— Что-о? — Леха скорчил непонимающую мину и вылез из кресла. — Ты о чем, мать?

— Комо? — одновременно продублировала его вопрос Кортес.

— Немедленно покинуть борт, — громко повторила Кира. — Без пилота мне не обойтись, а оружейник и аналитик в этом походе не нужны.

— Амига, ты сама себя слышишь? — возмущенно воскликнула испанка. — Мы же семья! Куда ты, туда и мы!

— Не обсуждается! — коротко отрезала Наполи. — Быстро сошли с моего корабля!

— Че? С какого корабля? — грубо рыкнул Бабич. — С твоего? А ты, Кир, ничего не забыла? Это ты выдернула нас из Крайгорода на «твой» корабль! Это ты сделала нас варягами! Теперь «Искра» — наш дом, а мы — семья! Так что, читай по слогам, — он вскинул руки, словно дирижер, — Пошла! Ты! Нахрен!

— Леха, спокойней, — похлопал друга по плечу Макс. — Она дело говорит. Ты же сам сказал — «даже псы не придут».

— Ты тоже пошел! — отмахнулся Алексей и запрыгнул обратно в кресло. — Все, капитан на мостике! Заводи машину, погнали! А-ля-гер ком а-ля-гер!

— Лешка, это вообще не об этом, — тихо поправила мужа Анжела.

— Да похрен! Звучит красиво! Мы на войну сегодня идем? Пять минут осталось...

— Экипаж... — выдержав паузу, негромко произнесла Наполи. — Я вас люблю. Всех... Сегодня никто не умрет. По местам стоять!

Климов забрался в кресло и запустил двигатели. Рубка залилась голубоватым неоном, по всему кораблю растекся знакомый басовитый рокот кипящей плазмы в жерлах «Тарпанов». Палуба отозвалась мелкой дрожью, когда тяжелая махина старого русского крейсера стронулась с места. Макс пробежался взглядом по консоли:

— Все системы в зеленом, к старту готов!

— Принято, — Кира переключилась на дальнюю корабельную связь. — Всем бортам, говорит СУПЕР! Еще раз напоминаю, «Искра» идет первой! Следующий эшелон — ударные крейсера, интервал — одна минута. Всем строго соблюдать очередность и позицию! Лучевое оружие неэффективно, гиперсвязь — вектор атаки!

— Слышь, Максыч, твоя-то — разошлась, как всю жизнь флотом командовала! — рассмеялся Бабич и негромко добавил: — Ты прости, братишка, за грубость. Это я не со зла, под горячую руку просто...

— Да принято, Леха. Без обид.

— ...Повторяю — не перекрывать линию огня ПКО ударных крейсеров! — продолжала Наполи. — Вольфрам — это единственный рубеж жизни!

— Всему флоту сесть на пятую точку и медленно ползти навстречу врагу, — заскрипел в наушниках зычный голос контр-адмирала Шаталова. — Сегодня моим флотом командует баба с мандатом!

— Спасибо, что уточнили, товарищ контр-адмирал! — нисколько не смутилась Кира и продолжила. — Далее. Как только опустели боеукладки...

Понаблюдав, как бодро растут цифры на экране ходометра, Климов прикрыл глаза. В памяти сами собой сложились строки древнего поэта Грубина:

Я сотни планов отнесу

На завтра: ничего не поздно!

Мой гроб еще шумит в лесу,

Он — дерево. Он нянчит гнезда...

— Не расслышала! Повтори, — прозвенел в гарнитуре голос Киры.

Максим резко открыл глаза — он не заметил, как произнес эти слова вслух. Из соседнего кресла на него удивленно смотрел Леха.

— Я потом все объясню, — махнул ему рукой Климов. — Я про себя, Кира. Говорю, будем жить!

— Принято. Будем жить, — уверенно повторила Наполи. — Вперед!

Космос вокруг корабля привычно схлопнулся, но вместо вспышки носовые иллюминаторы озарились ярким люминесцентно-синим свечением. Ни планет, ни пылевых колец — система была мертва, выжжена дотла своим негостеприимным хозяином. В центре пульсировал огромный шар — голубой сверхгигант Таму. Его свет не рассеивался, он заливал все окружающее пространство, окрашивая титанитовую броню бортов прибывающего флота в обжигающий ультрафиолет. Резкие, острые как бритва тени стирали объем, превращая могучие крейсера и фрегаты в плоские картонные силуэты.

Прямо над беснующейся плазменной короной, в самом сердце радиационного ада, парила исполинская рукотворная структура — конструкция, бросающая вызов законам физики. На фоне ослепительного диска звезды она казалась черной дырой. Абсолютное ничто, жадно поглощающее безумную ярость гиганта.

Надсадно заныли генераторы гравитации, с трудом компенсируя избыточное внешнее воздействие. Почти незамедлительно подключились дополнительные контуры, охлаждая раскаленный радиацией титанит. Корпус «Искры» тягуче застонал, разрываемый приливными силами и термическими перепадами. Где-то в глубине отсека раздался сухой, колючий скрежет — металл терся о металл, деформируясь под гнетом беспощадной пустоты.

— Отчет! — пробиваясь сквозь шумы перманентного радиошторма, прозвучал в гарнитуре голос Киры.

— Все системы в норме, — Климов пробежался взглядом по консолям. — Конденсаторы шесть девять, оба «Алмаза» на расчетной мощности, идем в режиме активной зарядки. Гравиметры и дозиметры лежат, нужна калибровка.

— Да какая уж тут калибровка, — Алексей завороженно смотрел на исполинский объект в носовом иллюминаторе. — Кира, это че за хрень? Она звезду жрет? Это то, что мы ищем?

— Думаю, это дверь в их домен, — задумчиво ответила Наполи. — И сейчас мы в нее постучимся. Анжела, дай схему!

На центральном экране возникло чуть искаженное помехами схематическое изображение Таму. Один за другим ударные крейсера заходили в систему и занимали свои ячейки в гигантской пространственной полусфере. Следующим эшелоном шли легкие космонесущие крейсера и торпедоносцы. Менее чем за пять минут они выстроили двойную линию обороны, прикрывая зону выхода других судов. Настала очередь главной ударной силы — двенадцать дальнобойных егерских фрегатов встали вертикальным ромбом, надежно укрытые многочисленными пушками корабельной обороны бортов первой линии. Следом — тяжелые крейсера, с развернутыми в боевое положение башнями главного калибра. За ними — многочисленные фрегаты поддержки, под завязку забитые снарядами для ПКО. Последним в Таму зашел величественный линкор «Маршал Рокоссовский» с огромным российским триколором на борту, окрашенным светом звезды в мертвенно-бледные тона. Весь ударный флот замер в ожидании. Экраны орудийных сканеров оставались пусты.

— Так бывает, когда флотом командует баба! — искаженный помехами скрипучий голос Шаталова приобрел ядовито-пренебрежительный окрас. — Мы пришли, а врага нет! Ставлю на то, что Призраки уже атакуют Акрам!

— Благодарю, товарищ контр-адмирал. Я приму это к сведению, — не обращая внимания на явную попытку дискредитации, парировала Кира. — Говорит СУПЕР! Держать строй! Ждем, просто радиошторм!

— Радиошторм ни при чем, здесь светло как днем. Никого нет, — напряженно пробормотала в наушнике Анжела. — Ни одной отметки. Может, мы ошиблись?

— Нихрена мы не ошиблись, — рыкнул Бабич и ткнул пальцем в сторону носового перископа. — Эту хреновину они по-любому охраняют! Кир, может, рельсой по ней жахнем?

— Леха, посмотри на масштабку! Эта «хреновина» размером чуть меньше гиганта! — выдохнул Климов. — Мы своей рельсой на ней даже краску не поцарапаем...

— Они точно здесь. Я это чувствую, — в задумчивости негромко произнесла Кира. — Максим, прыгни в центр полусферы. Заберем себе «нейтральную» кубатуру.

Коротким прыжком «Искра» вышла в указанную позицию, став уязвимой сразу со всех направлений. Пропитанное радиацией пространство с «той» стороны по-прежнему оставалось пустым. Породив гулкое эхо, Наполи громко хлопнула в ладоши:

— Поняла! Нужен триггер! Анжела, гиперсвязь!

— Гиперсвязь — вектор атаки, — с сомнением в голосе напомнила Кортес и тут же спохватилась: — Точно, амига! Говори, тебя слушают звезды!

Кира немного помолчала, собираясь с мыслями:

— Эй, там! В чертогах тишины! Пошумим?

Схема ожила. Одна за другой на центральный экран посыпались серые отметки. Вскоре их стало бесконечное множество. Внезапно запиликал и основной сканер — взяв вектор на цель, Призраки отключили адаптивный камуфляж. Они больше не скрывались. За несколько минут напротив флота КОН, отливая серебром в ультрафиолете, выстроились боевые порядки из длинных веретенообразных объектов. Огромные, невиданные ранее корабли, среди которых сновало бесчисленное количество уже знакомых варягам малых охотников. От масштабности зрелища захватывало дух. На мгновение Климов вспомнил сражение с гигантской стаей саранчи в Златиборе. Только теперь на помощь флоту никто не придет. Кира с Анжелой были правы — в Таму Призраки ждали людей...