— Тако е, инструктор.

— Ну а ты, «Мессер», — Климов театрально громко вздохнул. — Пошел! Фора пять секунд. Пять... Четыре...

Отметка пять-один стремительно рванулась к краю экрана. Максим присвистнул — «Хорошо стартовал, мальчишка. Посмотрим, что он умеет на вираже».

— ...Три. Два. Один. Я иду! — он двинул рукоять тяги вперед до форсажа, с наслаждением ощутив настоящую «истребительную» перегрузку. — Кто не спрятался, я не виноват! Ты куда так далеко полетел-то, малой? У нас учебный бой, а не догонялки!

Зеленая отметка замедлила ход и начала разворот. Не боевой, сильно пологий, на малой тяге. Сбросив скорость до пятнадцати килоузлов, Климов без труда скорректировал курс на перехват. Послушавшись подсказки навкома, Марко пошел на маневр уклонения.

— Рано, «Мессер», слишком рано! — предугадав его задумку, Макс поймал зеленую отметку в прицел. — В зоне поражения. Ты сбит!

— Я просто... Не разыгрался... — просипел в шлемофон запыхавшийся Марко.

Из маневра уклонения пятьдесят-первый провалился в вертикальную спираль и ускорился, ловко выскочив из прицела. Приятно удивленный Максим тоже уронил послушную машину на низкую орбиту и снова включил форсаж. В шлемофоне раздалось хриплое ворчание Зорана, затем «Вуки» застонал и притих. «Наверное, вышел из боя. Пусть отдохнет» — пронеслось в голове.

Поймав отметку в сектор огня, Макс чуть увеличил радиус виража, не допуская чрезмерного сужения зрительного коридора. Получив очередное предупреждение навкома, зеленая отметка неистово запрыгала по экрану. Юнец неплохо чувствовал машину! Он довольно умело крутил академические маневры, чередуя их с хитрыми виражами, но делал это медленно, с непривычки испытывая тяжелые перегрузки.

— Быстрей, «Мессер», быстрей, — подзадорил парня Климов. — Поддай газа и уменьши радиус, ты же не в тире!

— Я... Тебя... Все равно... Милка, айде... на гулянку? — тяжело дыша, захрипел Мештер в наушниках.

— Марко, хватит думать о Милке! — не показывая вида, что тоже запыхался, бросил Макс. — В прицеле! Ты сбит! Не отвлекайся!

— Достал! Отвали! — отметка пять-один резко кувыркнулась через корму и затормозила. Губы Максима растянулись в злорадной улыбке.

«Бросок кобры» сможет повторить далеко не каждый пилот. Главная задача — выдержать гигантскую перегрузку и не получить затмение сознания. Марко почти смог... И получил. Дюзы его «Кроны» погасли — автопилот вернул в кабину невесомость, спасая пилота.

— «Мессер»! Марко! Слышишь меня? — крутанув головой, Климов с удивлением обнаружил позади себя отметку один-семь. Весь учебный бой Бродич цепко висел на корме. — «Мессер», ответь! Хватит молчать, я знаю, что ты жив!

— Я тут. Йо... — едва слышно откликнулся Марко. — Я сейчас... Милка, что насчет гулянки?

— Так, момци! Внимание! Султанский беспилотник! Быстро в тень! — раздался в шлемофоне тревожный голос «Миры». — На ночную сторону, я поставила маркер! Полный вперед, включаю «Покров»!

С экрана навкома, как по волшебству, пропали все отметки, кроме конечной точки маршрута. Набрав крейсерскую скорость, Максим выключил двигатели и лег в дрейф, погасив всю тактическую электронику, чтобы максимально снизить радиозаметность машины. Еще минуту назад душа ликовала от ощущения полета. И вот уже реальность напомнила о себе появлением беспилотника-разведчика. Климов замер, наблюдая, как багровая точка «Знаменосца» чертит прямую линию по касательной к орбите. Скользнув слепым конусом сканеров по ночной стороне Талицы, он не зафиксировал тепловой след прикрытых завесой «Крон» и ушел на дальше, подчиняясь жесткому алгоритму поиска. Макс повертел головой, снова и снова пытаясь сориентироваться по звездам через узкую полосу прозрачного сталепласта над головой. Тщетно, слишком много незнакомых звезд.

Через несколько минут они достигли конечной точки маршрута. Навком ожил, запестрел маркерами и отметками — «Мира» отключила «Покров».

— Все. Успели. Мальчики, быстро домой! Сейчас всем дам... посадочный вектор. Идем строго по коридору, иначе вас опять из-под снега вытаскивать будут! Не задерживаемся, он вернется через час.

— Что это было? — включив связь, задал резонный вопрос «неместный» Макс.

— Султанский «Знаменосец». Они знают про планету, но не знают, что она обитаемая. Регулярно посылают разведчиков, а мы их не трогаем, чтоб не отсвечивать.

— Но у них же радиус действия...

— Да-да, я знаю, — перебила она. — Где-то рядом их «Рейнджер» с прикрытием. Но мы их не гледамо, просто тихаримся. Нас тут нет.

— Милка, так ты идешь ко мне на гулянку? — снова завел старую песню Мештер.

— Ты же проиграл, Марко! Макс выиграл! С ним пойду!

— Я бы его сделал, — заносчиво парировал юноша. — Если бы не султаны с беспилотником! Сделал бы, инструктор?

— «Мессер», скажу прямо. Пилотируешь ты умело, — Максим очень осторожно подбирал слова. — Но ты летаешь очень медленно. Слишком большой радиус виража, слишком мала скорость на перпендикулярах. Ты налетал на симуляторе уйму часов, но игра никогда не подготовит тебя к перегрузкам в реальной физике. А в целом да, неплохо.

— Марко! Ты прямо вырос в моих глазах! — засмеялась «Мира». — У тебя запас раки есть?

— Конечно, йо! Для тебя, Милка...

— Проставляешься сегодня инструктору, — внезапно отрезала она. — Макс, у тебя такой голос волшебный! Ты светленький или темненький? Так хочу с тобой познакомится!

— Дальше. «Вуки», — не обращая внимания на девичий смех, продолжал Климов. — Про тебя нечего сказать. Ты просто молодец. Держался ведущего, как приклеенный. Очень хорошо. Вы, парни, оба молодцы.

— Тако е, инструктор, — самодовольно буркнул Марко. Немногословный Бродич негромко хмыкнул.

— Готово, момци! Башня дала добро! Рулежки три, четыре, пять. Моя шестая. Очередность?

— Сначала один-семь, затем пять-один. Я крайний, — буднично распорядился Максим.

Глядя, как зеленые отметки одна за другой исчезают с экрана, Климов позволил себе еще немного покружить над планетой. Даже с ночной стороны вид был чудесный. С точки восхода по поверхности уже растекалось голубоватое сияние зари, рисуя на границе света и тьмы причудливые многокилометровые тени. В груди защемило от нахлынувших воспоминаний, когда на орбите Тихой она... Ему вдруг неудержимо захотелось поделиться этим ощущением с Кирой!

— Горизонт чист, — вырвал из приятных размышлений звонкий голос «Миры». — Але, два-два, ты жив? Чуешь ли ме? Садись!

— Принял!

Включив маневровые на торможение, Максим уронил машину в свободное падение и пошел на посадку. Стих гул маршевых прямоточек. Загудев турбинами, послушная «Крона» наскоро преодолела плотную атмосферу, время от времени выравнивая полет и остужая перегретый корпус. Подчиняясь умелой руке пилота, машина почти отвесно опустилась до самой поверхности планеты и, погасив скорость, ювелирно скользнула на антигравитационной подушке в темнеющий створ пятой рулежной дорожки.

Едва он выбрался из кабины, к нему подскочил ухмыляющийся Марко.

— Йо, Макс! Классно полетали? Скажи честно, я ведь мог тебя победить? Я же «кобру» сделал!

— Теоретически, мог, — устало отмахнулся Климов. Хороший курсант — уверенный в себе курсант. Но не слишком самоуверенный. — Маневр ты не закончил, словил затмение.

— Какое затмение? — удивленно раскрыл глаза Мештер и зачем-то подал руку Максиму.

— В глазах потемнело? Зрение сузилось? — проигнорировав его протянутую ладонь, он спрыгнул на холодный армобетон. — Схлопнулся зрительный коридор, такое бывает с непривычки на перегрузках. Надо много работать. Жаль, день рано закончился. Завтра наверстаем.

— Но если бы не затмение, я бы тебя сделал? — не унимался юноша.

— Возможно, — Климов похлопал его по плечу. — Только запомни, «Мессер» — в бою не бывает никаких «если». Либо да, либо нет. Либо в рай, либо вылез из кабины и пошел сдавать полетный рапорт...

— Принял, инструктор, йо! — заулыбавшись, Марко приобнял подошедшего Бродича. — Слышал, Зоран? Я почти сделал инструктора!