— А сферы... — попытался было спросить Климов.

— ...А вот само ядро торпеды, — сильно приблизив изображение, Анжела ткнула пальцем в небольшой черный шар в головной части. — Это и есть то самое оружие пришельцев, которое Высший ученый совет Султаната так и не смог разгадать.

— Мы просмотрели логи последнего боя эскадры, записи наших бортовых систем и пришли к выводу, — продолжила мысль подруги Кира. — Это — автономный гипергенератор. При контакте он создает область искривленного пространства, способную поглотить определенное количество массы. После чего область закрывается. Свет через нее проходит иначе, преломляется по-другому, поэтому мы и наблюдаем радужные яркие сферы на месте разрыва торпед.

— Именно поэтому корпус «Рейна» выглядит таким обкусанным, — тихо добавила Кортес. — Против такого оружия любая броня бесполезна!

Несколько секунд варяги молчали. Замерев с пустой вилкой, Климов разглядывал вращающийся посреди кубрика, похожий на призрачную комету объект. Торпеды НЕ разгонялись до сверхскоростей. Торпеды НЕ обладали неуязвимостью. И все же менее чем за пять минут они уничтожили целое соединение флота. Эта пара деталей никак не хотела складываться в голове военлета.

— А можно посмотреть весь последний бой эскадры КОН? — неуверенно попросил он.

— Как таковой записи нет. Есть только смоделированная искусственным интеллектом реконструкция, основанная на всех доступных нам данных, — пожала плечами Анжела. — А что ты хочешь там увидеть?

— Покажи ему, — коротко сказала Кира. — Я знаю, что он хочет узнать. Пусть посмотрит.

Испанка снова поколдовала в смарткоме. Изображение торпеды пропало, вместо него возникла трехмерная, разлинованная концентрической координатной сеткой схема идущей походным строем эскадры. Отметки координат бодро побежали назад.

— Это срез времени сразу после выхода в Лимен, — пояснила Анжела и немного ускорила ход симуляции.

Внезапно эскадра остановилась и легла в дрейф. Фрегаты поддержки чуть отступили, освобождая пространство. Ударные крейсера «Роланд» и «Паладин» выдвинулись вперед. Таймер замер — Кортес поставила воспроизведение на паузу.

— Это момент... — испанка осеклась, встретившись взглядом с подругой. — Это, предположительно, момент контакта.

Сделав резкий маневр, ударные крейсера вышли на фланги, чтобы расширить сектор перекрестного огня. Фрегаты «Содружество» и «Единство» отошли глубоко в тыл. Моделька «Рейна» осыпалась несколькими крошечными точками.

— Начало боя. Все восемь истребителей покинули летную палубу космонесущего крейсера, — прокомментировала Анжела и искоса взглянула на Максима — он, забыв про еду, не отрываясь смотрел на схему.

Изображение засверкало росчерками зеленых линий, отмеченных набором цифр. Эскадра дала залп. Плотный, сплошной, заградительный — из всех орудий. Истребители устремились вперед, избегая секторов дружественного огня. Неожиданно фигуры кораблей исчезли, оставив перед варягами только пустую координатную сетку с цифрами. Климов вопросительно посмотрел на Кортес.

— Это ненадолго, — успокоила она. — Пара секунд реального времени. Отсутствуют данные. Та самая аномалия... Хочешь, я вырежу эти паузы?

— Если не сложно, — кивнул Максим.

Анжела что-то поправила в наладоннике и запустила воспроизведение. Одна за другой фигурки истребителей исчезли из кубатуры боя. «Паладин» сделал рывок вперед и тут же погас, превратившись в круглую жирную точку. В следующую секунду пропала и она. Следующим погас «Роланд». Силуэт ударного крейсера пропал раньше, чем линии его последних выстрелов. Дальше симуляция пошла рывками — уменьшилось количество источников данных, провалов стало больше. Огромная тушка «Рейна» получила повреждение. Не прекращая огня, крейсер развернулся кормой к точке контакта. Два фрегата поддержки вышли вперед, пытаясь своими орудиями прикрыть ведущий вымпел и погасли почти одновременно. Картинка немного повисла и... оборвалась.

— Это все, — тихо прокомментировала испанка. В наступившей тишине стало слышно, как шелестит воздух в вентиляционных каналах корабля.

Алексей отложил вилку, посмотрел на Максима и потрепал его по плечу:

— Братишка, ты ведь знал, что...

— Секунду, — перебил Климов. — Они же открыли огонь! Они сделали все грамотно! Построение, тактика боя, все по правилам! Сквозь сектор перекрестного огня ни одна торпеда не смогла бы... Истребители прикрытия! Они должны были перехватить торпеды! Наши ПКО... Пушки одного-единственного крейсера за те же условные пять минут не допустили ни единого контакта с броней!

— Это, милый, очень важная деталь, — Кира присела на стул рядом с Максом и положила ему руку на колено. — Анжела.

Кортес выключила симуляцию и снова «подвесила» в центре кубрика призрачный каплеобразный силуэт:

— Поле, которым окружена торпеда, создает локальное искажение пространства. Искривление метрики. Сгусток плазмы проходит через этот фазовый градиент и уходит... в никуда. Рассеивается. Торпеды невосприимчивы к плазменному оружию. Как и сами объекты, которые их запускают. Поэтому мы не встречаем здесь сарацинов — их плазма бессильна в борьбе за среду обитания.

— А плазмокинетические «Бердыши» главного калибра? — Алексей так увлекся, что перестал жевать. — Там же разлет поражающих элементов!

— Заряд плазмы можно отследить и вовремя уйти с траектории...

— А кинетика? Мы же убили одного? — не сдавался Бабич.

— Кинетика — это их ахиллесова пята. При контакте даже с небольшой массой — в нашем случае, со снарядами турелей ПКО, торпеда активируется. А пораженный из рельсовой пушки Призрак... — Анжела пожала плечами. — Думаю, градиент просто не в состоянии за миллисекунду рассеять полтонны летящего с огромной скоростью вольфрама.

— И что, все корабли эскадры фон Эренберга не имели на борту кинетического оружия? — широко раскрыл глаза Климов.

— Человечество, Макс, дитя прогресса, — рассудительно заметила Кира. — Эскадра целиком состояла из относительно новых вымпелов. Современные корабли не таскают с собой сотни тонн вольфрама для ПКО.

— А истребители?

— Этот момент точно не зафиксирован, — Кортес неторопливо пересекла кубрик. — Я думаю, они подорвались на активированных своим же огнем торпедах. Скорости там запредельные.

— Рельсотроны! Как минимум в обвесе ударного крейсера есть рельсовая пушка! — вскинул руки Леха.

— Они не знали, куда стрелять, — повернулась к Алексею Кира. — У них не было программы поиска фоновых окклюзий, которую твоя жена написала еще в Златиборе.

— А есть запись объективного контроля, как мы уничтожили... Его? Ее? — вывалившись из общего разговорного потока, невпопад попросил Климов.

— Есть, — с готовностью откликнулась Анжела, усевшись рядом с мужем и уткнувшись в смартком. — Только качество ниже нижнего. Сам понимаешь, расстояние...

Призрачная торпеда в центре кубрика сменилась трехмерным изображением неизвестного каплевидного тела иссиня-черного цвета. Его поверхность была настолько матовой, что казалась нематериальной.

— Анжелка, это же симуляция, — недовольно заметил Максим.

— Конечно! Мы же их не видим, ты забыл? — коротко вспылила Анжела испанским темпераментом. — Это все, что я смогла сделать на основе лидара, дальномера и системы прицеливания! Ты смотреть будешь или критиковать? Съемка покадровая, очень замедленная.

Висящий почти неподвижно черный силуэт внезапно сдвинулся в сторону. Затем снова. Затем перед его носом оказалась сияющая торпеда и медленно ушла к цели. Объект снова сорвался с места и исчез.

— Это что? Это все? — возмущенно воскликнул Бабич. — А где бум, бах, тарарах?

— Да имейте же вы терпение, — крикнула Кортес. — Это ты его из прицела потерял! Вот, а сейчас снова поймал! Я же говорю, очень медленное воспроизведение. В реале это секунды!

Черную каплю пронзила яркая черта. На мгновение капля превратилась в сияющее облако, медленно растущее в виде расширяющейся к носу сферы. Но тут ее пронзил второй снаряд. Сфера превратилась в дымчатое, расплывчатое пятно — блик света на сверхчувствительной матрице прицела. Третий снаряд огненной иглой прошел насквозь. Затем симуляция запустилась сначала.