Сидло? — Берковский откинулся на спинку стула.

— Отражено в отчете. Содержать и развивать базу перехвата не имеет смысла — через несколько лет на планете станет нестерпимо жарко. Кстати, и проблема ревунов отпадет сама собой. На самом деле, Сидло нуждается в научной экспедиции. Но боюсь, хозяева планеты нас теперь долго не простят...

— Лирику оставь для кабака, — нетерпеливо отмахнулся полковник. — Должен сказать, вы со стажером меня удивили. И взвод осназа отработал на отлично. Спасение судна, освобождение заложников. Вот скажи мне, Кира Витольдовна, как это у тебя получается? Во льдах Оберона без ног изгоев выследила, на Прамене беглого Эркки Аалтонена поймала, на станции зарядки террористов обезвредила...

— Нахожу скрытые течения, Сергей Павлович, — ничуть не смутившись, отозвалась Наполи.

— Запрос на поощрение ушел командованию Флота. Так держать, — устало выдохнул Берковский и посмотрел в окно. Кира на мгновение перехватила полный восхищения взгляд молодой сербки по правую руку от полковника. — Твоя оценка действий стажера в критической ситуации?

— Пять баллов, — без раздумий ответила Наполи и улыбнулась, вспомнив про автомат в башне. — Из завала вытащила, огнем прикрыла. Наш человек, я бы с ней в разведку пошла. Хотя нет, четыре с половиной. Язвит много.

— Ну, язвит... Есть у кого нахвататься, — ухмыльнулся Сергей Павлович и переключил внимание на испанку. — Сеньорита Кортес, ваша оценка действий старшего лейтенанта Наполи?

Анжела вздрогнула и попыталась встать, будто на уроке. Полковник сделал ей знак «Сиди».

— А как нужно оценивать? По какой системе? — спросила она, посмотрев сначала на подругу, затем на Серба.

— По личной. Ваше мнение, своими словами.

— Если бы я была Кирой Наполи, я бы сделала все в точности, как она, Сергей Павлович. Буду равняться на нее, — Анжела вдруг злорадно ухмыльнулась. — Хотя иногда ведет себя, как очень взрослая подруга.

Полковник удивленно взглянул на нее и покачал головой.

— Значит, я могу поздравить вас с официальным утверждением в чине младшего лейтенанта аналитического отдела, — он негромко стукнул кулаками по столу. — Добро пожаловать в ГРОЗу!

— Спасибо, товарищ полк... — испанка осеклась, когда Кира незаметно пнула ее по ногам, и торопливо встала. — Спасибо, товарищ полковник. Сирво а Эспанья, служу Конфедерации!

— Можете сесть, — удовлетворенно кивнул Берковский. — Как закончим, задержитесь, есть кое-какие формальности для кадровой службы. Вы обе молодцы, я дам вам обеим небольшой отпуск. За это время подберу для младшего лейтенанта опытного оперативника. Жан-Поль как раз на крыло встанет...

— Товарищ полковник... Сергей Павлович, — уверенно отрезала Кира. — Разрешите... Я бы хотела оставить аналитиком младшего лейтенанта Кортес.

— О как! — широко раскрыл глаза полковник. — А в чем дело, Кира Витольдовна? Ты с Жан-Полем сколько? Четыре года? Вы же слетанная команда!

— Дело совсем не в нем. За девчонкой нужно присмотреть. Научить азам, тонкостям работы. Для начала, с оружием правильно обращаться, — Кира чуть вздернула подбородок.

— Подруги? — с хитринкой улыбнулся он. — Ну смотрите, подруги. Чтобы на качестве работы это не сказалось. Сеньорита Кортес не возражает?

— Никак нет, товарищ полковник, — торопливо подскочила Анжела, забыв, что еще не носит мундира. — Я сама хотела об этом попросить!

— Ну и отлично! Честно говоря, я тоже считаю, что девочке лучше с девочкой... Вы поняли, в каком смысле!

— Так точно, товарищ полковник, — нестройно подтвердили девушки. Младший лейтенант Агата коротко взглянула на них с тенью зависти и снова вернулась к планшету.

— Кстати, чуть не забыл... Что я все лейтенант да лейтенант... Окружил себя, видишь ли, лейтенантками... — он постучал себя по лбу указательным пальцем. — Тебе, Кира Витольдовна, присвоено очередное звание. Держи марку, капитан Наполи. Не заметишь, как до майора докатишься. Учти, чем выше звание, тем выше ответственность. Поздравляю!

— Спасибо, товарищ полковник. Служу России, служу Конфедерации! — звонко щелкнув каблуками, вскочила Кира.

— Да сиди ты, капитанша. Где-то тут звенело... — он поднялся, прошелся вдоль стола, нашел бар с торца и критически осмотрел его содержимое. — Агата, сделай одолжение, сгоняй в гостевую за коньячком и лимоном. Спасибо.

— Есть, товарищ полковник! — сербка послушно выскользнула из зала.

— Кира, как на духу... Мареку Кравецу ты врезала? — неожиданно спросил полковник, выставляя рюмки. — С твоими навыками так нельзя, парень сотрясение получил!

— Нет, товарищ полковник, он сам... — Анжела резко смолкла, когда Берковский не глядя сделал ей знак рукой.

— Так точно, Сергей Павлович. Никаких навыков, просто пощечина. При свидетелях, — Кира попыталась выдержать его взгляд и снова отвела глаза — пристальный взгляд полковника не сможет выдержать никто.

— Тяжелая у тебя ладонь... За что?

— За дело, товарищ полковник.

— Ну раз за дело, тогда буду ждать от него служебного рапорта. Он, кстати, под следствием дисциплинарной комиссии, часто тут появляется. Про тебя спрашивал.

— Больше не будет спрашивать, товарищ полковник.

В зал вошла Агата с бутылкой и дольками лимона на блюдце. За прошедшую неделю девушка стала выглядеть значительно лучше. Слегка бледная без косметики, зато хвостик на голове смотрелся куда уместнее пышной шевелюры.

— Спасибо, — Сергей Павлович наполнил три стопки, вопросительно посмотрел на Кортес и налил четвертую. — Для начала, давайте выпьем за ваши звания, офицеры. Младший лейтенант Агата Валерьевна, составите нам компанию?

Гулкий рокот космодрома тонул в низком небе. Затяжной осенний дождь — мелкий, липкий, типичный для Праги в это время года — нагонял глухую тоску. Десантно-транспортный «Партизан» загнали на самые задворки огромного стартового поля грузопассажирского порта, вдали от парадных турникетов. Кира угрюмо прикинула расстояние до ближайшего терминала — добрых две сотни метров. Идти не имело смысла: можно легко пропустить ребят со стороны служебного входа.

Верная себе, Анжела безбожно опаздывала. Во влажном прохладном воздухе изо рта вырывался призрачный парок. Тяжелый, горьковатый аромат прибитых дождем тополей с окраины космодрома странным образом смешался с резким запахом отработанного топлива и горячего армобетона. Этот контраст порождал в голове немыслимый сенсорный диссонанс — где-то между земной ностальгией и техногенной реальностью.

Над головой протяжно завыли турбоатмосферные двигатели очередного челнока, обдав девушку холодным турбулентным потоком. Стоять на семи ветрах в полупромокшем капитанском кителе стало совсем невмоготу. Ледяная капля, сорвавшаяся с козырька фуражки прямо на замерзший кончик носа, переполнила чашу терпения.