— Ты еще не лопнул, скотина мохнатая? — ухмыльнулся я. — А ну, подъем, бездельник! Нас ждут вкусные твари в очень темном подземелье! А на десерт гибриды и всякие другие прочие извращения научного ума.

Морг недовольно рыкнул, нехотя перевернулся на бок, затем поднялся на лапы и отряхнулся. Смущенно подтянул провисший до земли живот, покосился на меня, задрал голову и невозмутимо двинул на выход. На мохнатой недовольной морде явственно читалось: «А ты насыпь еще яблок, отойди и посмотрим, лопну или нет!»

— По времени уложились? Или нужна доплата? — уточнил я у управляющего, велев подняться с колен.

— Н-ничего не надо, лэард.

— Как скажете. Леди, по коням.

— У нас есть кони? — удивилась Гринпис. — Извини, не удержалась, — хихикнула княжна.

— Три наряда вне очереди на кухне, когда вернемся, — объявил я.

— За что? — возмутилась Гринпис.

— Четыре, — невозмутимо добавил порцию наказания и пояснил. — Разговоры не по теме на боевом задании.

— Извини, босс, — покаянно выдала Гринпис, но я-то видел, как эта нахальная девчонка за моей спиной закатила глаза. Графиня очень плохо влияет на молодые умы, надо как-то ограничить на время их общение. Вернемся, рассажу по разным клеткам, в смысле, отправлю на разные полигоны. На месяц. Лучше на два.

— Бегом марш! — приказал я.

Гринпис, Колокольчик и Морг двинулись на выход. Следом за ними из конюшни вышел я.

— Лэард… прошу прощения, лэард… э-э-э… не ведаю вашего имени и династии! — залепетал испуганно управляющий, выбегая за мной из здания.

— Что случилось? Нужна доплата? — остановился я и полез за кошельком.

— Нет-нет, что вы, ни в коем случае! — замахал руками управляющий. — У меня просьба, лэард, позволите? — мужчина умоляюще посмотрел на меня.

— Говорите, — кивнул я, удивившись.

— Могу ли я… мы… умоляю вас, лэард, больше не приводите к нам своего зверя! Ни за какие деньги! Хотите, я вам доплачу, лишь бы вы забыли дорогу в наши конюшни?

Управляющий вытащил тяжелый кошель и принялся совать мне в руки.

— Успокойтесь, уважаемый, — я перехватил запястья, сжал крепко, но не больно. — Один вопрос, почему?

— О, темные боги! За что мне такое несчастье! — внезапно взвыл администратор, упал на колени и принялся вырывать и без того жидкие волосы на своей голове.

— Отставить истерику, — рявкнул я. — Объясните толком, что натворила эта мохнатая скотина. Обсудим компенсацию.

— О, великий лэард, хозяин великого тотема! Ваш мохнатый заср… заслуженный прекрасный зверь испортил всех заморских котэуси!

— Кого? — изумился я. — А, вы о тех прелестных крупных кошках. Он их что, обидел?

— Обидел? — взвыл администратор. — Обидел⁈ О, темные боги! Если бы! Что я скажу славным лэардам-заказчикам! О, горе мне! О, позор мне! Умоляю! Ваш хверь их обрюхатил! Всех! До одной! Никогда, никогда не приводите больше свою мохнатую… э-э-э… вашего замечательного великолепного зверя к нам на конюшне! Умоляю вас, лэард! А лучше держите его на привязи! Не выпускайте из дома! Иначе быть беде!

… — только и сумел выдать я, сунул управляющему за пазуху кошель с деньгами, добавил от себя компенсацию за моральный ущерб, и торжественно пообещал. — Не волнуйтесь, господин управляющий, мы у вас проездом. Вечерней лошадью уезжаем.

— Лошадью? У нас нет лошадей! Хотите, я организуя вам транспорт? Куда вам нужно? Я все сделаю! — разволновался администратор.

— Благодарю, не нужно, — отказался я от щедрого предложения, но запомнил на будущее. Развернулся и пошел за командой, через пару шагов остановился, обернулся к мужчине и вежливо попросил:

— Господин директор, если вдруг у ваших кошечек приплод случится, наберите меня, мы заберем… э-э-э… котяток… — я покосился на опричниц, которые делали вид, что совершенно не интересуются нашим разговором.

О-а-вай-яй-а-яй! А-а-а, шайтан-баядан, байларадыш! Горе мне! Ой, беда-а-а-ы-ы-ы! — заорал управляющий, развернулся и, пошатываясь, потащился обратно в конюшни.

— Номерок-то возьмите, уважаемый! — крикнул я, не понимая, что не так. — Эй, малец, ступай сюда.

Мальчишка оборванец с раскосыми глазами подскочил ко мне.

— Чем помочь, великий лэард? — широко улыбнувшись щербатым ртом, произнес парнишка.

— Держи визитку, отнеси господину управляющему. Лови монетку.

Я кинул посланцу серебрушку, отдал бумажку с номером и пошел к команде.

— Что стоим? Кого ждем? Вперед, бегом марш! — приказал я.

— Так точно, босс, шеф! — весело ответили опричницы, и только Морг укоризненно покачал лобастой головой.

— Не отвертишься, дети должны знать отца, — отрезал я. — Бегом марш, — приказал мохнатой заднице и придал ускорение пинком.

Морг обиженно тявкнул и потрусил вслед за девушками. Гринпис и Колокольчик тут же встали по обе стороны от мохнатого ловеласа, положили ладошки на его загривок и двинули в сторону кабака, где нас дожидался Бес.

— Итак, господа, — я обвел глазами часть своей команды. — Вот здесь точка входа в лабораторию.

Мы стояли перед неказистым полуразвалившимся домишком на окраине города. Здание до самой крыши заросло странным фиолетовым плющом. Над растительностью колдовала Гринпис, пока мы прикидывали способы входа. В конце концов, сошлись во мнении: долгие проводы — лишние слезы. Заходим по возможности тихо, выбиваем дверь, зачищаем лабораторию, забираем Коржика и уходим в туман. В смысле, в тени за Призраком.

— Шеф, я выбью, делов-то! — радостно воскликнул Бес, подкидывая голову, как баскетбольный мяч.

— Не сомневаюсь. По информации, которую раздобыл трикстер, лаборатория Штейна — это местная обитель абсолютного зла. Оттуда бегут в страхе даже монстры.

Я рассказал команде историю, что поведала мне голова на пике на входе в город.

— Так вот, местный сумасшедший ученый и наш увлеченный Коржик — это убойная сила. Кто его знает, что они там напридумывали. Коржик полез за данными о некровирусе, обратно не вернулся. Рассматриваем вариант, что Корнелиуса захватили и держат в плену.

— Я склоняюсь к версии, что это Корни взял сумасшедшего доктора в заложники и держит в научном плену, — хмыкнула Колокольчик. — Пытая формулами и дотошными допросами откуда, куда зачем, почему.

— Такой вариант тоже возможен, — согласился я. — С учетом известных фактов предполагаю, что подходы к центральной лаборатории перекрыты мутантами и прочими живыми мертвецами. Огонь на поражение, из клеток никого не выпускать до выяснения. В приоритете — спасение Коржика. Находим, забираем, уходим.

— А если… — уточнил Гринпис, поглаживая фиолетовые листики, которые ни с того ни с сего начали к ней ластиться.

— А если не захочет, забираем силой, можно усыпить, пока в себя не придет, — поколебавшись, разрешил я. — Гринпис, что у тебя?

— Все в порядке, шеф, он ручной! Ему тут очень скучно. И кормят невкусно, некротической протухшей плотью. А он свежее мясо любит. Шеф, а, шеф, можно тебя на минуточку.

Гринпис нежно улыбнулась, широко раскрыла и без того огромные глаза и просительно на меня посмотрела.

— Нет, — отрезал я.

— Что нет? Шеф, ты же даже не знаешь, что я хотела! — возмутилась княжна, мигом выпадая из образа маленькой невинной девочки, которая хочет куклу в розовом платьице.

— Нет, миленький плющик мы с собой не возьмем, — сурово отказал я нашей любительнице зверушек.

— Но как… — удивилась Гринпис.

Я покосился на графиню и промолчал. Ло сочувствующе похлопала княжну по плечу, склонилась к девичьему уху и что-то прошептала. Похоже, коллекция графини пополнится еще одним экспонатом.

— Заходим? — снова заговорил Бес. — Время — деньги, я обещал Дюрр вернуться до местного заката.

— Имей в виду, поручик, твоих безголовых котят на базу я забирать не буду.

— Не понял, шеф? Каких котят? Откуда у меня котики? — изумился Бессмертный.

— Потом узнаешь, — угрюмо мыкнул я.

— Через девять месяцев, — нежно пояснила Колокольчик.