— Макси-и-им!

Климов поднял голову, увидел на другом конце площади своих друзей и приветственно взмахнул рукой. Анжела с радостным криком бросилась к нему навстречу. Едва Макс успел подняться, как она повисла у него на шее и покрыла его щеки звонкими поцелуями:

— Макс! Максим! Ай, пор фин! Целый месяц не виделись!

— Скажешь тоже, месяц... Три недели всего, — он смущенно высвободился из объятий испанки.

— Диос мио, три недели — почти месяц, зануда! Нам надо столько всего вам рассказать!

— Привет, Максыч! — дождавшись своей очереди, Леха сгреб друга в охапку. — Ну, что, молодожены, какие дела? Как вы тут без нас?

— Дайте хоть слово-то сказать! — Климов отступил на шаг назад и окинул взглядом друзей. — Какие вы... загорелые! Все пляжи Земли исследовали?

— Нравится? — Лика сбросила накинутый на плечи Лешкин бушлат, оставшись в тонком длинном безрукавном платье кофейного цвета. Чуть оттянула разрез сбоку, до бедра обнажив свои красивые, обутые в кроссовки ноги и артистично покружилась перед мужчинами. — Настоящий, земной загар! А еще я себе весь гардероб обновила!

— Отпад! — рассмеялся Климов. — Особенно кроссовки!

— Диос мио, Макс, мне нельзя каблук! Лешка же у меня невысокий!

— Подумаешь, невысокий! Ты же знаешь, как я люблю, когда ты на шпильках! — Леха с глухим рыком схватил жену под коленки и легко поднял вверх. Из-за низкой гравитации Лика казалась невесомой.

— Прекрати, амадо! — залилась смехом Кортес, виновато помахав двум проходящим мимо офицерам. — Маньяк! Отпусти меня, люди смотрят! Кстати, а где Кира? Максим, где твоя невеста?

— Скоро придет. Сказала ждать в офицерской столовой.

— Правда, други, пойдем в столовку! Заточим че-нить, я так проголодался с этими перелетами, — Бабич поставил Лику на землю и зябко поежился. Он был в тонких парусиновых брючках и белой футболке. — После земных пляжей вообще не жарко. А че мы на Заре-то забыли?

— А на Заре, Леха, закаты потрясающие, — скаламбурил Климов, хлопнув друга по плечу. — Пошли, братишка, все расскажу. Заодно за встречу жахнем.

Офицерская столовая представляла собой ярчайший пример военного минимализма. Обшитые декоративными панелями стены из пенобетона, гранитный пол с правильными геометрическими вставками, невысокий светящийся потолок. Несмотря на огромные панорамные окна, дневного света все равно не хватало — на Заре сумерки даже в полдень. Справа от входа — стеллажи раздачи из пластика и алюминия, прямо через зал — крошечный бар со стойкой. Несколько столов, расставленных в шахматном порядке, немногочисленные посетители в белых флотских мундирах... Одним словом, обычная картина в самый разгар рабочего дня. Максим без раздумий бросил бушлат на спинку ближайшего стула:

— Прошу, сеньорита! — он галантно пропустил Кортес вперед. — Давай, Лешка, падай. Здесь самообслуживание.

— Любимка, полистай меню, возьми мне мяса, — Бабич уселся напротив Макса. — Рассказывай, друже, почему на Заре?

— «Искра» здесь стоит. В доках на «Остроге». Регламент, — коротко объяснил Климов. — Отметим встречу?

— Спрашиваешь! — ухмыльнулся Алексей. — Лика, ты с нами?

— Си, амигос, — бросила испанка, не отрываясь от экрана смарткома. — Я буду текилу. С лаймом.

— Ну, текилу, так текилу. Я слетаю, — Макс приподнялся из-за стола.

— Не, Максыч, давай я! Мы же после отпуска!

— Перестань, Леха! Сейчас схожу...

— Да ладно тебе! Знаю я, как тебя за выпивкой посылать! — рассмеялся Леха. — Щас все организую.

— Отставить, сержант! Сегодня летеха угощает!

— Опа! Полегче, летун! Давай-ка без чинов и званий!

— Санта-Мария, вы как два пацана на перемене! — вспылила Кортес, со стуком положив смартком на поверхность стола. Остальные посетители недовольно переглянулись — шумные гражданские никак не вписывались в атмосферу офицерского заведения. — Сидите уже! Я сама принесу!

Ухмыльнувшись, Леха и Макс стукнули кулаками. Анжела поднялась из-за стола, изящной походкой проследовала к бару, забрала текилу и направилась обратно. В столовой повисла тишина: кто-то шумно вздохнул, где-то неловко звякнула вилка. Импровизированное дефиле высокой, стройной, длинноволосой красавицы-испанки приковало к себе все внимание в зале. Окруженная немым восторгом офицеров в белых мундирах, Кортес ощущала себя богиней и наслаждалась этим чувством. Поставив на стол бутылку, тарелку с лаймом и четыре рюмки, она скользнула на свое место, небрежно закинула ногу на ногу и заговорщически переглянулась с друзьями:

— Все еще смотрят?

— Ага. Даже жевать перестали, — подмигнул Бабич. Максим утвердительно кивнул.

— Перфекто! Ну, рассказывай.

— Нет, друзья. Давайте, сначала вы, — Климов открыл бутылку и наполнил рюмки. — Где были, что видели. Леха, ты Мадрид своей испанке показал?

— Конечно, показал! Что это за испанка, которая...

— Я родилась на Иберии, это старинная испанская колония! Просто так получилось, что на Земле впервые! — оборвала мужа Анжела. Ее огромные черные глаза засияли от возбуждения. — Мадрид, Париж, Рим, Москва! На всех пляжах позагорали. В Италии, Испании, Франции, в Крыму. Даже в монастырях Китая побывали. Одним словом, Макс, Земля — это космос!

— Колыбель человечества! — подначил Климов.

— Не знаю, как насчет колыбели, но она точно прекрасна! — в этот раз Лика не купилась на избитую провокацию. — Диос мио, я влюбилась в эту планету! И да, теперь я эспаньола де пура сепа — чистокровная испанка!

— И денег мы с «эспаньолой» нормально потратили. Колыбель человечества нихрена не дешевая, — подытожил шуткой Леха и погладил жену по коленке, перехватив завистливые взгляды с соседнего столика. — А у вас с Кирой как? Дату свадьбы назначили уже?

— Нет еще. Ты же знаешь Киру. Она непредсказуемая, как извержение вулкана! А после того, что случилось в Призрачном Пределе, вообще сама не своя. Про свадьбу даже не заговорили ни разу.

— Эн серио? А ты, Дон Жуан, часом жениться не передумал? — громко и гневно спросила Кортес, заставив обернуться всех посетителей. — Только попробуй еще раз сделать мою подругу несчастной, амиго!

В зале снова стало тихо. Здесь, в гарнизонной столовой на полувоенной Заре, обычно не шумят. Здесь даже шутят по уставу.

— Да нет, что ты, — понизил голос Климов, смущенно козырнув соседям: «порядок, больше не будем». — Мы просто отложили этот разговор.

— Успокойся, любимка. Эти двое вместе, они... Думаю, без тебя как-нибудь, — Алексей приобнял жену и попытался сменить тему. — А с работой у нас как, Максыч? Контракты есть? Мы с Ликой после отпуска совсем на мели...

— Пока не знаю, — Макс задумчиво повернул бутылку и сделал вид, что рассматривает этикетку. — Киру в штаб флота вызвали. Для беседы.

— Что? Зачем? Для какой беседы? — Анжела настороженно опустила рюмку.

— Не знаю. Сказала просто «для беседы», — Климов тоже поставил рюмку на стол.

— Она в мундире ушла? В погонах? — на лице Лики промелькнула нехорошая догадка. Она сжала в кулаки свои ухоженные ладошки.

— Да. При полном параде.

— Ее мобилизовали! — выдохнула испанка. — Я в закрытом канале читала! ГРОЗА призывает отставных сотрудников в связи с напряженной ситуацией на окраинах!

— Ну что ты несешь, любимка! — Алексей накрыл своими огромными руками маленькие кулачки жены. — Если так, нас бы тогда всех мобилизовали! Меня в осназ, Макса на флот! Мы же все резервисты!

— Но собес нада! Ты не понимаешь! Кира — легенда военной разведки! Ее точно на службу вернут!

— Анжела, Леха прав, — Максим тоже положил ладонь на смуглое плечо испанки. — Давай не будем разводить конспирологию, а просто дождемся Киру. Она уже скоро придет. Наверное.

Негромко хлопнула входная дверь, запустив в столовую прохладный воздух и слабый аромат цветущего тополя. На пороге возникла Кира... Нет, не так. На пороге возникла товарищ майор Кира Наполи. Черные ботинки, расклешенные брюки, длинный белый мундир с погонами и фуражка на сгибе локтя. Заметив стилизованную летучую мышь военной разведки под российским триколором на груди, все офицеры повставали со своих мест. Небрежно сделав рукой «вольно», Кира нашла глазами друзей, приветливо улыбнулась и уверенно направилась к их столику.