— Ой, а дуллаханы тоже девять месяцев вынашивают детей, как мы, люди? — удивилась Гринпис.

— Эй, вы чего, леди? Что я вам плохого сделал? — возмутился Бес.

— Вот все вы такие, чуть что — и сразу в кусты, — хмыкнула Гринпис, сурово глянула на поручика.

— Мохнатый, ну хоть ты им скажи, а? — Кощей спрятался за росомаху.

— Оба набедокурили, оба и будете отвечать! — сурово припечатала княжна.

— Вернемся к нашим баранам, — призвал я команду к вниманию, которая за время безделья в Нави пыталась отбиться от моих ежовых рукавиц.

— Да чего тут возвращаться, заходим, зачищаем, забираем Коржика и домой, — фыркнул самоуверенно Бес. — Без котят, — неуверенно закончил поручик. Рослмаха согласно закивал.

— А Бермонт и Призрак? — возмутилась Гринпис.

— Это само собой, — улыбнулся Бес. — Не боись, малышка, своих не бросаем. Ай! За что?

— За малышку, — совершенно спокойно ответила Гринпис, поморщилась и подула на ладошку, которой стукнула Кощея по затылку.

— Ну вот, прическу испортила, — проворчал Бес, тщательно отряхивая свою голову и приставляя ее на место.

— Так что? Я выбиваю? — Бес подскочил к двери, увитой плющом, и обернулся на меня.

— Нет! — крикнула Гринпис. — Не обижай малыша! Он сам откроет. Да, милый?

Фиолетовые ветки плюща сложились в подобие улыбки и двух глаз. Затем растительный рот распахнулся так широко, что в проем могла бы пройти двухэтажная карета. Нижние ветки приглашающе замахали.

— Да чтоб меня… — выругался я, глядя на это чудо навьей природы. — Вперед, команда! Нас ждет Коржик.

— И монстры! — радостно воскликнула нарядная графиня, облаченная в свой любимый костюм опричника. Ло блистала идеальной прической, безукоризненным маникюром и начищенными до блеска высокими сапогами.

— Ры-ы-ры-р-р! — поддержал одну из любимых хозяек Морг.

— Яблок не обещаю, но все, кто против нас, — твоя добыча, — подтвердил я мохнатой заднице.

— Ура-а! — заорал Бес и рванул вперед. — Ух ты, шеф! Да тут Клондайк!

— Золото? — изумился я.

— Лучше! Зо-о-мби, зо-о-мби, зо-о-мби-и-и-и! — запел Кощей, и понеслась смертельная свистопляска.

— Осторожно, ловушки! — закричала Гринпис. — Да чтоб тебя, держи! — крикнула в темноту, швыряя обратно голову поручика.

— Зо-омби! Зо-омби! Зо-омби-и-и-и-их, дуби-и-нушка ухнем! Эх, головушка, еще одна-а-а! и две, и три-и-и! — раздавалось счастливое пение из темноты.

Я, графиня, Гринпис и Морг зашли внутрь дома.

Вместо комнат мы оказались в одном длинном не очень широком коридоре, который оказался усеян трупами разной степени разложения.

— Шеф, колите в сердце, потом рубите голову! Колите и рубите и! Без головы они восстают через три секунды и прут, как танки! Удар в сердце задерживает до пяти секунд! — заорал Бес откуда-то из глубины коридора. — Все вместе укладывает надолго!

— Принято! — крикнул я. — Зачистка, — скомандовал девушкам. — Морг, прикрывай Беса.

Зверюга радостно оскалился и потрусил в темноту. Впрочем, темнота была относительной. Стены светились каким-то мутным зеленоватым свечением, похожим на болотные огоньки.

Мы с девушками методично проверили всех мертвецов, обезглавили необезглавленных, как оказалось, не напрасно. Некоторые из них обладали хитростью, притворяясь окончательными мертвецами. Но контрольный удар в сердце и отсекание головы вскрыли эту хитрость. Точечное испепеление приводило к действительно смерти.

«Бес, что у тебя?» — позвал по ментальной связи.

— Не работает, шеф, — виновато произнесла Гринпис, заметив мой взгляд. — Что-то блокирует. Помехи на линии, — пояснила княжна.

— Понял. Бес, что у тебя?

— У меня засада! — счастливым голосом похвастался Кощей. — Их тут сто-олько-о-о!

— Нам оставь, жадина! — воскликнула Колокольчик, кинув на меня умоляющий взгляд.

— Вперед.

И мы рванули навстречу армии мертвецов. Армия оказалась небольшой, но очень упертой. Волна за волной живые покойнички лезли изо всех щелей.

— Великие боги! Что за фантазия у этого психа? — восхищалась Колокольчик, танцуя на мертвой плоти с катанами. — Это ж какуюнадо иметь фантазию, чтобы сшить в одно черного единорога, горбатого зайца и бешенного водоплавающего индюка! К тому же наделить все ЭТО загребущими лапами землеройки!

— Уверена, что это не наш одержимый придумал, — проворчал я, отсекая головы направо и налево.

Работали мы в паре с Гринпис. Княжна колола в сердце, я отрубал жуткие наросты, которые при жизни являлись головами. Тотальным огнем решили не пользоваться на всякий случай. Только точечно после зачистки. Непонятное зеленое свечение могло оказаться еще одной ловушкой. Стать жарким нам не очень-то хотелось.

— Фух, кажется, всё! — воскликнул Бес, появляясь из полумрака. — Эй, детка, поосторожней! Моя мама еще не дождалась внуков! — завопил Кощей, отскакивая от Гринпис.

— Не лезь под руку! — психанула княжна.

— Тихо! Морг! Что там? — позвал я.

Мохнатая задница появилась из темноты коридора, на ходу что-то дожевывая. Кажется, чью-то руку. Шерсть зверюги свалялась от липкой черной крови, застыла острыми иголками. Морг выразительно почесал лапой за ухом, девушки тут же засюсюкали:

— Мальчик наш! Вернемся домой, мы тебе ванну с пенкой сделаем! Из шанхайских роз! И массажик лапочек! Устал, бедняжечка!

— Тихо! — приказал я. — Слышите?

Где-то вдалеке в темноте бесконечного коридора слышался странный звук, словно кто-то шел, подволакивая ногу, при этом опираясь на палку, подбитую железом. Шарк, дзынь, шарк, дзынь.

— Еще мертвецы? — поморщилась Ло. Графиня только что привела себя в порядок.

— Сколько их здесь? — пробормотала Гринпис, готовя оружие. — Ой, шеф, менталка заработала, — удивленно шепнула княжна.

«Команда, вы меня слышите?» — позвала Розалия.

«И видим», — пошутил Бес.

«Отлично, держим мысленную связь. Если опять прервется, кричи», — велел я.

«Принято», — подтвердила Гринпис.

«Вперед. Медленно, осторожно. Бес, авангард», — приказал я.

«Вот так всегда, как помирать, так бедный, несчастный Кощеюшка», — театрально вздохнул поручик и скользнул вперед.

«Что там?» — уточнил я через менталку.

«Пока ничего и никого… Офигеть! Шеф, ты не поверишь!» — восхищенно присвистнул Бес в наших головах.

«Не свисти, сбиваешь настройку», — поморщилась Гринпис.

«Доложи обстановку!», — приказал Бесу.

«Тут баба! — ухмыльнулся поручик. — Голая. И каменная. Похоже, ей ногу повредили… Бедненькая, — жалостливо прокурлыкал ловелас. — Хромает, опирается на топор. Большой такой… С блинной рукояткой».

«Колун, что ли?» — уточнил я.

«Ага… — радостно подтвердил Бес. — Ух ты, шеф, меня сейчас убивать будут!»

Вдалеке раздался звон, что-то загрохотало, послышался шум, удар, затем скрип, словно по камню медленно провели куском железа.

«Бес, ты жив? Леди, вперед, осторожно! Морг, прикрывай!» — отдал приказания и первым рванул на помощь поручику.

«Огонь-баба! — восторженно выпалил по менталке Бес. — Ах, какая женщина, какая женщина-а-а! Мне б такую! Шеф! А, шеф!» — заканючил поручик.

«Нет, вашу мать! Только каменных баб нам в казарме и не хватало!»

«Ага, как графине, так можно каждой твари по паре, а как Кощеюшке, так ничего нельзя», — заныл поручик и внезапно заговорил вслух.

— Ну, куда, куда ты, милая, иди ко мне, я тебя пожалею. Никто девочке платьичко не купил, да? И шоколадкой не угостил. У-у-у, ироды! А бусики? Смотри, какие у Коши бусики. Красненькие! Что? Ты не любишь красненькие? У-у-у… Ах ты… Эко тебя…

Раздался раздраженный рев и следом успокаивающий голос поручика.

— Ну, тише, тише! У Коши другие есть! Сейчас покажу. Только ты не махай топориком-то, не напрягайся. К чему тебе напрягаться! Девочки должны мир украшать и ничего не делать! Твоя главная задача, красавица, нам, мужикам, мозги выедать! И украшать мир! Мир, говорю! А не мою голову топориком! Ух ты ж… осторожней! Зашибешь! Ах, ты ж моя красивая!