Взяв на прицел соединяющий оба причала переход, Леха вопросительно качнул головой. Наполи приложила руку к забралу — «тихо», и включила внешний микрофон. В наушниках протяжно запел разогнанный мощными турбинами вентиляции воздух, заставляя резонировать поддерживающие потолочный свод титанитовые фермы. Дождавшись, пока отработает система шумоподавления «Ратника», Кира выделила из общего шума два мужских голоса со стороны соседней платформы. Она жестом показала напарнику два пальца и махнула в сторону коридора.

— Ребята, не молчите! — резанул тишину голос Максима из канала ближнекорабельной связи.

— Максыч, тихо! Кира на внешке! — негромко отрезал Бабич и нырнул в галерею, стараясь не греметь рубчатыми ботинками. Выждав секунду, девушка последовала за ним.

В небольшом отсеке прямо по центру перехода разместился терминал управления станцией и крошечная торговая точка самообслуживания. Наполи пробежалась цепким взглядом по разбитым и разграбленным вендинговым аппаратам. Поверх ленты «Не работает» на крайнем пивмате красовалась сделанная ярким маркером надпись: «Пиво теплое!!!» Кризис власти...

— Вот придурки, — вполголоса пробубнил Алексей, заняв позицию у выхода ко второму причалу. — Станции зарядки неприкосновенны даже во время войны!

— В Хальде нет войны. Судя по всему, инженерной службы теперь тоже нет, — Кира сняла шлем и пробежалась пальцами по консоли управления терминалом. — Я отключила питание. Их двое — первый мой, второй твой.

— Принято, — Леха убрал пистолет в кобуру и прижался спиной к переборке, оставаясь невидимым из перехода. Наполи шагнула назад, в тень высокого обелиска терминала управления.

— Э! Это че за херня?! — раздался громкий нетрезвый окрик Дони с соседнего причала. — Кто зарядку отключил, а? Вы че, совсем страх потеряли?

— Гы-гы! Отстойник, че... Разберешься, Донателло? Или мне пойти? — с пьяным сарказмом прорезался нарочито громкий голос Пики.

— Сиди, братуха! Я сам! — благодушно пробубнил Дони. Что-то легкое загремело по палубе, раздалась негромкая брань. — Вашу мать, бухло пролил... Ох я ща кому-то наваляю! Ох, сука, наваляю!

— Гы! — снова хмыкнул Пика. — На, возьми!

— Да не надо мне, че ты... Так разберусь!

— Угу, хлебалом своим синюшным светанешь, гы-гы-гы!

— Пошел ты, — дружелюбно буркнул Дони и нетвердой походкой поплелся в сторону терминального отсека. — Э, отстойник! Я иду! Кто не спрячется, будет ой-ой-ой...

Едва Дони вышел из галереи, Кира схватила его за отворот куртки, прижала спиной к переборке и закрыла рот ладонью. Увидев знакомое лицо, парень испугался, вскинул руки вверх и слегка обмяк, широко раскрыв заплывшие от гематомы глаза. Не опуская ладони, девушка приложила указательный палец к губам. Плотно прижатый затылком Дони сделал попытку закивать.

— Сколько человек? — почти беззвучно спросила она, многозначительно стрельнув глазами в сторону кобуры у себя под плечом.

— А? Я... И Пика... — едва слышно прошептал зажатым ртом парень, обдав Киру перегаром. — Только мы...

— Кто еще на борту?

— Дак это... Только мы... Фурик ссыкло...

— Оружие?

— Н-нету... О-оружия... — забегал глазами Дони, заметив Алексея в армейском бронекостюме. — В-вы к-кто? Р-реально в-варяги?

— На палубу! Мордой вниз, руки на затылок! — Наполи бесшумно уложила Дони. Тот не сопротивлялся. — Лежишь и молчишь. Хоть один звук — убью!

— Эй, Донателло! Ты че там, сдох, что ли? — нетерпеливо крикнул Пика из глубины перехода. — Пошли, бухло греется!

— Я возьму, — прошептал Леха и сделал шаг, но Кира опередила его. — Кирка!

— Я возьму. Ты все время за меня подставляешься.

— ГРОЗА на базу, дорогу осназу. А вдруг оружие...

— Отставить, сержант. Я сама, — она уверенно похлопала друга по бронированному нагруднику. — Хочу на его реакцию посмотреть.

— Пика-а-а! — шумно вдохнув, неожиданно набрался смелости и прохрипел во все горло Дони. Припав на колено, Бабич жестко осадил его ударом по затылку. Парень ткнулся лицом в металл и затих. Леха торопливо поднялся и огляделся — девушка уже скрылась в проеме.

Еще в переходе в нос ударил тяжелый запах никотина и дешевого алкоголя. Посреди прокуренного, захламленного мусором крошечного причала стоял накрытый нехитрой закуской раскладной стол — дальнобойщики часто возят такие для пикника на станциях зарядки. На краю столешницы лежал пистолет. Напротив, в таком же походном кресле, сидел, развалившись, полуголый пьяный Пика с сигаретой в зубах. Увидев Наполи, он на секунду замер, затем широко улыбнулся, обнажив золотой зуб:

— Опа! Какие лица!

— Узнал? Молодец.

— Ну и че тебе тут надо? Мы же вроде разобрались?

— Не поверишь, соскучилась, — девушка оценила дистанцию. Далековато...

— Не поверил. Ты че, за наладонником своим?

— Ага.

— Не, че правда? Ты из-за бабла, что ли? Так мы это... Потратились.

Кира ничего не ответила. Она незаметно сделала шаг — теперь как раз в один бросок. Пика прищурился, в его залитых алкоголем глазах промелькнула догадка, взгляд скользнул к пистолету. Демонстративно выплюнув недокуренную сигарету, парень сделал отвлекающее движение, неожиданно вскочил и схватил оружие.

Наполи бросилась вперед. Перехватив руку с пистолетом, она заблокировала палец Пики на спусковом крючке. Сделав подкат с разворотом, девушка резко выпрямилась, не отпуская захват. Взревевший от боли Пика кувыркнулся вперед, с хрустом ломая застрявшие в предохранительной скобе пальцы. Упав на палубу и завыв, он, наконец, выпустил оружие.

— А-а-а, рука-а-а! До-о-ни-и!

— Кира! — Выскочивший на причал Бабич рванулся вперед, не сразу сообразив, что опасности уже нет.

— Сколько человек на борту? — присев и сильно придавив грудь Пики коленом, громко спросила Наполи.

— Пошла ты! Знаешь, кто мой папа?

— Сколько? Человек? На борту? — размеренно повторила вопрос Кира и нещадно сжала его дважды переломанные пальцы.

— А-а-а, никого! Никого, мля! Мы двое! Никого! А-а-а! До-о-ни-и!

— Леха, на борт! Проверь, быстро! Доложишь!

— Принял, — загремев башмаками, Бабич нырнул в гермопереход «Кардаша».

— Отпусти-и-и! Руку отпусти-и-и! — истошно завыл Пика. — Тебе конец, сука! Вам всем конец, поняли!

— Знаешь, сколько раз я это слышала, гаденыш? — поднявшись, процедила сквозь зубы Кира. — Даже не думай! Дернешься — всего изломаю! Где мой смартком?

— Пошла ты! — громко фыркнул он, торопливо отдышавшись. — Тебе надо — ты и ищи!

— Да легко, — наскоро освободив носком ботинка палубу вокруг пленника и убрав подальше все, что может послужить оружием, девушка нацепила на ухо гарнитуру. — Лика, найди мой смартком. Он где-то...

— Уже нашли, амига! — моментально откликнулась жизнерадостная Кортес. — Лешка сейчас принесет.

— Мы закончили. Пусть гости идут сюда, нужно осмотреть «Кардаш».

— Все нормально? Все целы? — вклинился в разговор Климов, стараясь не выдать голосом волнения.

— Мы с Лехой — да. Они — частично, — усмехнулась Наполи. — А ты переживаешь, милый?

— За вас — нет. За них — частично...

В переходе раздался гулкий топот шагов. На причал вышли Джемаль, Жика и Николь. Схватив Жику за руку, тюрк, не прекращая ворчать, потащил серба на борт своего корабля. Краем глаза Кира отметила, как нехотя разъединились сцепленные пальцы Жики и девушки. Завидев распластанного по палубе полуголого Пику, Шотцки неторопливым шагом подошла к нему вплотную:

— Помнить меня?

— О, Барби! Приветики, — перестав артистично постанывать, ухмыльнулся парень. — А ты-то как тут?

— Помнить, как хотел забрать меня из «Гавань»?

— Не злись, Барби! — растянулся в пьяной улыбке Пика. Боль его, по-видимому, уже отпустила. Или алкоголь ее заглушил. — Это же по любви!

— Это тоже по любви? — оттянув ворот, девушка показала пальцем порез на шее.

— А это... Ну, бывает. Попала под горячую руку, — он равнодушно мотнул головой, сверкнув зубом. — Нашла, наконец, теплое местечко у варягов?