─ Что?! ─ взревел Аристарх. ─ Подробности и сейчас же!

Как и всегда сработало. Остаток ночи отец и сын провели, обсуждая безответственность и безнравственность младшего родственника, который в данный момент явно замучался от заикания, впрочем, наличием совести Северьян страдал исключительно редко.

* * *

Это утро показалось мне потрясающим, когда я вышла на задний двор учительского дома. До этого мне не удавалось рассмотреть эту территорию, но сейчас, в лучах яркого солнца, я могла увидеть и небольшой пруд с рыбками, и неизвестные мне растения, высаженные по периметру, а ещё уютную беседку с качелями и столиком в противоположной стороне, куда вёл деревянный настил. От самого дома вниз шёл небольшой спуск к песчаному пляжу, а чуть дальше расположилась пристань, в сторону которой успел добежать Гром, окунулся и уже возвращался обратно, довольный и сырой. Я лишь улыбнулась этой картине, а потом боковым зрением скорее почувствовала взгляд, изучающий мои эмоции. Улыбка сразу куда-то исчезла, и я повернулась к вампиру, так нагло наблюдающему за мной и сделавшему вид, будто не смотрел.

Тренированное тело в майке и спортивных штанах потянулось, как бы невзначай демонстрируя литые мышцы, и его хозяин, затянув растрепавшиеся волосы в короткий хвостик, предложил:

─ Наперегонки до той скалы?

И мы, молча спустившись на берег, побежали. Брюнет не подстраивался под мой темп, заставляя догонять его, но я не возражала. Лёгкие горели, но ощущение эйфории не покидало – за это я и обожала спорт, а бег в особенности. Он давал ощущение необъяснимой свободы, а свобода это то, чего я жаждала, даже если поначалу не понимала этого.

Мы бежали довольно быстро, но до конечной точки оставалось ещё прилично. Глянув мельком на вампира, убедилась, что и он за мной следит и точно видит, как с каждым вдохом мне всё труднее его догонять – конечно, у меня же не было таких длинных ног и подобной выносливости. Через какое-то время я заметно отстала, и учитель, развернувшись ко мне, начал бежать спиной вперёд, при этом не снижая скорости, когда мне стало уже трудно дышать, а не то что ноги переставлять.

─ Что, уже сдулась? ─ эта ухмылка должна была показаться мне издевательской, но почему-то лишь подзадоривала, не позволяя сдаться. Красивый, чертяка.

─ Не дождётесь. ─ Пришлось вернуть улыбку и, совершив рывок, догнать мужчину, точно не ожидавшего от меня такой прыти, и обогнать развеселившегося брюнета.

Моё настроение тоже стало в разы выше, открылось второе дыхание, и вот так мы вскоре добрались до скалистой части пляжа, где, наконец, и остановились. Отлив тихим шелестом о чём-то шептал, чайки кружили над водой, и слепящий диск солнца поднимался всё выше, бросая на горные склоны немного оранжевых красок. Вдалеке возвышался маяк, и я невольно сравнила с ним Никанора Ростиславовича, который совершенно неожиданно ворвался в мою жизнь и столь же внезапно стал для меня подобным свету вот такого маяка, который я так мечтала увидеть. Мой корабль почти выплыл из мрачного тумана неизвестности благодаря ему.

Мы сидели рядом прямо на песке, задумчиво глядя на горизонт, а Гром, догнавший нас, весело гонял вдоль берега туда-сюда. Не хотелось говорить ни о чём и, тем более, портить момент, но я всё же вынуждена была спуститься с небес на землю, хоть вспоминать о жестокой реальности совершенно не хотелось.

─ Он ведь придёт за мной снова, да? ─ я, скорее, констатировала, чем спрашивала.

─ Я бы хотел соврать, сказав, что тебе ничего не угрожает, ─ ответил мужчина, всё так же глядя вдаль, ─ но ты, похоже, везде в опасности, Рина. По крайней мере, пока твоя кровь не выветрилась из его организма, а до тех пор тебя нельзя оставлять одну. Но я в любом случае не позволю ему тебя забрать, обещаю. ─ Он повернулся ко мне, уверенно глядя в глаза.

Я, разумеется, верила, но всегда даже в глубине детской души понимала неизменную истину: Роланду не стоит огромного труда меня похитить. Он умело играет, позволяя всем думать, что он просто прячется, боясь показаться и быть пойманным. Но мерзкая правда состоит в том, что этот Высший ничего не боится.

─ Спасибо, ─ тем не менее, произнесла я, не собираясь разуверять вампира в его силах.

Совсем близко послышался всплеск, Гром коротко гавкнул, а затем мелькнули разноцветные хвосты, блеснувшие чешуёй, и послышался звенящий девичий, якобы смущённый смех.

─ Похоже, Вы им нравитесь, ─ не могла не отметить я. На самом же деле, где-то в потаённых уголках моего сознания, мне хотелось понять реакцию учителя на внимание со стороны женщин, пусть и русалок. Не знаю, почему у меня вдруг возникло это желание, за которое я готова была оттаскать саму себя за волосы, но я не могла ничего с этим поделать.

─ У них нехватка мужчин, помнишь? ─ ответил он, словно не находя более подходящего ответа. В скромника играем, значит? Уверена, за ним простирается дорога из чужих сердец, но наверняка я об этом сказать не смогу.

─ Ну да, ну да. ─ Я невольно улыбнулась, но вдруг вспомнив один эпизод из своего детства, и вмиг помрачнела, что не осталось незамеченным.

─ Дарина?

─ Просто вспомнила, как он однажды привёл меня на пляж и показал русалок. Для меня маленькой это было настоящим чудом, и я даже на минутку поверила, что это чудовище может быть адекватным… А потом он всё испортил, сказав, что если я не буду его слушаться, то отдаст меня им, а те меня съедят живьём, и снова унёс в тёмный дом. Наверное, тогда меня и стала настораживать чужая доброта. Всё же странно, как некоторые воспоминания внезапно возвращаются, ─ усмехнулась я, кожей ощущая внимательный напряжённый взгляд. Вампир отреагировал лишь тягостным молчанием, а потом произнёс, едва сдерживая злость:

─ Пора возвращаться.

Всю обратную дорогу я боялась посмотреть в глаза учителя.

* * *

Люди, каждый в той или иной степени, суеверны, и приметы работают для каждого по-своему. Чёрная кошка перебежала дорогу – бедное животное почему-то виновато в твоём паршивом дне, рассыпавшаяся соль – к ссоре, и не важно, что у тебя просто руки не из того места растут, везущая тебя в лес парочка Высших вампиров – к явным неприятностям. Их-то я и предчувствовала, когда после школы мне заявили о грандиозных планах, точнее, о тренировке в лесу. Уроки прошли вяленько, да и вообще, в школе ничего интересного не было.

Почти никто не обсуждал недавнее нападение, Алиса злобствовала как обычно, Князев казался непривычно серьёзным и задумчивым, даже на подколки Ромы едва ли отвечал и ко мне не лез, но в целом день был на редкость спокойным. Слишком спокойным, как выяснилось позже. Дома учитель сказал переодеться и взять только кинжал, который мы натёрли измельчённым боярышником и к которому же мне предоставили набедренные ножны, а затем любезно проводили до машины, куда не пустили Грома, и он провожал нас обиженным взглядом. На мой вопрос, почему пса не взяли с собой, я получила лишь короткое, но ёмкое: «Так надо».

По дороге мы вновь завернули к школе, захватив директора, который ненавязчиво намекнул мне пересесть назад, чтобы этим двоим было удобно общаться, за что я хотела всадить Мастеру что-нибудь острое прямо в сердце. Желательно, чтобы это что-то было серебряным и лежащим сейчас в ножнах. С трудом я уговорила саму себя залезть на заднее сидение, хоть Никанор Ростиславович вроде бы в шутку и предлагал сесть за руль. Я же поняла, что когда эти двое собираются вместе, они начинают взаимодействовать, словно один слаженный, саркастичный и порой жестокий механизм.

Мы выехали за черту города, Северьян тихонько подпевал радио, где играла «Don’t Stop Believin’» группы Journey, историк спокойно улыбался до тех пор, пока звук сообщения его не отвлёк. Увидев текст, учитель едва не потерял управление и выругался, машина вильнула в сторону, я, мысленно используя непристойные слова, вцепилась в сидение.

─ Не делайте так больше. ─ Спокойствие, только спокойствие.

─ Дарин, прости! ─ брюнет быстро исправил ситуацию, вновь едя идеально прямо.