— Итак, вводная. Цель прямо по курсу. Удаление двести ка. Дистанция огневого поражения восемьдесят. Ваша скорость — двадцать килоузлов. Расходимся! — придавив форсаж, он слегка вырвался из строя. Убрал тягу, развернул машину кормой вперед и лег в дрейф, чтобы получше оценить правильность действий обоих курсантов.

Поморгав красным маркером — условный пуск ракеты — обе зеленые отметки разошлись веером в разные стороны. Каждый ученик занял свою плоскость отхода, чтобы не создавать помехи другому. Описав в пространстве две огромные окружности, отметки вернулись на прежний курс, готовые к повторной атаке.

— Айда молодцы! Айда красавцы! — с удовольствием похвалил подопечных Макс. — «Мессер», не зря муштрой занимались?

— Это все не по-настоящему! Смор! — зашипел в наушниках юношеский цинизм Мештера.

— А тебе бы сразу в бой? — ухмыльнулся Климов.

— Тако е, инструктор! Айде учебный бой, — уязвленное самолюбие Марко по-прежнему требовало реванша. — Погоняемся?

— Потом. Обязательно погоняемся, но потом. Пятый, шестой и седьмой день курса мы посвятим самому интересному — тактике боя. «Мира», симуляции сделала?

— Да, инструктор, — звонко доложила Милица. — Для тебя всегда да, «Спартак»!

— Милка, а когда мне будет «всегда да»? — обиженно выпалил Марко.

— Когда инструктора в учебном бою победишь! Макс, он ведь не победит, правда? — хихикнула «Мира».

— Йо, Милка, это все из-за перегрузок. На симуляторе я бы его давно сделал, — вспыхнул Марко. — Макс, скажи, почему в кабинах до сих пор живые пилоты сидят? При таком развитии искусственного интеллекта истребители давно должны сами воевать! Я один стрим смотрел, современные навкомы даже маневрировать в бою умеют!

— Интересный вопрос, «Мессер». Стоп машины, активный дрейф, — скомандовал Климов. Попыхтев маневровыми, обе машины курсантов замерли в пространстве. — Хорошо, дам немного академии. Во времена одной военной кампании, корпорация «Ниппон» построила целую эскадру беспилотных кораблей. Двенадцать бортов.

— Вот это круто! У «Ниппон» вся техника самая крутая! — восхищенно пропел Марко.

— Вместе с ними в точку боевого контакта выдвинулись три космонесущих крейсера, — не обратив на него внимания, продолжил Максим. — Им противостоял малочисленный флот ренегатов. Едва беспилотная ударная группа покинула ангары, она атаковала свои же крейсера. Протоколы управления эскадрой были взломаны, дроны перехвачены ренегатами. В результате «Ниппон» потерял не только весь флот, но и целый сектор космоса. А ренегаты приобрели двенадцать очень высокотехнологичных машин, обеспечив неслабую головную боль военной разведке Конфедерации. Если интересно, поищи в сети — операция «Двенадцать вымпелов».

— Как такое возможно? — выдохнул «Мессер». — У Паназии очень хорошие системы защиты!

— Человеческий фактор. На этапе разработки кто-то из младших офицеров корпорации внедрил в прошивку код, сделав протоколы уязвимыми. За деньги, или по убеждению, — крутанув легкую машину вдоль продольной оси, он безошибочно поймал горизонт своих подопечных и улыбнулся. «Навыки не стареют!» — Так что, Марко, каким бы умным ни был навком, он еще долго останется дублирующей системой. Нет ничего надежнее мотивированного, хорошо подготовленного пилота. С мотивацией у нас, как я понял, проблем нет. Поэтому переходим к подготовке. Сейчас мы будем изучать тактику ведения боя...

— Какая может быть тактика против насекомых, — внезапно бросил в эфир обычно молчаливый Зоран. — Уничтожать всеми доступными способами.

— Во-первых, сарацины — это не совсем насекомые, — поправил курсанта Макс. — Это не поддающийся классификации живой организм. Вполне разумный. Коллективный разум. Как муравейник!

— Сжечь в пичку материну этот муравейник...

— Во-вторых, «Вуки», тактика нужна не только против сарацинов...

— «Спатрак», а ты сам воевал? — задал провокационный вопрос Мештер.

Климов на секунду задумался. В один миг перед глазами пронеслись космонесущие крейсера — стремительный, как торпеда, «Севастополь», и комфортабельный, как круизный лайнер, «Владивосток». Промелькнули лица Димки «Димака», Паши «Медведя», Сашки «Филина», Илюхи «Сибиряка», которые уже никогда не вернутся на борт. Завертелись круговоротом сожженные и разбитые остовы кораблей в мертвом космосе. Сколько их было? Когда это было? Неважно. Память — интересная штука. Все помнит, но вспоминать не хочет.

— Нет, слава богу. Проболтался на разных бортах оба срока, и в отставку.

— Ха-ха! Какой тактике научит невоевавший военлет? — с сарказмом в голосе съязвил Марко. Провокация удалась.

— Академической. Прекратили разговоры! — приструнил болтуна Максим. — «Мира», мы достаточно далеко от Талицы?

— Прилично отошли, «Спартак». Стрелять можно, — откликнулась она.

— Хорошо. Сегодня учимся работать против условных сарацинов, — своим тоном Макс старался подражать инструктору по тактике. — Стая сарацинов, независимо от численности, всегда лежит в активном дрейфе. Фактически, летит по инерции, подчиняясь тем же законам физики, что и другие космические объекты. В космосе сарацины плюются плазмой. Таким образом, главный фактор опасности — это численность. Чем больше стая, тем выше плотность огня. Первоочередная задача ударной группы состоит в том, чтобы разрушить стаю, заставить сарацинов изменить траекторию...

— Йо, академик «Спартак»! — снова решил похохмить Марко. — Откуда ты знаешь, как воевать с сарацинами, если...

— «Мессер», тройная вертикальная спираль, радиус двадцать «ка», пятнадцать секунд. Время пошло!

Зеленая отметка с номером пять-один послушно покинула строй, уйдя на головокружительную космическую карусель, и унесла с собой юношеский стеб Марко.

— Саранча — это не сарацины! — злобно пробубнил Бродич. — Сарацины никогда не нападали на наши колонии.

— «Вуки», мне две очень умные девушки сказали, что саранча — это сарацины, которых что-то потревожило, выгнало из космоса. Что-то заставило их сменить кочевой образ жизни на оседлый. А шипометы — это осевшая на планете саранча.

— У тебя было много девушек, Макс? — ревниво поинтересовалась Миркович.

— Вот видишь... А ты у меня одна... Айде? — задыхаясь от перегрузки, вклинился Мештер.

— Сарацины, саранча, шипометы... Какая разница. Всех уничтожить! — прорычал Зоран.

Максим тяжело вздохнул. Занятие по тактике на глазах превращается в базарную перепалку. Надо начинать «воевать». Тем более, что отметка машины «Мессера» уже закончила виражить и вернулась в строй.

— Так, курсанты! На чем я остановился? Задача первого ударного звена против любой групповой цели практически всегда неизменна. Нужно разбить, разделить строй противника на отдельные единицы. Снизить плотность встречного огня и уменьшить эффективность пушек корабельной обороны.

— Мальчики! — насмешливо-игривый голос «Миры» вдруг стал тревожным. — Мальчики! Принимаю сигнал!

— Беспилотник? — выпалил Мештер. — Мы же далеко от Талицы! Макс, добро на свободную охоту?

— Отставить! — пресек его Климов.

— Принимаю сигнал «Прошу помощи»! Это от нашей дозорной двойки! Они на саранчу нарвались! — «Мира» уже кричала в микрофон. — Ведут рой на хвосте, ведущий зовет ударную группу! Макс, что мне делать?

— «Мира», Талица принимает сигнал?

— Тако е, Макс...

— Вот и ответ. Удаление?

— Идут прямо на нас! Минут пятнадцать-двадцать! — немного успокоилась девушка. — А нам что делать?

— Уходим с курса. Рассчитай безопасный маршрут, — приказал он. — Звено, походный строй. Я ведущий, Зоран второй, Марко третий. Крейсерская сорок килоузлов.

— Йо, Макс! Зачем уходим? — требовательно выкрикнул Марко. — Мы же должны помочь!

— Не обсуждается! Походный строй, — повторил приказ Максим. — Мне еще только потери курсантов не хватало...

— Отрицательно, бре, — неожиданно зарычал в микрофон Бродич. — Мила, пусть кукавица один проваливает! Мы идем на помощь! Дай курс!

— Отставить! Марко! Зоран! Встать в строй! — повысил голос Климов. — Это приказ, мать вашу!