— Сколько лететь до станции? — перекрикивая сбивчивое ворчание двигателей, обратилась к пилотам Кира.

— Часа два! — крикнул Жика, не оборачиваясь. — Можно форсануть, если Джемаль позволит. Джемаль?

— Я тебе форсану! Ты что, не слышишь? Движки и так на пределе! Я думал, вообще не оторвемся, — старый тюрк повернулся к Наполи, втиснувшись между пилотскими креслами и обдав ее свежим перегаром. — Ты мне еще за перегруз должна, помнишь?

— Мы уже договорились! — крикнула девушка. — Как Пика забрал ваш корабль?

— Он давно на «Кардаш» глаз положил! — снова ответил вперед тюрка Жика. — Мы из «Гавани» вышли, Джемаль немножко пьяный был...

— Замолкни! Замолкни, тупица! — яростно завопил тюрк и попытался ударить сидящего в соседнем кресле напарника. Тот легко увернулся. — Что ты несешь, осел! Пика всегда забирает, что хочет! Никто не посмеет ему перечить! Знаете, кто его отец? Нико, ты ведь знаешь, кто такой Борис Пикаренко?

— Знаю, — не поднимая головы, крикнула Николь. — Пьяный Пика пришел в «Гавань» забрать меня. Чэн ему кости наломал. Пика очень просить Чэна не говорить отец. Чуть не плакать.

— Ну ты сравнила! — обиженно взмахнул руками тюрк и отвернулся. — Чэн солдат. За Чэна и китайцы встанут, и ветераны. А за утильщиков кто заступится?

Климов почти не слушал. Из-за духоты и накопившейся усталости его охватила сонливость. Под бубнеж двигателей, пиканье автопилота и щелчки телеметрических систем Максим сперва задремал, а затем провалился в некрепкий рваный сон. Ему приснилось, будто он может дышать под водой. С трудом набирая в легкие вязкую субстанцию, которая совсем не обогащала кровь кислородом, он изо всех сил пытался выбраться из цепких объятий гипоксии. Из душного забытья Макса выдернул резкий грохот — тягач громко ударился бортом о причальный демпфер.

Палуба орбитальной станции «Хафен» встретила варягов ярким светом и свежей, пахнущей гермосмазкой прохладой. Сквозь привычный рабочий шум доков настойчиво прорывался уже знакомый гитарный «Грохот металла». Выбравшись из тесного тягача, Климов с наслаждением потянулся и размял затекшее тело. Кто-то дружески хлопнул его по плечу, затем сильные руки оттеснили в сторону. Когда зрение отошло от полумрака, Макс огляделся и присвистнул — поприветствовать Николь Шотцки собралась целая толпа технарей. Одни в сером рабочем комбинезоне, другие в «Зените» без шлема, все что-то кричали наперебой и бесцеремонно тискали девушку, едва не сбивая ее с ног.

— С возвращением, Нико!

— О! Джемаль, Жика, сколько лет, сколько зим!

— Как там Айзен, подруга? К Чэну ходила?

— Хэло, русский варяг!

— Салют, варяг! Салют, Нико!

— Гутен таг! Хэло! Салют, парни! — оказавшаяся в центре внимания Николь слегка смутилась. — Что тут у вас? Где генерал? Где визельс?

— Все улететь, Николь!

— Свободный Фронт больше нет!

— Теперь это наша станция!

— «Хафен» наш, Нико!

Сквозь толпу к варягам протиснулся Келлер. Сменив серо-желтый жилет на строгий комендантский френч, бывший «чиф-инженир» бодро растолкал локтями технарей:

— Варум нихт арбайт? Почему не работать? Два корабль ждать ремонт! «Искра» ждать ремонт! Бригаде номер зибен... Э-э... Бригаде номер семь — для «Искра»! Шнель, друзья! — увидев Николь, он широко заулыбался и дружески обнял девушку. — Как ты есть, Николь?

— Классе, Келлер! Ты говорить по-русски? — рассмеялась Шотцки.

— Я со вчера учить русски! — гордо выдал инженер, с благодарностью взглянув на Киру. — Майн гот, вы вернуть мой Нико! Теперь «Хафен» жив!

— Их комм нихт цурюк, Келлер. Энтшульдигунг... — негромко выдавила Николь, опустив голову. — Я не вернуться на «Хафен». Только помочь варяг. Потом Эдельхайм, к дочки.

— Нихт цурюк... — разочарованно пробормотал Келлер. — О, я помнить, Нико. Грета и... Ханна?

— Я, Келлер. Грета унд Ханна.

— Как они? Есть связь?

— Ничего про них не знать. Связь давно нет, — с горечью выдохнула девушка, грустно улыбнулась и взмахнула руками. — Хватит разговор. Давайте снимать панцирь. Виктор, мне нужен мой «Зенит»... Где ваш «Искра», варяг? Покажите корабль.

— Подождите-подождите! — в центр вышел невысокий, полнеющий Джемаль с глубокой сединой на висках. — Сначала варяги должны вернуть мне мой «Кардаш». Таков был уговор! Я прав, варяг-капитан Кира?

— Сначала ремонт, потом корабль! — уточнила Наполи. — Все остается в силе. Просто нужно правильно расставить приоритеты.

— И сколько продлится этот ремонт? — чуть наклонив голову, спросил тюрк.

— Десять часов, — ответила за Киру Николь. — Чем больше говорить, тем дольше ремонт.

— Пика на пути к станции зарядки! — закричал Джемаль, схватив Киру за руки. — Если он зарядит кристалл, «Кардаш» уже не поймать! Нужно лететь прямо сейчас! Быстрее! Жика, что ты молчишь, скажи им!

— Не нужно кричать, я тебя слышу, — попыталась отстраниться Наполи, но тюрк никак не отпускал ее запястья. — Ты не видишь всей картины. Ставки сделаны, и они слишком высоки. Сначала «Искра», потом «Кардаш».

— Сделка была другой! Я согласился лететь сюда в обмен на услугу. Я не позволю использовать себя как дешевое такси!

— Не очень-то и дешевое...

— Утильщики никому не позволят себя обмануть! Правда, Жика?

— Слышь, приятель, — Алексей медленно оттеснил Джемаля и встал между ним и Наполи. — Ты вроде неплохо по-русски понимаешь. Но я ведь могу и по-другому объяснить...

— Эй, эй, эй, фройнде! — вклинился было Келлер, но Бабич жестом остановил его.

— Не тронь его! — двинувшись вперед, Жика закрыл спиной тюрка. — Хочешь драться — дерись со мной! У нас был уговор! Мы вам помогли! Без нас вы бы еще на Айзен сидели!

— Серьезно? — подбоченясь, ухмыльнулся Леха и сделал шаг вперед, чуть толкнув широкой грудью худощавого серба. — Рискнешь ударить первым? Или помочь?

— Вы обещали! — немного смутившись, продолжал стоять на своем парень. Он ткнул пальцем в сторону Киры. — Она слово дала! Мы с ней разговаривали!

— Как дала, так и будет. Расставляем приоритеты, — не отступал Алексей. — Ты драться будешь, пацан?

Максим решительно шагнул вперед и положил руку на плечо друга:

— Полегче, братишка. Остынь. Он же тебе в сыновья годится...

— Покажи ему, Жика! Покажи, кто такие утильщики! — выглянув из-за спины парня, визгливо выкрикнул Джемаль.

Чуть отступив назад, Наполи внимательно рассмотрела молодого серба. Рослый, жилистый, взъерошенный, с разбитыми кулаками и следами многочисленных драк на лице. Явно из простой семьи старателей или утильщиков, он свято верит в мифическое «слово капитана». Кто вырос в хаосе, стремится к порядку. Даже сейчас в голубых глазах парня полыхала жажда справедливости. Кира тайком покосилась на Николь. Девушка побледнела. Она стояла, немного приоткрыв рот и вытянув ладони вперед, словно хотела прикрыть своего друга. Выражение ее лица... как тогда, в «Гавани» — «их виль цу майнен киндерн». Она переживает за него! Что за отношения связывают эту молодую пару?

— Отставить! — громко крикнула Наполи, заставив притихнуть всю палубу. Смолкли даже гитарные риффы, стало слышно, как шелестит воздух в вентиляционных каналах. — Алексей, назад!

Бабич не двинулся с места. Выпятив челюсть и сжав кулаки, Жика попытался толкнуть грудью Леху. Но не смог.

— Назад, сержант! — негромко повторила она. — Все на борт. Анжела, «Искру» к полету. Максим, Алексей, по местам! Давайте найдем этот «Кардаш».

— Уже работаю, амига, — облегченно вздохнув, Кортес заскользила пальцами по наладоннику.

— Принято, — Климов взял друга за локоть. — Пошли, Леха. Оставь парнишку.

— А ремонт? — процедил через плечо Алексей.

— Джемаль прав, — ответила Кира. — По времени впритирку. Если упустим «Кардаш» в Хальде... Его придется по всей Фронтере искать, а это время. Жика, Джемаль, поднимайтесь на борт.

— Слышал, че капитан приказала? — прорычал Бабич. Затем неожиданно улыбнулся, от души хлопнул парня по плечу и протянул открытую ладонь. — Я — Леха. Держи краба...