— Добробой?! — одновременно испуганно и удивленно воскликнул «Флинт», отступив за спину Алексея.

— Максим! — Кира изо всех сил пыталась удержать Максима.

— Это он! Это он Зорана! Убью, гнида! — повиснув на руке Бабича, ревел тот.

— Отставить! — что было сил гаркнула Агата своим знаменитым тоном главного наблюдателя, привычно сделав ударение на первый слог. От гулкого эха вспыхнула еще одна пара светопанелей. — Отставить, старший лейтенант!

Сжав кулаки, Максим замер. Выиграв несколько секунд тишины, Таранда ткнул пальцем в Аджи-Агату.

— Мадам бинбаши, это она! Это камрад Аджи, главный наблюдатель КонФра! — завопил он.

— Твой пилот прав... мадам бинбаши. «Флинт» и правда гнида, — с прежним сербским акцентом презрительно сказала Агата.

— Ты же знаешь, что он никакой не голландец, камрад Аджи? — покосилась на нее Кира.

— Вы их знать, камрад Аджи? Они же все из МИТАС! — в отчаянии закричал Юргис, запутавшись, какой из спецслужб он остался верен.

— Дружка... — не спуская глаз с Максима, Алексей взял рослого Таранду за отворот комбинезона и подтянул к себе. — А можно, я ему сам втащу?

— Не можно! Нужно доставить изменника на борт моего корабля, — грозно скомандовала Аджи-Агата, коснувшись пальцем гарнитуры. — Я вызову солдат! Левый шлюз исправен?

Не сразу поняв, что девушка обращается к нему, Бабич удивленно уставился на Агату.

— Что? Так точно, левый внешний люк герметичен. Возможно, даже придется раздомкратить.

— Важи. Борт вскрывать не будем, — она тихо заговорила в гарнитуру ближней корабельной связи, не спуская глаз с притихшего Юргиса. — Приготовиться к удару! Сейчас «Искра» встанет у борта!

Схватившись за поручень, Максим крепко прижал Киру к себе. Анжела вздохнула и присела на ступеньку трапа. Взяв Таранду за шиворот, Алексей остался стоять, выжидающе глядя на Аджи. Приняв его вызов, та ухмыльнулась, чуть пошире расставила ноги и уперлась руками в бока.

Раненый «Спартанец» вздрогнул и жалобно застонал всем корпусом. Громко лязгнули швартовочные захваты и наступила тишина. К чести капитана крейсера, стыковка с поврежденным, не отвечающим на запросы кораблем была выполнена безупречно. Качнувшись, но устояв на ногах, Алексей и Агата уважительно кивнули друг другу.

— Это он «Вуки» сбил, — негромко напомнил Климов. — Его в рудниках сгноить нужно.

— Я верю тебе, Максим, — не поворачивая головы, ответила главнаб КонФра. — Но ты видел, кто у нас сидит в кабинах истребителей.

— Ты снова дашь ему «Беркут»? — вскинул брови Максим.

— Я бы с удовольствием отдала его «Беркут» тебе, Макс, — она провокационно заглянула в глаза Климову. — Что молчишь, инструктор? Пойдешь ко мне ведущим ударного...

— Он мой пилот, — отрезала Кира. — Я его не отдам.

— Дай боже, чтобы так оно и было, — с грустью опустила взгляд Аджи-Агата и тихо добавила: — Дай боже, сестрички, чтоб вас самих на службу не призвали...

Наверху снова заскрежетала броня. На этот раз прочно зафиксированный швартовочными захватами корпус корабля никак не отреагировал на вскрытие внешнего люка. В пролете появились уже знакомые Максу черные бушлаты с автоматами наперевес.

— Важи, другари! Время покинуть борт, — покрутив в воздухе рукой, скомандовала камрад Аджи. — Собирайте вещи. Соберите все, что можно забрать — снарягу, провизию, оружие, боекомплект. Воду мы сольем сами. Топливные элементы оставьте, пусть реактор живет.

— Что будет с кораблем? — Максим с тоской оглядел огромное пространство грузового трюма. — Что будет со «Спартанцем»?

— Через пару часов на рандеву выйдет инженерный борт. Все нужное с корабля снимут, корпус отбуксируют на орбиту захоронения. Златибор не собирает утиль — у нас очень много ресурсов.

— Утиль?

— Не нужно, Макс. — она подошла и похлопала Максима по плечу. — Ваш «Спартанец» был рожден грузовиком-рудовозом. Обратился в варяга. Принял бой и погиб, спасая свой экипаж. Настало время снять вымпел. Бери шлем и перегони «Василиск» обратно на крейсер.

— Сделаю...

— Это что? Ответ военлета?

— Принято, товарищ... камрад Аджи, — нехотя выпрямился Климов.

— Божечно, — улыбнувшись, она взяла за руку Киру. — На пару слов, подруга. Нужно кое-что обсудить...

Оставшегося в одиночестве Макса охватило чувство безысходности и грусти. Аджи все правильно сказала — «Спартанец» погиб в бою. Только в этом бою его не было на борту. Будь он за штурвалом...

Глубоко вздохнув, Климов обошел вокруг притихшего перехватчика, запертого в тесном, полуразрушенном и свистящем трюме. Окинул взглядом рваные ссадины на борту — зацепило разорвавшейся шрапнелью. Потрогал пальцем несколько сквозных отверстий во внешней броне — не увернулся от очереди вольфрама. Погладил ладонью все еще прохладный борт, провел пальцами по стремительным обводам корпуса, дружески похлопал по носовому обтекателю и... внезапно наткнулся на поджидающую его с другой стороны Киру.

— Твоя новая красотка? — с наигранной ревностью улыбнулась она.

— Отличная машина. Мечта, — пропустив шутку, вздохнул Максим. — Извини, я не слышал, когда ты вернулась.

— Я не вернулась, Макс. Я не уходила. Я же сказала, что больше никогда тебя не оставлю, — положив ему руки на затылок, она нежно поцеловала его в губы. — Мы уходим. Капитан покидает корабль последним.

— А я, похоже, первым. Нужно «Василиска» перегнать.

— Найди меня на «Искре», Максим. Сразу, как причалишь, найди. Хорошо?

— Подожди, Кир, — он снова судорожно похлопал себя по скафандру. — Я хотел сказать...

— Из этого монстра еще одна телка вылезет? — шутливо склонив голову набок, усмехнулась девушка. — Учти, если тебя еще кто-нибудь «Максиком» обзовет, я за себя не ручаюсь!

— Нет, Кира. Никто не вылезет. Хотя за того мичмана я не уверен...

— Я жду тебя на крейсере, Макс. У нас впереди будет много времени. Обещаю...

Едва дождавшись взвода принявшей его стартовой катапульты, Климов сорвал шлем и выбрался из кабины. Откуда-то из-за причального барьера в уши ворвался громкий голос темпераментной Кортес. Своим испанским речитативом она сумела перекрыть гул живущего своей жизнью звездного крейсера. Пилот дежурной «Кроны», открыв люк, с любопытством вертел головой. Взглянув на Максима, он приветственно махнул рукой.

— Твоя? — сдвинув шлем на затылок, спросил он.

— Моя, — Макс покорно опустил голову. — Давно этот кордебалет?

— Минут пять точно. Никак не пойму — это она ругается или что?

— Нет, брате, — усмехнувшись, вздохнул он. — Это она так разговаривает...

Обойдя причальный барьер, Климов нос к носу столкнулся в пролете с неторопливо идущим на летную палубу пилотом. Обернувшись назад, тот с интересом разглядывал затянутую в тесный комбинезон точеную фигуру пышногрудой испанки.

Кортес стояла около сложенных в пирамиду контейнеров и на ломаном англо-испано-русском пыталась что-то втолковать ничего не понимающему мичману из экипажа «Искры».

— Держи курс, военлет! — хлопнул по плечу встречного парня Макс.

— О! Виноват, камрад! — ухмыльнулся тот и стремительно нырнул за переборку.

Увидев Максима, Анжела кинулась к нему, обняла руками за шею и уткнулась лицом в грудь.

— Диос мио, Максим! — на грани истерики выдохнула она.

— Тихо, Анжелка, — приобняв подругу, Климов погладил ее по спине. — Что случилось?

— Это наши вещи! Все, что у нас осталось! Я просто хотела узнать, куда это все унести! А этот солдафон... — она кивнула в сторону мичмана. — Сказал бросить прямо здесь, в проходе!

— Это не солдафон. Это мичман, — Максим незаметно махнул рукой ошалевшему от акустического удара парню. Мичман благодарно кивнул и растворился в пролете. — Он правильно говорит. Все можно оставить прямо тут. Когда пересядем на другой корабль, тогда и будем разбираться, что куда убрать.

— Оставить прямо вот так, на полу? — судорожно вздохнув, спросила Анжела.