— Это не сарацины, Леха! — подавив секундный приступ паники, Кира трезво оценила ситуацию. — «Спартанец», нейтронита нет!

Алексей хотел что-то добавить, но она прижала указательный палец к забралу и постучала дулом пистолета сбоку шлема. В наушниках отчетливо слышалось чье-то торопливое, прерывистое дыхание. Где-то вдалеке загрохотали выстрелы.

— Макс, сколько человек в сети БКС?

— Пять... — в канале прозвучал короткий треск, похожий на звук оборвавшейся стропы.

— Максим, где пятый? Быстро, где пятый, сейчас же! — Наполи потрясла головой и похлопала по шлему. — Максим! Макс!

— Может, кто-то из экипажа? — сквозь шелест помех прорвался голос Алексея.

— Леха! Связь! — она жестом скрестила ствол с ладонью.

— Что за херня... Ретранслятор!

— Пятый! Он один! Он на мостике, обрубил связь. Надо догнать! — Кира бросилась к выходу из ангара. — Что встал, за мной!

— Я туда не пойду... — Бабич уверенно замотал головой. — Я через это, нахрен, кладбище...

— Рехнулся?! Тут останешься, что ли?

— Найду другой путь.

— Леха, бегом! Нужно его догнать!

— Кира... Кирка, прости. Я не могу.

— Чтоб тебя! — вернувшись, она со всей силы врезала ладонью по шлему Алексея и рванула за карман бронеукладки. — Взял себя в руки, солдат! Если ты баба, закрой глаза и просто иди за мной!

— Отвали, майор! — Леха сбросил руку Киры и вытащил пистолет. — В норме!

Снова страшный третий ангар. Жуткий космический могильник. Теперь мертвых стало больше — тут и там валялись разорванные черные тушки сарацинов.

Второй ангар встретил их призрачным светом звезд и ледяной пустотой. Забрало шлема Бабича запотело, изнутри выпал конденсат. Когда они преодолели отсек и оказались в обитаемой зоне, Кира развернула Алексея спиной — рваные лохмотья «Ратника» покрылись изморозью.

— Леха, броня...

— Знаю, спина горит. Бароудар пока держит. Бегом!

Как только они вышли из шлюза первого ангара, вспышки выстрелов осветили осевой пролет, навстречу полетела картечь. Засада! Спрятавшись за трапом у выхода на мостик, неизвестный накрыл Алексея с Кирой кинжальным огнем. Они едва успели укрыться в узком траверзном переходе. Сквозь паутину трещин на забрале шлема девушка с досадой осмотрела лохмотья керамфлекса у себя на груди — «Ратник» теперь негерметичен.

— Давай направо, вниз! — Леха ткнул пальцем в рваный пролом переборки. — Обойди его понизу!

— А ты?

— Я его тут попридержу! — выстрелив несколько раз в ответ, Алексей толкнул девушку в пустую шахту подъемника.

Кира скатилась на крышу застрявшего лифта и пробила своим весом тонкий пластик потолка. Рухнув прямо на копошащегося сарацина, она выстрелила в упор, разорвав в клочья панцирь твари. Кабину заволокло тошнотворным запахом. В полураскрытые створки хлынула волна разъяренных тараканов.

— Леха, я не пройду! — закричала она, безостановочно нажимая на курок. — Тут целая стая! Шага не ступить!

На голову посыпались обломки. Едва не сбив девушку с ног, следом свалился Леха, на ходу перезаряжая пистолет.

— Ага! Думаешь, почему их наверху нет? — он плечом вышиб заклинившие двери лифта, вывалился в галерею и открыл огонь. — Беги в рубку, прикрываю спину!

Жуткий метроном стих — сарацины охотились на людей, защищали территорию. Забрало шлема то и дело покрывали красные метки, подсвечивая направление атаки. Сполохи дульного пламени рвали полумрак и выжигали глаза. Непрекращающийся грохот вперемешку с пронзительным визгом слились в сплошной оглушительный рев. Бронекостюмы покрылись глубокими рваными порезами — стойкая к лучевому и кинетическому урону мягкая керамика пасовала перед режущими ударами тараканьих усов.

Сарацины сменили тактику — они нападали толпой, сыпались с потолка и обходили сбоку, отчаянно пытаясь задавить врагов количеством. Не жалея картечи, Кира и Леха с трудом прорвались к мостику, оставляя за собой черно-коричневое месиво и пустые коробки магазинов. Осталось преодолеть знакомый межпалубный переход. В этот момент палуба фрегата задрожала, судно ощутимо тряхнуло — где-то произошла взрывная разгерметизация. Из вентиляции донесся гул выходящей в космос атмосферы. Наступила тишина, притихли даже сарацины, прекратив свои бессмысленные накаты. Корабль умирал.

— Я пустой! — выдохнул Бабич и нырнул Кире за спину.

— Перезаряжай, пока тихо.

— Кира, я совсем пустой! Нечем заряжать!

— Паршиво, — она бросила короткий взгляд на затвор раскаленного пистолета. — У меня тоже негусто. Давай! Еще рывок!

Человека в засаде они не встретили — поняв, что его обходят, стрелок сменил позицию. На ступенях их атаковала пара сарацинов — тараканы бросились напролом, пытались сбить противника с ног. Расстреляв последние заряды, девушка выщелкнула из пистолета магазин и пошарила рукой по поясу — боеукладка была пуста.

— Тоже все! — констатировав очевидное, она стремительно взбежала по трапу. Кинувшись за ней, Леха ворвался на мостик.

Ходовую рубку он не узнал. Внутри царил хаос. Шрапнель выкосила пространство подчистую, превратив пульты и консоли в крошево из пластика и оптоволокна. Короткими вспышками гасли светопанели, негромко капала на палубу гидравлика пилотских противоперегрузочных ложементов. Разбитые экраны мерцали в полутьме судорожными сполохами. Лишь полумертвый навком по-прежнему настойчиво подмигивал аварийными транспарантами. Бабич метнулся к носовому иллюминатору. Пусто. «Спартанца» снаружи не было.

— Кирка!

— Я вижу, Макса нет, — она устало опустилась в распотрошенное кресло капитана. — Там навком истерит, посмотри.

— Ругается. Защита реактора отключена, — Алексей безуспешно потыкал пальцем в мертвый, пестрящий тревожными сообщениями экран. — Конец нашей коробочке. Ублюдок не только связь рубанул, он еще и кингстоны открыл.

— Сколько у нас времени?

— Не знаю. Минут десять. Все, сверкает, не разобрать. Китайские кракозябры читать умеешь?

— Надо вернуться на тягач, — она заставила себя встать и привычно вложила пустой пистолет в кобуру. — Поторопимся.

— А смысл? — Леха пожал плечами. — В тягаче нет воздуха, и мы оба дырявые. «Ратник» в космосе встанет колом, стравимся через минуту. Не долетим. Есть еще варианты?

— Ты же осназ! Соберись!

— Можно пойти и убить пару тараканов... Ах да, зарядов тоже нет. Нет оружия, броне хана, Макс улетел. Что ты предлагаешь? Пойти, попросить... Штурмовик! В третьем ангаре, в могильнике! Кирка, у него фары светились! Он работает!

Путь к третьему ангару они преодолели, как на полигоне. Никто не стрелял, не нападали сарацины. У шлюза Бабич зажмурился, когда девушка ударила ладонью по кнопке. Пронзительно рявкнул зуммер отказа. Снова удар — снова отказ!

— Не открывается! — выдохнула она.

— Ручное управление! — Алексей схватился за вертушку вскрытия.

— Лешка, стой! Система контроля! — что было силы крикнула Кира, отступила назад и тихо добавила: — Там ничего нет. Взрывная разгерметизация. С той стороны вакуум.

Сложив руки лодочкой, Леха с замиранием сердца прижался к крошечному окошку в гермостворке. Ничего. Ни света фар, ни мертвых тел, ни штурмовика. Только холодный блеск звезд в распахнутом створе. В его разгоряченной голове пульсировала кровь — «Кто-то. Не сбросив. Давление. Открыл. Ангар. И выдул. Тела. В космос.»

— Пятый. Он не в засаду нас заманил. Мы ему дорогу перекрыли... Это был его корабль, — будто прочитав мысли друга, выдавила девушка, уперлась спиной в переборку и медленно сползла вниз. — Дай дух переведу. Устала. Сейчас придумаю что-нибудь.

Она подобрала колени и обхватила их руками. Тяжело дыша, Алексей присел рядом и обнял Киру за плечи.

— Кир, давно хотел сказать. Вы у меня с Анжелкой такие классные.

— Это ты к чему? — не глядя на него, спросила она.

— Просто люблю вас. И Максыч, он... Классный мужик. Хорошо, что вы вместе. Ты меня прости, если что...

— Спас-боты! — словно возвратно-боевая пружина, подскочила Кира. Боевой модуль «Ратника» послушно выстроил маршрут. — Спасательные боты. Раз экипаж остался на корабле, значит, они на месте! Первая палуба. За мной!