— У нас весело, — он расплылся в улыбке. — Темно, дубак и ужастики по стенам бегают. А Кирка стрелять не дает.

— Состояние корабля? Бортовой журнал? — пропустил шутку мимо ушей Климов.

— Норм состояние. Не бит, не крашен. Максыч, че за вопросы? В тотал! Логами сумасшедшая твоя занимается.

— Кир, как у тебя?

— У меня, у меня, у меня-меня... — нараспев тихонько начала Кира, затем замолчала — она была занята. — У меня, Макс, когда ты в ухо шепчешь, колени подгибаются и грудь твердеет... Не отвлекай.

Алексей подошел ближе к иллюминатору, смачно ухмыльнулся и развел руками в стороны — «Я же говорил, сумасшедшая». Максим согласно закивал и показал большой палец.

— Странно, — пробурчала себе под нос Кира. — Запись бортжурнала остановлена. Вручную. Лика, принимай.

— Принимаю, амига, — отозвалась испанка. — Что-то данных мало. Стоп, он пустой!

— Как это? — она удивленно взглянула на Алексея. Тот пожал плечами.

— Вот так это, — фыркнула Анжела. — Нет данных, чисто. Ни одного крестика, одни нолики. Вы там ничего не поломали? Передайте мне протокол управления.

— Кир, смотри, — Леха показал на торчащий из диагностического разъема ключ корабля. — Они сами остановили запись. Сами стерли логи. Дичь какая-то. Может, массовый психоз? Я че-то читал... Короче, или идем, или я на входе постою.

— Идем, нам тут делать нечего, — Кира отправила испанке код доступа к навигационному компьютеру и похлопала друга по плечу. — «Спартанец», мы выдвигаемся за грузом.

— Принято, — поддержал Макс. — Тащите сюда нейтронит и сваливаем. Мы с Анжелкой соскучились уже.

Бабич еще раз посмотрел на монитор ретранслятора — все пять активных гарнитур светились зеленым. Он удовлетворенно кивнул и закрыл шлем. На забрале послушно отобразился маршрут.

Зеленая линия дополненной реальности вывела их на вторую палубу. Едва они вышли к основанию осевого пролета, девушка резко остановилась.

— Кира? — Алексей рефлекторно схватился за рукоять пистолета. — Контакт?

— Вроде нет, — она задумчиво обвела взглядом сумрачную кавалькаду траверзных коридоров. — Лешка, у меня странное чувство. Будто мы не одни. У тебя нет?

— Елки-моталки, — Леха фыркнул и ткнул стволом в сторону дальнего выхода к ангару.

В красном тумане на четырех задних конечностях стояло крупное, в половину человеческого роста костлявое существо. Передними оно совершало вращательные движения, потирая лапы, и щупало пространство перед собой своим смертоносным усом.

— Конечно, не одни. Там внизу, у трапа, еще двое шуршат. Компания у нас — мама не горюй. «Поехали», как Гагарин любил говорить.

— Нет, Леха, это не то, — Кира последовала за ним, помахав сарацину. Тот опустился на все конечности и исчез. — Ощущение, что за нами следит кто-то. Как только с мостика вышли.

— Нервы, дружка. Быстрей зайдем, быстрее выйдем. У меня от этого места тоже мурашки бегут.

— Как думаешь, где экипаж? Мы с тобой ни одного тела не нашли, — она оглянулась — тревога никак не отпускала.

— Анжелка рассказывала, что сарацины — как санитары. Когда заселяют территорию, всю органику того... До металла выскребают. Тьфу ты, Кирка, давай о чем-нибудь другом!

— Стой! — девушка одернула Алексея за локоть. Тот даже за пистолет не схватился.

— Да Кира, мать твою!

— Нас ведут, — она замерла, чуть повернув голову через плечо. — Я чувствую. Это не шутка.

— Кого? Где?

— Не знаю. Не вижу, — Кира показала рукой назад, затем неопределенным жестом вперед. — Как будто кто-то смотрит.

— Не дрейфь, я прикрою. Давай уже двигаться. Мы так до нейтронита никогда не доберемся, — он с грохотом отворил створ ангара.

Если не считать пары сарацинов, забившихся между контейнерами, ангар был пуст, цел и даже неплохо освещен.

— Видишь? — Леха галантно пропустил девушку вперед. — Чисто, светло, обжито. Знаешь, как у нас говорят? «Пока осназ врага штурмует, ГРОЗА все ждет, опасность чует.» Смотри, контейнеры. Кир, а ты знала про чудодейственные целебные свойства китайского вискаря? Вскроем парочку?

— Отставить! — усмехнулась она. Шутка немного разрядила обстановку, но ощущение опасности не прошло.

Во втором ангаре отсутствовала внешняя стена. Вместо нее и части силового шпангоута зияла огромная пробоина, сквозь торчащие наружу лохмотья брони холодно сверкали звезды. Вся палуба была выжжена взрывом. На забрале шлема замигало сообщение «вакуум». Ускорив шаг, они бегом преодолели островок космоса и торопливо нырнули в шлюзовой отсек третьего ангара.

У Киры перехватило дыхание. Несмотря на подогрев бронекостюма, тысячи ледяных игл вонзились в тело девушки. Охнув что-то казарменно-площадное, Алексей отвернулся и прижал левую руку к шлему, сдерживая рвотный приступ. В тусклом свете фар маленького космического корабля посреди ангара палуба была сплошь усеяна изуродованными, истерзанными человеческими телами. Сарацины превратили третий ангар в продовольственный склад, притащив сюда весь мертвый экипаж «Лин-Фэн».

— Черт бы меня побрал, черт бы меня побрал, — беспрестанно повторял Леха, перешагивая скрюченные трупы, пока они не добрались до шлюза четвертого ангара. Кира и не предполагала, что вид мертвецов может так повлиять на ветерана осназа.

— Леха, хватит причитать, — раздраженно рыкнула она. — Бояться надо не мертвых, а живых. Сарацинов, например. Осназ мирного времени, твою мать...

— Отвали, — все еще тяжело дыша, отбрыкнулся Бабич.

Последний ангар был абсолютно целым. Тускло освещенный дежурными маячками, заставленный научной аппаратурой и увешанный проводами, он напоминал логово безумного гения. Внутри царил хаос — разбросанные повсюду бумажные записи, битый пластик, забытая белая куртка, расколотая кружка. Осторожно перешагивая уложенные по палубе рукава, Кира пробралась в центр к огромному стенду, напоминающему перевернутый коллайдер. Бабич стремительно отошел от шлюза и прислонился спиной к противоположной переборке, пытаясь прийти в себя. Забрало его шлема то и дело покрывалось частой испариной.

— Черт бы меня побрал. «Где экипаж... Где экипаж...» Кир, ты когда-нибудь видела такое?

— Видела, — как можно спокойнее, стараясь не выдать охватившую ее дрожь, ответила девушка. — Я твою жену из таких кусочков собирала.

— Снаружи могильник, внутри могильник... Нахрен такой космос! Я видел двухсотых, но не столько. Много. Руки, ноги, головы. Глаза.

— Отставить нытье, сержант!

— Так точно, — услышав знакомый окрик, Алексей немного пришел в себя. — Че там?

— Выглядит, как подтверждение гипотезы. Они подключили нейтронит прямо в контур гиперпривода.

— А так можно?

— Не знаю, Лешка, я не ученый, — она провела рукой вдоль проводов, окинула взглядом толстые рукава, пытаясь понять логику устройства. — Там. Нужно открыть тот саркофаг. Пробирайся ко мне.

Захрустев пластиком, Леха протиснулся через паутину свисающих сверху кабелей.

— Чем помочь?

— Открывай... — Кира непонимающе уставилась на распахнутую настежь массивную крышку камеры. — Постой-ка!

Какой-то посторонний шум со стороны шлюза привлек ее внимание, тело пронзило острое чувство опасности. Прежде, чем вспышка выстрела озарила отсек, широкая фигура Алексея набросилась на Киру сбоку и, подмяв под себя, закрыла руками с головой. Киру осыпало брызгами разбитого стекла, от грохота разорвавшейся картечи заложило уши.

Боевой модуль «Ратника» подсветил возможную траекторию атаки. Рывком втащив Алексея в укрытие, Кира успела пару раз нажать на курок до того, как заскрежетала поврежденная дверь отсека. Где-то в углу заверещал посеченный осколками сарацин.

— Кира, Леха, что у вас? — раздался в наушниках крик Максима. — Что за шум?

— Леха! — она наскоро осмотрела его спину.

Ранец и часть бронекостюма под ним превратились в лохмотья — керамфлекс поглотил кинетику выстрела ценой собственной структуры.

— Спина. Броня осадила картечь, — выдохнул Бабич. — У тараканов нет оружия?